Всемирно известного американского писателя Гарольда Роббинса называют «Мопассаном XX века». «Голливудская трилогия» объединяет, как ни странно, четыре романа: «Торговцы грезами», «Охотники за удачей», «Властелины удачи» и «Наследники», в которых Роббинс в романной форме прослеживает всю историю Голливуда — от его зарождения до наших дней. Романы его похожи на голливудские блокбастеры — в них есть все, что интересно современному человеку: деньги, секс, страсть, карьера, предательства, мечты… И...
Новелла из книги «Застольные беседы», которая составлена из устных рассказов, восстановленных литературоведом Томасом Райтом и опубликованных к столетию со дня смерти автора.
«Вот ведь как бывает», — думала Юля, разглядывая в Фейсбуке фотографии своей подруги Катьки. Из социальной сети на неё бил фонтан чужого счастья. Она задыхалась в его брызгах и чувствовала, как её знобит от зависти и несправедливости этой жизни…
По мере взросления у Павла менялась мечта. И каждый раз она становилась всё проще, мельче и реальнее. Наверное, упрощение мечты — это и есть взросление. Процесс закономерный, хотя и печальный…
Козлов Петя был каким-то невезучим.
Это он заметил ещё в детстве. Точнее, это открытие сделали его родители. И тут же по простоте душевной объяснили сыну, что с ним вечно что-то не так…
«Вольтер! Вольтер! Как славно звенело это имя весь XVIII век!» Его превозносили до небес, знакомством с ним гордились самые знатные и богатые особы, его мечтали привлечь ко двору Людовик XV, Екатерина Великая, Фридрих II… Вольтер — гениальный философ и писатель, «вождь общественного мнения» и «ниспровергатель авторитетов». Его любили и ненавидели, им восторгались, ему завидовали. Он дважды был заточен в Бастилию, покидал родину, гонимый преследованиями. О великом французе и его окружении, о...
Гриша Крохин — агент и продюсер. Он — создатель имён и судеб. Он властелин на огромной, бурной и денежной территории. Ему нельзя ошибаться. Более того, для него не существует ошибок: он не ищет таланты. Он их создаёт. Если нужно, из полена. В его деле главное — расчёт и воля…
Поэтичная история любви и потерь на фоне гражданской войны, разворачивающаяся на райском острове. Писатель Тео, пережив смерть жены, возвращается на родную Шри-Ланку в надежде обрести среди прекрасных пейзажей давно утраченный покой. Все глубже погружаясь в жизнь истерзанной страны, Тео влюбляется в родной остров, проникается его покойной и одновременно наэлектризованной атмосферой. Прогуливаясь по пустынному пляжу, он встречает совсем еще юную девушку. Нулани, на глазах которой заживо сожгли...
Оля сидела на табуретке посреди хаоса своей новой квартиры, голова чуть кружилась от усталости и запаха свежего дерева и краски. Она — литературный редактор с очень скромной зарплатой — однажды решилась на отчаянный шаг. Влезла в ипотеку и купила квартиру в новом красивом доме…
После смерти супруги Яков решил, что жизнь кончена. Появление Мирославы дало ему новую надежду, но вскоре выяснилось, что у этой роскошной женщины на него свои планы…
Дима был доволен своей жизнью и считал, что ему повезло: заботливая жена, обожаемая дочь. Но однажды он осознал, что выбрал для своей девочки неправильную мать….
Аля тупая. Она слышит это так часто, с детского сада, что не считает оскорблением. Это просто её отличительная черта. Вот этот человек — в очках, этот — толстый. Маша хорошо поёт. А она, Аля, — тупая…
Жизнь Нади складывалась совсем не легко, но и не плохо. Она всего добивалась сама, своим трудом, упорством, ответственностью. Она была старшей дочерью в бедной многодетной семье. Хорошо закончила школу. Не задумываясь, отнесла документы в медицинский институт на факультет педиатрии…
Кристина, кажется, впервые в жизни делала работу не по заказу, не к сроку, не конкретному работодателю. Она сама была своим работодателем. Как-то пошла в ритме биения пульса, поплыла по крови вен, услышав шёпот и взрыв сердца. Она встретила человека…
Катя была актрисой и, конечно, грезила о славе. И вот наконец её талант заметили, но та роль, что ей предстоит сыграть, не просто сложна, она смертельно опасна…
Безработный тасманиец находит в лавке старьёвщика удивительную книгу, которая переносит его в девятнадцатый век, в жестокую и фантастическую реальность островного каторжного поселения Сара-Айленд у берегов Земли Ван-Димена (ныне Тасмании). "Никто в целом свете, кроме меня, не мог увидеть и засвидетельствовать свершившееся чудо, когда весь огромный мир уменьшился до размеров тёмного угла в лавке старьёвщика и вечность свелась к тому мигу, в который я впервые смахнул сухой ил с обложки диковинной...
Настя и Таня были очень разными, но всё равно оказались лучшими подругами, пока между ними не встал общий сценарий, написанный по личным мотивам каждой из них…
В тот день, когда Элис случайно забрела на старое кладбище и увидела могильный камень с именем Розмари Вирджинии Эшли, она ощутила лишь смутную тревогу. Когда же у нее в доме поселилась юная красавица Джинни, Элис поняла: в ее судьбу вторглось нечто крайне загадочное и чрезвычайно опасное. Среди вещей постоялицы она обнаружила старый дневник человека, который однажды попал под чары некой Розмари; эта роковая связь превратила его жизнь в ад и в конце концов погубила его. И вот теперь, похоже,...
Неудачное стечение обстоятельств — крикливый и драчливый петух, невнимательный велосипедист, и вот уже чёрный кот сидит на дне канализационного колодца, гадая как оттуда выбраться…
Когда слышу рассуждения о том, какой тип женщины предпочитают мужчины, только усмехаюсь. Я знаю точно! Большинство мечтает о покорных веселеньких простушках, готовых за конфетку стоять на задних лапках. Мне об этом было многократно заявлено открытым текстом!
Книга Алексея Иванова, лауреата множества литературных премий, автора знаменитых романов «Золото бунта», «Сердце Пармы», «Географ глобус пропил», знакомит читателей с теми местами, где происходит действие всех этих романов, и прежде всего — с рекой Чусовой. Чусовая — река легендарная. Возможно в России из всех уральских рек только Чусовую и знают. Так уж сложилось: говорят — «Урал», вспоминают — «Чусовая». И не случайно. Урал без Чусовой — как паруса без мачты, как кони без упряжки, как планета...