Рассказ
«У каждого свой светофор» — так объясняют свою жизненную позицию двое бродяг — молодой Мюррей и Капитан.
Малыш Льяно убил человека и решил скрыться на необъятных просторах Южной Америки. И тут ему предложили выдать себя за пропавшего наследника дона Сантоса Урикэ.
В этом рассказе О. Генри высмеивает слащавую беллетристику в современных ему американских журналах «для семейного чтения».
- Какой зверь так покалечил ваше ухо, ведь это случилось на охоте?
- Нет, это осталось мне в память о настоящей дружбе...
Два друга, Пейсли Фиш и Телемак Хикс, приглядели себе одну вдовушку и оба решили за ней приударить. Думаете на этом и дружбе конец? Нет, друзья заключают между собой некий джентльменский пакт о правилах подобного состязания за руку дамы, чтобы это не повредило их дружбе...
Холлис пытается убедить своего друга драматурга в том, он пишет неправильно и что люди в обычной жизни так высокопарно не говорят.
История почтового или, как ещё их называют, возвратного голубя по кличке Арно, который даже среди собратьев выделялся силой и смекалкой.
Охота на китайцев-браконьеров в заливе Сан-Франциско может быть не только интересной, но и достаточно опасной.
Долгое время Большой Алек, прозванный «королем греков», так как был вожаком греков-браконьеров, не попадался в руки патрульных речного патруля, он был крайне дерзок, вооружен и опасен, и к тому же предпочитал заранее платить большие взятки. Но однажды Чарли Легрант и расказчик решили задержать Короля на месте преступления...
Владелец устричных отмелей вблизи Окленда никак не мог справиться с целой шайкой рыбаков-браконьеров, но перехитрить их смогли ребята из патрульной службы.
Браконьеры-итальянцы смогли уйти от рыбачьего патруля с помощью постороннего корабля. Но преследование их не закончилось...
Во время так называемого «открытого сезона» рыбаки не имеют права ловить лосося с заката солнца в субботу до восхода в понедельник. Но и этим ограничением они пренебрегали, и все попытки рыбачьего патруля арестовать браконьеров натыкались на молчаливое, но весьма активное сопротивление. Так было до той поры, пока Чарли всё же не придумал как их победить.
Сделав для себя новую быстроходную лодку, греческий рыбак-браконьер решил, что он может теперь в открытую бросить вызов рыбачьему патрулю. Смысл вызова был в следующем: он закинет сеть в прямой видимости берега, и пусть патрульные поймают его.
Совсем не таким казался главному герою последний рейд в составе рыбачьем патруле. Всё, что начиналось как обычное задержание джонки с китайцами-браконьерами, далее перешло в совсем уж неприятное приключение.
Индеец Ситка Чарлей рассказывает историю о том, как он был нанят двумя белыми в качестве проводника. Белые вовлекли Чарлея в безумную погоню за неизвестно чем, по безжизненным белым просторам. И не все выберутся из этой гонки живыми.
Двое путников двигаются на юг, они бегут от холодных объятий Зимы и от смерти, которую она несёт. Но когда один из путников подворачивает ногу, его товарищ бросает спутника на произвол судьбы. Но бедняга твердо намерен выбраться и выжить несмотря ни на что, ведь его любовь к жизни так велика.
В горах удачливый золотоискатель находит золотую жилу, которая может принести ему десятки тысяч долларов. Но некто другой желает завладеть золотом и коварно нападает на золотоискателя...
Рассказчик, присутствоваший однажды на бое быков, заметил человека в круглой шапочке и черном сюртуке, которого называли padro. Он не пропускал ни одной корриды, ни одного петушиного боя.
Рассказчику посоветовали избегать общения с ним, так как padro был осужден в обществе. Как выяснилось, он посещает «Salsa de Tomates» — древнее андалузийское состязание.
И однажды рассказчик просит padro взять его с собой на «сальсу»...
Когда сумерки размывают контуры Нью-Йорка, из пещер каменных громад города выползают существа, которые когда-то были людьми, но стали двуногим придатком собаки, плетущимся за ней на поводке...
Заработав стартовый капитал на доверчивых и сентиментальных фермерах, благородные жулики организовали финансовую пирамиду в Нью-Йорке.
В закусочной Богля работали всего две официантки: одна была высокого роста, красивая и живая; другая — маленькая, толстенькая, веснушчатая и некрасивая.
Симпатии Джима Бирнса в русско-японской войне были на стороне японцев.
До тех пор, пока в их депо не появился странный чужеземец, лопочущий на непонятном языке.
Что делать, если твоя жена привыкла распоряжаться и является королевой всего хозяйства? Неужели настоящий мужчина так и останется второстепенной фигурой на ранчо? А ведь Уэб Игер был одним из лучших управляющих на техасских пастбищах.