Хороший рассказ о хороших людях. И об одной дуре с розовыми бабочками в голове.
Действительно, так бывает. Принимают "чужого" ребёнка в семью да и живут дальше. Ничего ни от кого не требуют, топорами не машут и корову вдоль не пилят.
Было приятно читать о нормальных людях без адвокатов, истерик, дитачек-корзиночек, битья посуды и кровавой мести.
Отзывы о книгах
Нюнюка
№ 3 в рейтинге
поделилась мнением
о книге
«Здравствуйте, мы ваши родственники»
4 месяца назад
грустно
полезно
Галина замужем много лет, потому, когда на пороге появляется женщина с ребенком и говорит, что приходится родной сестрой мужу, она немного удивлена, но радушно сажает за стол их. Николай удивлён и напуган, увидев гостей, но ему придётся открыть правду жене, кто эти люди.
Ужастик какой то...
Любовь способна на многое и требует жертв. Алиса слишком поздно осознаёт, сколько жертв положено на этот алтарь, когда остаётся одна. Слова, сказанные матерью: "Ты мне больше не дочь", звенят в ушах, но выбора нет — мать лишь один человек, способный ей помочь в этом мире после всего, что она натворила.
В кои-то веки критиковать не буду.Сюжет закрутили с дикой концентрацией негатива,но за ним спрятались герои в которых запросто можно узнать соседей,родственников,друзей,себя...
И от этого-жутковато.И интересно😉
И от этого-жутковато.И интересно😉
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
Это особый приём Манаевой: сходу высыпать на героиню тачку кирпичей и дать ей возможность грациозно выкопаться из завала, пойти "по жизни, смеясь" и "от бедра", по пути закидав виноватых битыми обломками.
Вот и здесь - с самого начала видим очередной трагический балаган с драмой, болезнями, потрошением шкафов и вываливанием скелетов. Причём, этот бешеный балаган тянется через всю книгу.
Написано хорошо, конфликт героев и прочих персонажей - супер.
Но не оставляет ощущение, что меня просто разводят на коммерческие эмоции, и это подтверждается "модным" названием. Ни шагу в сторону от лыжни.
Грустно это, девушки.
Вот и здесь - с самого начала видим очередной трагический балаган с драмой, болезнями, потрошением шкафов и вываливанием скелетов. Причём, этот бешеный балаган тянется через всю книгу.
Написано хорошо, конфликт героев и прочих персонажей - супер.
Но не оставляет ощущение, что меня просто разводят на коммерческие эмоции, и это подтверждается "модным" названием. Ни шагу в сторону от лыжни.
Грустно это, девушки.
- У меня для тебя три новости. Все плохие. Лучше сядь. Сестра врывается в квартиру после пятилетнего молчания. - Привет, Диана, давно не виделись, - смотрю, как она проносится на кухню. Мне даже казалось, что её нет в живых. - Твой муж тебе изменяет, - бьёт наотмашь словами, и сердце пропускает удар. - С тобой? – интересуюсь, пока внутри всё сжимается от испуга. - Уже нет. Айка – его дочь. - Твоя Майя? – решаю уточнить, чувствуя, как волосы поднимаются на голове. - Ну какая ещё, Рим, не...
Повествование, как по ступеням вниз. Как глубоко находится фундамент?
Как долго до него корячиться в темноте?
Сначала кажется, что это шаблонный романчик с ведром розового стекла вперемешку с дёгтем, навозом и литром слёз.
Потом впечатление меняется. Героиня-то не штампованная слезогонка, она и укусить может, и отгрызть чего ненужное.
И всё бы хорошо... Но на последней четверти текста пошёл такой забористый трэш, что аж зубы сводит. Происходит столько всякого идиотско-неописуемого, что уже не на шутку жалко героиню. Сколько же можно на одну голову валить?
Зачем была вставка от лица мужа? Следование правилам лыра с разными "точками зрения"? Вышло так себе. С мужем и так всё понятно, дополнительно пояснять нет необходимости. Разве что для добавки объёма текста.
Как долго до него корячиться в темноте?
Сначала кажется, что это шаблонный романчик с ведром розового стекла вперемешку с дёгтем, навозом и литром слёз.
Потом впечатление меняется. Героиня-то не штампованная слезогонка, она и укусить может, и отгрызть чего ненужное.
И всё бы хорошо... Но на последней четверти текста пошёл такой забористый трэш, что аж зубы сводит. Происходит столько всякого идиотско-неописуемого, что уже не на шутку жалко героиню. Сколько же можно на одну голову валить?
Зачем была вставка от лица мужа? Следование правилам лыра с разными "точками зрения"? Вышло так себе. С мужем и так всё понятно, дополнительно пояснять нет необходимости. Разве что для добавки объёма текста.
— Спасибо, что утешаешь моего мужа, Уля. Но я ещё жива! Сестра отводит взгляд, вытирая губы после поцелуя. Руслан смотрит с неприязнью в мои глаза, будто это я виновата во всём. А потом говорит. — Я живой, Инга. И не собираюсь хоронить себя рядом с калекой! ***** После аварии я в инвалидном кресле. За рулём был муж. Теперь он хочет не только развестись, но и забрать мою компанию, чтобы обеспечить безбедную жизнь своей новой женщине — моей сестре, которая на пятнадцать лет его моложе. А наш...
грустно
наивно
— Спасибо, что утешаешь моего мужа, Уля. Но я ещё жива! Сестра отводит взгляд, вытирая губы после поцелуя. Руслан смотрит с неприязнью в мои глаза, будто это я виновата во всём. А потом говорит. — Я живой, Инга. И не собираюсь хоронить себя рядом с калекой! ***** После аварии я в инвалидном кресле. За рулём был муж. Теперь он хочет не только развестись, но и забрать мою компанию, чтобы обеспечить безбедную жизнь своей новой женщине — моей сестре, которая на пятнадцать лет его моложе. А наш...
Вот клубок заплёлся! Не сразу и разберешь - кто, кого, куда, как часто и кто, кого и чем шантажирует. Развели тайны от больших и сочувствующих сердец, конспираторы-самоучки.
Героиня совершенно внезапно обнаружила себя в скорлупе гнилого ореха. Снаружи - твердая и блестящая гладкость. Внутри - труха и вонючая гниль.
У неё есть на кого опереться. Но как же страшно, когда взрывается весь привычный мир, пусть даже последние пару лет она провела в глухой депрессии. Это была её привычная депрессия, и вот она резко сменилась грохотом валящихся на голову кирпичей.
И она начинает взламывать эту скорлупу, даже не зная, что может ждать снаружи. Ломает её, потому что так жить больше нельзя.
Название совершенно не в кассу.
Потому что модно? Потому что литмоб?
Героиня совершенно внезапно обнаружила себя в скорлупе гнилого ореха. Снаружи - твердая и блестящая гладкость. Внутри - труха и вонючая гниль.
У неё есть на кого опереться. Но как же страшно, когда взрывается весь привычный мир, пусть даже последние пару лет она провела в глухой депрессии. Это была её привычная депрессия, и вот она резко сменилась грохотом валящихся на голову кирпичей.
И она начинает взламывать эту скорлупу, даже не зная, что может ждать снаружи. Ломает её, потому что так жить больше нельзя.
Название совершенно не в кассу.
Потому что модно? Потому что литмоб?
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
Покушения, смерти, опять покушения, и все это на фоне чудесных метаморфоз отца и сына, невесть куда пропадающих персонажей и волшебной силы китайской медицины.
— Спасибо, что утешаешь моего мужа, Уля. Но я ещё жива! Сестра отводит взгляд, вытирая губы после поцелуя. Руслан смотрит с неприязнью в мои глаза, будто это я виновата во всём. А потом говорит. — Я живой, Инга. И не собираюсь хоронить себя рядом с калекой! ***** После аварии я в инвалидном кресле. За рулём был муж. Теперь он хочет не только развестись, но и забрать мою компанию, чтобы обеспечить безбедную жизнь своей новой женщине — моей сестре, которая на пятнадцать лет его моложе. А наш...
грустно
до слезнаивно
— Спасибо, что утешаешь моего мужа, Уля. Но я ещё жива! Сестра отводит взгляд, вытирая губы после поцелуя. Руслан смотрит с неприязнью в мои глаза, будто это я виновата во всём. А потом говорит. — Я живой, Инга. И не собираюсь хоронить себя рядом с калекой! ***** После аварии я в инвалидном кресле. За рулём был муж. Теперь он хочет не только развестись, но и забрать мою компанию, чтобы обеспечить безбедную жизнь своей новой женщине — моей сестре, которая на пятнадцать лет его моложе. А наш...
скучно
- Да ты когда на себя последний раз в зеркало смотрела? – слова как нож, ранят в самое сердце. Скажи мне кто другой подобное, вынесла стойко, но слышать такое от Егора… - Ещё заплачь! – ухмыляется Уваров, и я не узнаю собственного мужа. Неимоверными усилиями сдерживаюсь, обещая себе, что как только он уйдёт, позволю разреветься. Сжимаю зубы так, что сводит скулы. «Я сильная, я выдержу», - повторяю, как мантру, прожигая глазами первую любовь. Где руководство к действию, когда тебе изменяет...
Жестко. Я не диагоналила. Яркий пример, когда у одних и тех же родителей вырастают сильно разные дети. Кто виноват? Вопрос риторический....Приятных эмоций при прочтении книги нет.
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
грустно
не оторватьсяИнтересная история. Легко читать. Наворочено всего много, хотя в жизни бывает и похлеще
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
грустно
страшно
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
грустнодо слезстрашно
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
не оторватьсястрашно
жестокость
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
грустнонаивноВ принципе, понравилось. Но очень сумбурно. Ну и почти все умерли, тоже неожиданно.
— Спасибо, что утешаешь моего мужа, Уля. Но я ещё жива! Сестра отводит взгляд, вытирая губы после поцелуя. Руслан смотрит с неприязнью в мои глаза, будто это я виновата во всём. А потом говорит. — Я живой, Инга. И не собираюсь хоронить себя рядом с калекой! ***** После аварии я в инвалидном кресле. За рулём был муж. Теперь он хочет не только развестись, но и забрать мою компанию, чтобы обеспечить безбедную жизнь своей новой женщине — моей сестре, которая на пятнадцать лет его моложе. А наш...
Не читала.
Заметка для себя
Заметка для себя
— Спасибо, что утешаешь моего мужа, Уля. Но я ещё жива! Сестра отводит взгляд, вытирая губы после поцелуя. Руслан смотрит с неприязнью в мои глаза, будто это я виновата во всём. А потом говорит. — Я живой, Инга. И не собираюсь хоронить себя рядом с калекой! ***** После аварии я в инвалидном кресле. За рулём был муж. Теперь он хочет не только развестись, но и забрать мою компанию, чтобы обеспечить безбедную жизнь своей новой женщине — моей сестре, которая на пятнадцать лет его моложе. А наш...
скучно
- Да ты когда на себя последний раз в зеркало смотрела? – слова как нож, ранят в самое сердце. Скажи мне кто другой подобное, вынесла стойко, но слышать такое от Егора… - Ещё заплачь! – ухмыляется Уваров, и я не узнаю собственного мужа. Неимоверными усилиями сдерживаюсь, обещая себе, что как только он уйдёт, позволю разреветься. Сжимаю зубы так, что сводит скулы. «Я сильная, я выдержу», - повторяю, как мантру, прожигая глазами первую любовь. Где руководство к действию, когда тебе изменяет...
грустнодо слезстрашноВ каждой избушке свои погремушки. Скелеты прямо сыпались из шкафов, но до правды героиня докопалась. Жутко от семьи такой
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
жестокость
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
грустнодо слезстрашно
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
мило
в отпускполезноСогласна с Desire. Красивый сказочный финал, к которую героиня шла своей тернистой дорогой. Конечно, у героини были помощники - друг и деньги. Понравилось, что героиня научилась пользоваться своими мозгами для того, чтобы добиться нужного ей результата. Автор почти весь текст посвятила мытарствам героини, про возмездие сказала два слова - ну хоть что-то.
Даже в страшном сне Влада не могла представить, что муж захочет забрать у неё всё, что она имеет: репутацию, бизнес, семью, любовь, веру в отца. Проснувшись утром, она обнаруживает рядом с собой друга мужа, делающего компрометирующие фотографии, которые дадут мужу преимущество расторгнуть брачный договор. Но нельзя сдаваться! Владе предстоит найти доказательства того, что она невиновна и отомстить мужу сполна, потому что месть - пикантное блюдо. ****** *Беременная героиня *Любовный...
не оторваться
Любовницы так хотят стать жёнами, что готовы убить.Именно так поступила одна из них, вжав педаль газа, когда увидела меня.
- Она больше не сможет иметь детей, - слышу голос мужа, говорящий с кем-то по телефону, и машинально укладываю руку на живот, которого больше нет. - Потому пока ей лучше не знать, что ты беременна.
А мне предстоит вернуть бумеранг той, кто лишил меня этой возможности.
грустнострашно
- Это же Катя?! – смотрю испуганно на обнажённую девушку в объятьях моего мужа. Узнать подругу дочери в таком виде удаётся с трудом. Я же помню её ребёнком. Маленькую с тонкими мышиными косичками. - Лёля, выйди! – пытается муж прикрыть свою наготу. – Или хотя бы отвернись! Хотя бы отвернуться… А между тем гости в соседней комнате открыли шампанское, чтобы праздновать два юбилея: мой и дату нашей свадьбы. Пока я два года силилась принять утрату дочери, переживала о сыне в горячей точке,...
грустно
глупоМужики все - го.но, Рустам относительно приличный, но какой-то мутный((((
Ещё вчера у меня был просторный дом и любящий муж. Дом ушёл за долги, а я лечу в больницу к мужу по первому звонку.
- Вы сестра? - задаёт вопрос врач, и я качаю головой. Он косится в сторону женщины, стоящей у дверей, а она на меня.
- Инга Рубцова, жена Макса, - представляется, а к ноге жмётся ребёнок лет пяти.
Мой третьеклассник сейчас в школе, и я замужем уже десять лет. Только, если передо мной жена Рубцова, кто тогда я?