Собеский Я люблю читать письма короля Польши Яна Собеского своей жене. В этих письмах соединяется всё, что мне нравится: резня, любовь, идиотия, экзотика, осада турками Вены и взаимное уважение.
Описывая с подробностями своё спасение Вены — атаки панцирной кавалерии, убийства пленных, горящий императорский дворец, голод и ужас, — Ян Собеский (очень храбрый, немолодой и толстый) кропотливо перечисляет трофеи. И внезапно: «Натолкнулись на шатёр верховного визиря, захватили знамя Магомета, золото швыряли пригоршнями, но главное не это, Марысенька! У визиря был с собой целый парк с дивными животными. Кошки в золотых ошейниках всякие, обезьянки в шапках, какие-то горбатые грызунчики. Были собачки, но какие-то не очень собой красивые и лысые. И ещё был попугай! Но он улетел — не смог его поймать. Он собой такой красненький весь с зелёной головой, и кричал. Залез за ним на дерево, а он улетел. С грустью смотрел ему вслед. Такой славный! Я такого теперь никогда не поймаю!» За несколько часов до этого Ян III Собеский лично вёл в самоубийственную атаку крылатых гусар на ощетинившиеся позиции боснийского паши.
Джон Шемякин «Дикая история дикого барина»
Я люблю читать письма короля Польши Яна Собеского своей жене. В этих письмах соединяется всё, что мне нравится: резня, любовь, идиотия, экзотика, осада турками Вены и взаимное уважение.
«Натолкнулись на шатёр верховного визиря, захватили знамя Магомета, золото швыряли пригоршнями, но главное не это, Марысенька! У визиря был с собой целый парк с дивными животными. Кошки в золотых ошейниках всякие, обезьянки в шапках, какие-то горбатые грызунчики. Были собачки, но какие-то не очень собой красивые и лысые. И ещё был попугай! Но он улетел — не смог его поймать. Он собой такой красненький весь с зелёной головой, и кричал. Залез за ним на дерево, а он улетел. С грустью смотрел ему вслед. Такой славный! Я такого теперь никогда не поймаю!»
За несколько часов до этого Ян III Собеский лично вёл в самоубийственную атаку крылатых гусар на ощетинившиеся позиции боснийского паши.