Точно, всё, пацан, звание Шамана Кинга присваивается тебе пожизненно!
Мыслию отделаться от мысли - что за роскошное самоубийство, какая сладостная самоликвидация!
Чего-то боятся все. А бояться - значит ненавидеть. Человек не может любить того, кого он боится.
Да плевать мне на правду. Я счастья хочу.
Флоберу нужно было уединенное место, чтобы кричать, мне же — место, чтобы мечтать, такое место, где никто и ничто не мешает мне витать в эмпиреях и где есть такая роскошь, как окно, потому что окно — это право на кусочек неба.
Но даже в молчании его глаза кричали: „Беспокойся только об одном человеке — о себе“
У каких бы людей вы ни спросили, что для них самое главное в жизни, ответ будет один: счастье.
Никто не скажет, что самым главным для него является правда.
Для путника в зимнем лесу нет звука тоскливее, чем отдаленный волчий вой.
Не знать, что нужно подкреплять доказательствами и что не нужно, - значит быть невеждою. Ведь не все же безусловно может быть доказываемо, ибо в таком случае пришлось бы идти в беспредельность, так что в этом случае не было бы доказательства окончательного и настоящего. Но если для некоторых положений не нужно искать доказательств, то они не сумели бы сказать, какое положение более данного заслуживает подобного исключения. Можно, правда, и это доказывать приведением к абсурду, если только лицо сомневающееся приводит какие-нибудь возражения. Если же оно ничего не приводит, то смешно пытаться рассуждать с тем, кто ни о чем не хочет рассуждать, пока он не хочет. Такой человек, пока он остается таким, все равно для нас что растение.
толпе не присуще быть философом.
За бабские поступки спрос у мужчин всегда выше.
Верьте, что это осуществимо. Это основной принцип творческого мышления.
“Rather the negatively charged fields of the two balls repel each other. Were it not for their electrical charges they could, like galaxies, pass right through each other unscathed”.
Уэсли Раш не бегает за девчонками, но приготовься, потому что ты будешь моей.
Ничто так не убеждает людей в серьёзности ваших намерений, как несколько капель их собственной крови.
Если бы на том свете было лучше, чем на этом, здесь никого бы не осталось!..
Даже эта великолепная конская группа и статуя с венком в руках настолько прошла мимо моего внимания, что я не рассмотрел ее - чья это фигура. Я лишь помнил слышанное о ней: говорили, что по всей Москве и есть только два трезвых кучера -один здесь, другой на фронтоне Большого театра.
Через несколько дней, кажется, 5 августа, мне удалось ненадолго вырваться с работы. Идя по Гусиной улице, я случайно стал свидетелем марша через гетто Януша Корчака со своими воспитанниками-сиротами.
В то утро Януш Корчак должен был выполнить приказ о выселении Дома сирот, которым руководил. Детей собирались вывозить одних, у него же была возможность спастись. Он с трудом упросил немцев, чтобы они позволили ему сопровождать детей. Посвятив детям-сиротам долгие годы своей жизни, он хотел остаться с ними, чтобы облегчить им последний путь. Он объяснил сиротам, что их ждет приятное событие — поездка в деревню. Наконец-то они смогут покинуть стены отвратительных душных комнат, чтобы отправиться на луга, поросшие цветами, к источникам, где можно купаться, в леса, где много ягод и грибов. Он велел детям получше одеться, и вот, радостные, нарядные, они выстроились парами во дворе.
Маленькую колонну сопровождал эсэсовец, который, как каждый немец, очень любил детей, а особенно тех, кого собирался отправить на тот свет. Больше всех ему понравился двенадцатилетний мальчик-скрипач с инструментом под мышкой. Немец приказал ему встать впереди колонны и играть. И так они тронулись в путь.
Когда я встретил их на Гусиной улице, дети шли весело, с песней, маленький музыкант им аккомпанировал, Корчак нес на руках двоих — самых младших, они тоже сияли, а Корчак рассказывал им что-то смешное.
Наверное, в газовой камере, когда газ уже сдавил детские гортани, а вместо радости и надежды пришел страх, Старый Доктор из последних сил шептал им:
— Это ничего, дети! Это ничего… — чтобы хоть как-то смягчить страх своих маленьких подопечных перед пересечением черты между жизнью и смертью.
Павел прослужил у нас более шестидесяти лет. Знал он всех знакомых отца и каждого обслуживал исходя из собственного к нему отношения, нимало не считаясь с чинами и титулами. Кого не любит – тому ни за что не нальет вина и не подаст десерта. Когда генерал Куропаткин, разбитый японцами в 1905 году, приехал к нам обедать, старик Павел, выказывая ему презренье, встал к нему спиной, плюнул и наотрез отказался обслужить его за столом.
Вселенная каждому воздаст по заслугам, сколько бы колдовских ритуалов вы ни проводили.
- Почему бы вам не разрушить стену, которой вы так старательно себя окружили?
- Вам никто не объяснял, что стены строят именно для того, чтобы не допускать любопытных слишком близко?
- Иногда они становятся тюрьмой для тех, кто их возвел...
Знать, когда уйти — одна из величайших необходимостей в жизни. Уйти прежде, чем откажут силы — для этого нужно уметь смотреть в лицо правде.
— Итак, завтра в театре ты встретишься со скрипачом. Каков план?
— У меня нет плана. Пропустить бы все это и поскорее добраться до той части, где он станет моим бойфрендом. Я уже молчу о том, что ему вообще не мешало бы узнать о моем существовании.
— Да брось! Неужели ты вправду хочешь пропустить эту часть?
— Да, хочу.
— Пропустить знакомство с ним? Нервную дрожь, выскакивающее из груди сердце, смущение? Ту часть, когда вы впервые войдете в магнитные поля друг друга, и невидимые энергетические линии словно притянут вас…
— Невидимые энергетические линии? Ты, часом, не оккультистка? Как те чудики, что носят кристаллы и читают ауру?
— Ты знаешь, о чем я. Первое свидание, прикосновение, первый поцелуй, потаенные чувства, томление…
— Да ты романтик!
— Вряд ли. Я хочу сказать, начало — это здорово. Все вокруг искрится и сверкает… пока ты не узнаешь, что он — козел.
Что ж, в принципе, в церкви было нормально. И песенная часть мне понравилась, и орган. Но остальное показалось, типа, жуткой мурой. Правда, у меня хватило ума не говорить об этом Лорен.
Выдать можно только то, что существует в реальности.