Каждое поколение хочет быть последним.
Может быть, мы попадаем в ад не за те поступки, которые совершили. Может быть, мы попадаем в ад за поступки, которые не совершили. За дела, которые не довели до конца.
Пережить можно все - даже самую страшную боль. Только тебе нужно что-то, что будет тебя отвлекать. Попробуйте вышивать. Или мастерить абажуры из цветного стекла.
Никто не хочет признать, что мы подсели на музыку, как на наркотик. Так не бывает. Никто не подсаживается на музыку, на телевизор и радио. Просто нам нужно больше: больше каналов, шире экран, громче звук. Мы не можем без музыки и телевизора, но нет - никто на них не подсел.
Мы можем выключить музыку и телевизор, когда захотим.
Власть развращает. А абсолютная власть развращает абсолютно
Я не знаю, что я знаю, а чего не знаю. Я не знаю, что правда, а что неправда. Наверное, я не знаю вообще ничего
Шум — это то, чем определяется тишина. Без шума мы не ценили бы тишину.
Палки и камни могут и покалечить, а слова могут и вовсе убить.
В Древней Греции люди считали, что мысли – это приказы свыше. Если в голову древнего грека приходила какая-то мысль, он был уверен, что ее ниспослали боги. Какой-то конкретный бог или богиня. Аполлон говорил человеку. Что нужно быть храбрым. Афина – что нужно влюбиться. Теперь люди слышат рекламу картофельных чипсов со сметаной и бросаются их покупать; но это теперь называется свободой выбора. Древние греки по крайней мере не лгали себе.
- Убить тех, кого любишь, это не самое страшное. Есть вещи страшнее. Например, безучастно стоять в сторонке, пока их убивает мир. Просто читать газету. Так чаще всего и бывает.- Пережить можно все - даже самую страшную боль. Только тебе нужно что-то, что будет тебя отвлекать.- Хороший способ забыть о целом - пристально рассмотреть детали. Хороший способ отгородиться от боли - сосредоточиться на мелочах. На фактах.- Можешь забыть меня. Но это не значит, что меня не существует.- У каждого в жизни есть кто-то, кто никогда тебя не отпустит, и кто-то, кого никогда не отпустишь ты.
Можешь забыть меня, но это не значит, что меня не существует
Джордж Оруэлл ошибался.
Большой Брат не следит за тобой. Большой Брат поет и пляшет. Достает белых кроликов из волшебной шляпы. Все время, пока ты не спишь, Большой Брат развлекает тебя, отвлекая внимание. Он делает все, чтобы не дать тебе время задуматься. Он делает все, чтобы тебя занять.
Он делает все, чтобы твое воображение чахло и отмирало. Пока окончательно не отомрет. Превратиться в бесполезный придаток типа аппендикса. Большой Брат следит, чтобы ты не отвлекался на что то серьезное.
Но лучше бы он следил за тобой, потому что это значительно хуже – когда в тебя столько всего пихают. Когда столько всего происходит вокруг, тебе уже и не хочется думать самостоятельно. Ты уже не представляешь угрозы. Когда воображение атрофируется у всех, никому не захочется переделывать мир.
«Убить тех, кого любишь, это не самое страшное. Есть вещи страшнее. Например, безучастно стоять в стороне, пока их убивает мир. Просто читать газету. Так чаще всего и бывает.»
Может быть, мы попадаем в ад не за те поступки, которые совершили. Может быть, мы попадаем в ад за поступки, которые не совершили. За дела, которые не довели до конца.
У каждого в жизни есть кто-то, кто никогда тебя не отпустит, и кто-то, кого никогда не отпустишь ты.
Вы хотите быть глупым, но живым, или всезнайкой, но мертвым?
Ты есть только в глазах других.
Чтобы возникла анархия, достаточно всего лишь одного водителя, который не соблюдает правила.
Вы - ваше главное хобби. Вы специалист по самому себе.
Моложе, чем сегодня вечером, тебе уже не стать.
А что если реальность - всего лишь болезнь?
Может, моя жизнь пустая и скучная, но по крайней мере они моя, а не ширпотребная, секонд-хендовская, с чужого плеча.
"Спросите у себя: что я сегодня ел на завтрак? что я ел вчера на ужин?
Видите, как быстро исчезает реальность?"
Богатые люди в отличие от большинства знают: мосты не сжигают. Это транжирство! Мосты продают.
Для каждого, кто тебя знает, ты разный.