Цитаты
281623
- Вот Вы столько всего пережили, столько книг прочли. Вы все еще верите в счастливый конец?
- О да, видит бог, - Бернадетта молитвенно сложила руки, словно книгу. - Как не верить? У меня их было не меньше сотни.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Мать... слишком уважала личную жизнь Джослин, чтобы войти, но часто подслушивала.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Какое счастливое поколение - столько друзей, которых они никогда не увидят. В киберпространстве никто не стаскивает с тебя штаны в насмешку.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
С человеком, который лжет так непринужденно, как Коринн, надо дружить. Пусть лучше лжет ради тебя, а не тебе.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Ты свободен ровно настолько, насколько думаешь.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Власть — это ответственность.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Главное в танцах — с кем ты будешь танцевать. Кто тебя пригласит? Кто примет твое приглашение? Кому ты не сможешь отказать? Главное в танцах — безграничный простор для триумфа и катастрофы.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Что, если это и был счастливый конец, а ты не заметила? Не пропусти счастливый конец!
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Вот неполный список того, чего нет в книгах Джейн Остен:
- убийства с узким кругом подозреваемых
- ожесточенные поцелуи
- девочки, одетые как мальчики (обратное бывает реже)
- шпионы
- маньяки-убийцы
- плащи-невидимки
- архетипы Юнга, прискорбнее всего — двойники кошки
Но не будем о минусах.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
...разлюбить не более разумно, чем влюбиться.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Если любовь не сложилась, Джейн Остен не виновата. Нельзя даже сказать, что она не предупреждала. Для ее героинь все заканчивалось удачно, но в каждой книге есть персонажи, не нашедшие счастья: в «Чувстве и чувствительности» — брэндоновская Элайза; в «Гордости и предубеждении» — Шарлотта Лукас, Лидия Беннет; в «Мэнсфилд-Парке» — Мария Бертрам. На этих женщин надо обращать внимание, но никто не обращает.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Ни один действительно честный человек не станет хвастаться своей честностью. По-настоящему честные люди свою честность едва замечают.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Носки разные, ну и что? Зато туфли одинаковые.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
На самом деле она не была красивой. Просто притворялась.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Легче всего на свете - расплакаться. Сложнее всего - остановиться.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
В ухаживании есть сюжет. В замужестве сюжета нет.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Мужчина, который не даёт умереть своим комнатным цветам, достоин восхищения, особенно если горшки без дырочек.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Сексуальность редко бывает столь же простой, сколь естественной.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Искусством невозможно наслаждаться, если подходить к нему без любви.
Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик...
Зритель, даже самый чувствительный, вполне может выбирать, как относиться к тому, что он видит и о чем точно знает, - это все происходит не с ним.
Свет и Тьма – игрушки в его руках.
Способности – запредельны для Великих.
А еще он – беспомощный ребенок-аутист.
Не нужный никому, опасный для Инквизиции, преследуемый тварями Сумрака.
Единственная надежда – педагог Дмитрий Дреер и его невольные союзники. Твердо уверенные: высшая гармония мировых сил не стоит слезинки малыша.
Учителя воспитали учеников более сильных, чем они сами. И ушли, когда пробил час. Основатель библиотеки скончался в тридцать четвертом. Эме умер в шестьдесят седьмом. А его Темный друг просто куда-то однажды исчез. Наверное, он не хотел, чтобы ученики провожали его или тем более хоронили. Темный свойственна гордость куда больше, чем Светлым.
Свет и Тьма – игрушки в его руках.
Способности – запредельны для Великих.
А еще он – беспомощный ребенок-аутист.
Не нужный никому, опасный для Инквизиции, преследуемый тварями Сумрака.
Единственная надежда – педагог Дмитрий Дреер и его невольные союзники. Твердо уверенные: высшая гармония мировых сил не стоит слезинки малыша.
Ни одна книга не сравнится с тем, про что она написана. Жизнь всегда уходит вперед.
Свет и Тьма – игрушки в его руках.
Способности – запредельны для Великих.
А еще он – беспомощный ребенок-аутист.
Не нужный никому, опасный для Инквизиции, преследуемый тварями Сумрака.
Единственная надежда – педагог Дмитрий Дреер и его невольные союзники. Твердо уверенные: высшая гармония мировых сил не стоит слезинки малыша.
В захолустных вузах всегда найдутся подвижники. Или энтузиасты - карьеры не сделаешь. Нобелевку не получишь, но делом своим занимаешься просто из любви к искусству. Светлые, только не Иные. Такой из студентов душу вытрясет, если не помнят, кто чего написал да по какому поводу.
Свет и Тьма – игрушки в его руках.
Способности – запредельны для Великих.
А еще он – беспомощный ребенок-аутист.
Не нужный никому, опасный для Инквизиции, преследуемый тварями Сумрака.
Единственная надежда – педагог Дмитрий Дреер и его невольные союзники. Твердо уверенные: высшая гармония мировых сил не стоит слезинки малыша.
Кот не считает себя домашним животным. Правда, и хозяином он себя тоже не считает, что бы там про него не говорили. Он просто живет рядом и заботится о своих интересах. Жизнь - его цель, начало и конец.
Свет и Тьма – игрушки в его руках.
Способности – запредельны для Великих.
А еще он – беспомощный ребенок-аутист.
Не нужный никому, опасный для Инквизиции, преследуемый тварями Сумрака.
Единственная надежда – педагог Дмитрий Дреер и его невольные союзники. Твердо уверенные: высшая гармония мировых сил не стоит слезинки малыша.
Жизнь и в реальном, и в сумеречном мире состоит из задач. А не научитесь решать - будет состоять из одних проблем.
Свет и Тьма – игрушки в его руках.
Способности – запредельны для Великих.
А еще он – беспомощный ребенок-аутист.
Не нужный никому, опасный для Инквизиции, преследуемый тварями Сумрака.
Единственная надежда – педагог Дмитрий Дреер и его невольные союзники. Твердо уверенные: высшая гармония мировых сил не стоит слезинки малыша.