Десять негритят отправились обедать,
Один поперхнулся, их осталось девять.Девять негритят, поев, клевали носом,
Один не смог проснуться, их осталось восемь.Восемь негритят в Девон ушли потом,
Один не возвратился, остались всемером.Семь негритят дрова рубили вместе,
Зарубил один себя — и осталось шесть их.Шесть негритят пошли на пасеку гулять,
Одного ужалил шмель, их осталось пять.Пять негритят судейство учинили,
Засудили одного, осталось их четыре.Четыре негритенка пошли купаться в море,
Один попался на приманку, их осталось трое.Трое негритят в зверинце оказались,
Одного схватил медведь, и вдвоем остались.Двое негритят легли на солнцепеке,
Один сгорел — и вот один, несчастный, одинокий.Последний негритенок поглядел устало,
Он пошел повесился, и никого не стало.
Все доктора одинаковы - думают штампами.
«Поначалу жизнь на острове кажется романтичной, а стоит там поселиться – и обнаруживается столько неудобств, что не чаешь от него избавиться».
Только в приключенческих романах люди никогда не расстаются с револьверами.
...искусства для искусства нет.
Я тешил свое самолюбие мыслью изобрести такое преступление, которое никто не сможет разгадать. Но я художник, и мне открылось, что искусства для искусства нет. В каждом художнике живет естественная жажда признания. Вот и мне хочется, как ни стыдно в этом признаться, чтобы мир узнал о моем хитроумии…
«Никогда не знаешь наперед, что с тобой случится»
Да, ни один художник, теперь я это хорошо понимаю, не может быть удовлетворен, если его произведение воспринимает лишь он один. Помимо всего прочего, существует вполне естественное стремление к признанию, и от этого никуда не денешься.
Мы обычно склонны принимать все за чистую монету.
Армстронг неожиданно подумал, что старики сильнее цепляются за жизнь, чем люди молодые.
На море ничего нельзя знать наперед - ни-че-го!
«Ненадежная женщина, но разве женщины бывают надежными?»
психологический конфликт идет до уничтожения. Или кто-то покидает поле боя, или развивается болезнь.
Во время шторма нельзя обучаться навигации.
Перевоспитать каждый может только одного человека-самого себя.
Уговаривать - значит насиловать
К сожалению, многие не понимают, что болезнь - это благо. Это сигнал нашего организма о том, что он больше не выдерживает глупых поступков своего хозяина и заболевает для того, чтобы выйти из той ситуации, с которой не может справиться беспечный распорядитель своего организма. Во время болезни организм учит нас правильному образу жизни.
О чем думает раб? Конечно же, не о свободе! Он думает и мечтает о том, чтобы стать тираном!
Ты абсолютно права, что прекратила наши встречи. Благодарю тебя за наслаждение, которое дала мне, по-видимому, из жалости. Ты так искусно играла, что у меня ни на секунду не было сомнений, что ты меня любишь. Ты меня увлекла, и я не мог не ответить на твое, как я тогда считал, чувство. В нем не было ни одной фальшивой ноты. Пишу это не для того, чтобы ты вернулась. Сейчас это уже невозможно! Если ты снова будешь говорить, что любишь меня, как я смогу поверить? Теперь я понимаю, как тебе со мной было тяжело! Hе любить, и так себя вести! И последняя просьба. Постарайся со мной не встречаться даже по делу. Hадо отвыкать. Говорят, время лечит, хотя пока мне поверить в это трудно. Желаю тебе счастья! H.
В общении запреты дают обратный эффект. Хочешь чего-то добиться от человека, запрети ему это.
Вам: Вы глупец! Вы: Hе только глупец, но и подонок! Так что берегитесь.
В больнице или тюрьме общение всегда имеется, но вряд ли кого-нибудь оно может удовлетворять.
Смел только тот, у кого правда. А у кого нет правды, тот просто нахален, вот и все.
«Прежде чем воспитывать детей, надо воспитать себя».
Женщина не потому силища, что камни может ворочать похлеще мужика, а потому она силища, что любого мужика может заставить ворочать эти камни.