Цитаты
288635
разрушенные надежды горше, чем неведение.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Боги не любят, когда их не боятся.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Оберни слабость в силу и люди будут вкладывать в это прозвище совсем иной смысл.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Добряки. Злых, скверных, ворчливых идиотов гораздо больше, но их можно не замечать, в конце концов, к ним можно даже привыкнуть. Вряд ли они могут удивить более, чем ожидаемая подлость. Но добряки... Их по-женски мягкое сердце стремится обнять весь мир, но однажды к ним приходит осознание, что мир, к прискорбию, не отвечает им тем же. Некоторые по неразумию своему продолжают упорствовать в своей любви. Доброту их черпают ведрами, не заботясь о том, что она может когда-то закончиться. В конце концов колодец становится пуст, а душе растоптана и выжжена. Люди разочарованно машут руками и начинают искать другие колодцы, но что же делать его владельцу? Хорошо, если дело оканчивается злым, скверным, ворчливым характером... Но если нет... Не поворачивайся к ним спиной, никогда, ни при каких обстоятельствах. Ярость такого добряка может расплавить даже самую прочную сталь. И тому, кого он настиг, не помогут даже сами Боги.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Высший титул не приносит ничего, кроме обязанностей и бесконечных требований... но зато он дает возможности.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Война же высушивала любые слезы, она замораживала сердце и лишала воли. Она хуже страха, от нее можно только убежать, а тому, кому это не удалось, предстояло погибнуть.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Правда действительно придает сил, она — броня, но только если на твоей стороне
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Разумность же сродни мудрости. Мудрый человек никогда не заставит сомневаться в себе дважды.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Молчаливая обиженная женщина опасней, чем обиженная кричащая
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Жадность — порок, который даже очень добрых людей превращал в сущих монстров
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
В войне важна не только сила, когда на счету каждый солдат, приходится продумывать стратегию
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Выгодный выбор легко оправдать всякими заветами.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Разум без сердца лишен мудрости, это всего лишь ум. А от большого ума до безумия один шаг
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Поверить в свою ложь — лучшего способа убеждения в своей искренности не придумали даже сами Боги
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Не беритесь за поводок, если не уверены, что сможете его удержать.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Мы платим чистой монетой за собственные ошибки.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Без должного подхода любое упорство — глупость
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Ненависть бывает сильнее всякой чести.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
На небесах есть и сила, и доблесть, и чистота, и праведный гнев. Даже хаос иногда покидает свою темницу. Все есть на небесах... кроме мудрости. Теперь она ходит среди смертных.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
История не любит ни предателей, ни падальщиков. Каждый получит по заслугам. В свое время.
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Никогда не давай вору ключи от королевской казны, обжоре разливать похлебку, а блуднику сторожить дочерей
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
бесчестно бороться с тем, кто не может ответить по природе своей
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Найти дорогу во тьме иногда помогает только совесть
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
истинность в нашей жизни — самое главное. Невозможно ощутить свободу, если она не истинна, можно только сделать вид
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...
Оставь предательство без ответа, оно даст ядовитые ростки уже наутро
«В борьбе двух хищников побеждают только падальщики». Исбэль проклята – все ее женихи и мужья давно в могиле, кто-то почил не дойдя до алтаря, кто-то едва сойдя с него… Всем мужчинам, приблизившимся к ней больше дозволенного проклятьем, суждено умереть. Принцесса оставила надежды заключить союз с кем-либо, прижать к груди собственное дитя. "Отец, Теллостос – мое дитя, и другого у меня не будет". Отдушину она нашла в пшенице: каждую весну Исбэль нагружает телеги мешками с зерном, и...