Цитаты

282700
- Здесь нет пистолетов и огнестрельного оружия, - попыталась заступиться за Тирга я. – Уверена, в битве на мечах ты проиграешь ему подчистую
Когда саэрд Тирг узнал, что я никакая не миара Оленна, а Лена, студентка университета, он испытал колоссальный шок. Бедолага, он-то ожидал, что я окажусь демоном-соблазнителем. С ним хотя бы понятно, что нужно делать - секир-башка и по домам. А что делать с симпатичной и отважной студенткой, которая владеет боевыми искусствами? Не знаешь, мой милый? Так я тебе подскажу: холить, лелеять и любить так сильно, как только можешь!
- Ладно, пусть ходит. Пока, - с нажимом добавил папа, мол, и это решение не окончательное. – Нас вообще будут кормить?! – сменил тему он и взял с подноса остатки вчерашнего ужина
Когда саэрд Тирг узнал, что я никакая не миара Оленна, а Лена, студентка университета, он испытал колоссальный шок. Бедолага, он-то ожидал, что я окажусь демоном-соблазнителем. С ним хотя бы понятно, что нужно делать - секир-башка и по домам. А что делать с симпатичной и отважной студенткой, которая владеет боевыми искусствами? Не знаешь, мой милый? Так я тебе подскажу: холить, лелеять и любить так сильно, как только можешь!
- У нас всегда свежая еда, - возразил Тирг и нахмурился, растеряв весь свой сияющий вид. – Может, это последствия вчерашнего удара головой? – приблизился он с обеспокоенным лицом. – Что-то болит?
Когда саэрд Тирг узнал, что я никакая не миара Оленна, а Лена, студентка университета, он испытал колоссальный шок. Бедолага, он-то ожидал, что я окажусь демоном-соблазнителем. С ним хотя бы понятно, что нужно делать - секир-башка и по домам. А что делать с симпатичной и отважной студенткой, которая владеет боевыми искусствами? Не знаешь, мой милый? Так я тебе подскажу: холить, лелеять и любить так сильно, как только можешь!
Так организм адаптируется к беременности, - пожал плечами целитель. – Я приготовлю отвар, который поможет притупить тошноту, но избавиться от нее окончательно не получится. С этими ощущениями придется жить еще примерно пару месяцев
Когда саэрд Тирг узнал, что я никакая не миара Оленна, а Лена, студентка университета, он испытал колоссальный шок. Бедолага, он-то ожидал, что я окажусь демоном-соблазнителем. С ним хотя бы понятно, что нужно делать - секир-башка и по домам. А что делать с симпатичной и отважной студенткой, которая владеет боевыми искусствами? Не знаешь, мой милый? Так я тебе подскажу: холить, лелеять и любить так сильно, как только можешь!
В комнате повисла оглушающая тишина. Меня словно приложили об стену. Ей-богу, вчерашний удар черепушкой о стол, и то произвел на меня меньшее впечатление, чем эта новость. Беременна? Я? Как? Нет, как – понятно, но
Когда саэрд Тирг узнал, что я никакая не миара Оленна, а Лена, студентка университета, он испытал колоссальный шок. Бедолага, он-то ожидал, что я окажусь демоном-соблазнителем. С ним хотя бы понятно, что нужно делать - секир-башка и по домам. А что делать с симпатичной и отважной студенткой, которая владеет боевыми искусствами? Не знаешь, мой милый? Так я тебе подскажу: холить, лелеять и любить так сильно, как только можешь!
- Дай ей этот отвар сейчас! – потребовал Тирг. К слову, он совсем не выглядит радостным и счастливым. Скорей уж суровым и сосредоточенным
Когда саэрд Тирг узнал, что я никакая не миара Оленна, а Лена, студентка университета, он испытал колоссальный шок. Бедолага, он-то ожидал, что я окажусь демоном-соблазнителем. С ним хотя бы понятно, что нужно делать - секир-башка и по домам. А что делать с симпатичной и отважной студенткой, которая владеет боевыми искусствами? Не знаешь, мой милый? Так я тебе подскажу: холить, лелеять и любить так сильно, как только можешь!
- Здравствуйте, - поздоровался Тирг. Отец сверлит его мрачным взглядом, пытаясь понять причину такого воодушевления. – Теперь все будет хорошо, - пообещал саэрд, обведя нас торжествующим взглядом.
Когда саэрд Тирг узнал, что я никакая не миара Оленна, а Лена, студентка университета, он испытал колоссальный шок. Бедолага, он-то ожидал, что я окажусь демоном-соблазнителем. С ним хотя бы понятно, что нужно делать - секир-башка и по домам. А что делать с симпатичной и отважной студенткой, которая владеет боевыми искусствами? Не знаешь, мой милый? Так я тебе подскажу: холить, лелеять и любить так сильно, как только можешь!
Я хотела ответить ему что-то резкое, но перевела взгляд на Тирга и забыла, что хотела сказать. Похоже, саэрд испугался еще сильнее, чем я. У него такой растерянный взгляд, что первым делом захотелось броситься к нему и успокоить. Сильный саэрд, еще недавно излучавший уверенность, вдруг превратился в растерявшегося юношу
Когда саэрд Тирг узнал, что я никакая не миара Оленна, а Лена, студентка университета, он испытал колоссальный шок. Бедолага, он-то ожидал, что я окажусь демоном-соблазнителем. С ним хотя бы понятно, что нужно делать - секир-башка и по домам. А что делать с симпатичной и отважной студенткой, которая владеет боевыми искусствами? Не знаешь, мой милый? Так я тебе подскажу: холить, лелеять и любить так сильно, как только можешь!
...мы узнаём очередную правду и тут же произносим очередную ложь. В чём-то сознаёмся и тут же что-то скрываем.
— Что слу… чилось? — замерла я в дверях с пакетами в руках. За обеденным столом сидела Марина, а вся моя семья стояла вокруг неё. — А! Вот и она, — повернулся муж. Жена Андрея закрыла лицо и громко заплакала. Сын бросил на стол какие-то бумаги и отошёл к окну. Дочь обняла Марину за плечи успокаивая. На меня она даже не посмотрела, отвернулась. — Да что случилось? — дошла я до стола. Поставила пакеты. — Что-то с Андреем? — смотрела я на мужа. — С Андреем? — горько усмехнулся он. — Нет. Всё...
Как-то резко и внезапно мы с Тиргом остались наедине. Повисла напряженная тишина. Он с опаской поглядывает на меня, и ему есть, чего опасаться. У меня есть к саэрду пара неприятных вопросов
Когда саэрд Тирг узнал, что я никакая не миара Оленна, а Лена, студентка университета, он испытал колоссальный шок. Бедолага, он-то ожидал, что я окажусь демоном-соблазнителем. С ним хотя бы понятно, что нужно делать - секир-башка и по домам. А что делать с симпатичной и отважной студенткой, которая владеет боевыми искусствами? Не знаешь, мой милый? Так я тебе подскажу: холить, лелеять и любить так сильно, как только можешь!
— Истинность превыше брака, — прижал он мою ладонь к губам. — Когда стихийный маг находит свою пару, а та оказывается уже замужем, полагается развод
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
— Никто и не говорит, что ее полагается выдернуть и принудить к новому браку, — заявил он, а я скептически хмыкнула. Так и хочется спросить: «Да неужели?». — Обычно со временем она сама влюбляется в своего истинного и уходит к нему. Во всяком случае, я не знаю исключений
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
Что-то такое отразилось на лице, что я сразу поняла: нашел. Император замялся, тщательно подбирая слова, и я не выдержала
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
— На самом деле, давно, — признался Вольф, старательно избегая прямого взгляда. — Через пару дней после того, как я привел тебя в свою резиденцию возле столицы
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
— Что? — оторопела я, уставившись на императора круглыми глазами, а этот осел в волчьей шкуре делает вид, что не замечает этого. — Как — через пару дней…? Но ведь с тех пор прошел уже целый месяц!— Никто и не говорит, что ее полагается выдернуть и принудить к новому браку, — заявил он, а я скептически хмыкнула. Так и хочется спросить: «Да неужели?». — Обычно со временем она сама влюбляется в своего истинного и уходит к нему. Во всяком случае, я не знаю исключений.
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
— И его убил Чак? — глухо спросила я, со скрипящей болью вспоминая того, кто вырастил меня. Я и раньше догадывалась, что дядя Горан наверняка мертв, но гнала эти мысли подальше. Тешила себя надеждой, что он где-то прячется, залег на дно, но то была иллюзия с самого начала
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
— Столько крови… — прошептала я, покачав головой. Император привлек меня к себе и прижал к своей теплой груди. Его рука гладит мои волосы, он шепчет что-то успокаивающее, и на душе становится чуть легче. Боль от утраты не проходит быстро, но когда-нибудь она все-таки затихнет
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
 Как я понимаю, ему было строго-настрого приближаться к тебе, — протянул Вольф, потирая подбородок. — Они очень опасались, что тот решит помешать их планам. Я не верю в его горячие отцовские чувства, но те, кто стояли за всей этой историей, опасались малейшего вмешательства
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
Этот вечер мы провели вместе, сидя в обнимку, почти не расставаясь. Мы очень мало разговаривали, но нам это было и не нужно. Физической близости оказалось достаточно, чтобы понимать и утешать друг друга
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
Помню, как мы прилегли на кровать, время было еще раннее. Закусив губу, я все-таки решилась затронуть тему, которую все это время старалась не ворошить
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
— Я объяснил этому странному существу, что похищать беззащитных лесных ведьм — плохая идея, — буркнула Вольф и не смог сдержать улыбку.— Столько крови… — прошептала я, покачав головой. Император привлек меня к себе и прижал к своей теплой груди. Его рука гладит мои волосы, он шепчет что-то успокаивающее, и на душе становится чуть легче. Боль от утраты не проходит быстро, но когда-нибудь она все-таки затихнет.
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
 Харутский лес, бесспорно, удивил меня. Я не знал, что он обладает собственным сознанием. Очевидно, лесные ведьмы прекрасно ладят с этой необычной сущностью. Думаю, именно лес укрыл под своей кроной очень много ведьм, в том числе и твою мать. Прямо у меня под носо
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
А вот пробуждение по утру оказалось неожиданным и очень неприятным. Я проснулась на рассвете и поняла, что меня тошнит. Позывов пока нет, но непрерывное ощущение, будто мой желудок готов вывернуться наизнанку, мучает хуже рвоты. Вот не надо было мне брать ту картошку из погреба! Наверняка она была испорчена, все-таки, хранится там уже пять лет. Да, сохраняющее заклинание было безупречным, но я умудрилась отравиться. Наверняка и Вольф по пробуждению почувствует что-то похожее, ведь он ел тоже, что и я
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
Уже на подходе к замку я заметила стоящего на ступеньках резиденции недовольного Вольфа. Его хмурая физиономия заставила меня замедлить шаг. Вот ей-богу, сейчас не время, чтобы ругаться
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...
— Аннабель…! — испуганный возглас императора за моей спиной. Реальность начала куда-то уплывать и в считанные секунды растаяла
— Я многое терпел и прощал. Когда ты пыталась задушить меня подушкой, я посмеялся. — Ой, подумаешь, она случайно упала на тебя! — Да, а сверху упала ты и плотно прижала ее к моему лицу! — Я проверяла, насколько она упругая, только и всего! — Со мной ты можешь позволить себе многое. Но как ты могла избить леди Джейн клюшкой на глазах у всего двора?! — Ты плохо объяснил мне правила игры! — взорвалась я. — Сам же сказал: бить нужно сильно и точно! — Бить по мячу, Анна! — он закрыл глаза и...