Люди любят трудные задачи, если считают, что могут их решить
— . . . я и не знаю, как тебя назвать. Он наслаждался ее восхищением – и серьезностью ее слов. — Просто называй меня своим. Это все, кем я хочу быть.
– Ты моя женщина, а я твой мужчина. До того как ты появилась в моей жизни, она была безотрадной. Я существовал, но не жил. Теперь я живу, даже когда умираю, – произнес он, четко осознавая, что эти слова настолько близки к брачным клятвам, насколько возможно для него. Эшлин всегда будет принадлежать ему, а он – ей.
«Понятно, почему охотники послали именно ее – она необыкновенно красива, – думал Мэддокс. – У кого поднимется рука уничтожить столь очаровательное женственное создание? У кого хватит силы воли оттолкнуть столь откровенную чувственность? По всей видимости, не у меня», – решил он. «Дурак, – вновь мысленно обругал себя он.»
Вцепившись пальцами в спину Мэддокса, она сильнее к нему прижалась. Наверное, она чувствовала то же, что и он, – что они не могут быть так близко, как хотелось бы. Он бы протиснулся сквозь ее кожу, если бы это было возможно.
Дрожа от желания привлечь девушку к себе, Мэддокс помог ей спуститься на пол. Она покачнулась и сильнее оперлась на его руку. – Куда мы? «В рай… Если, конечно, найдем дорогу», – хотел ответить он, но вслух произнес: – Принимать душ.
Большинство книг о кофе написаны представителями этой отрасли. Эта книга не является одной из них. Нормальные потребители кофе, такие как мы с вами, не нуждаются в понимании молекулярного строения эспрессо (конечно, хорошо бы в этом разобраться, но я не могу это объяснить) – мы просто хотим знать, у какого кофе лучший аромат и вкус.Так что эту книгу можно рассматривать как любительское руководство, которое поможет вам разобраться в этой области, начиная с того, как найти хороший кафе и как сварить хороший напиток. Я отфильтровала и выкинула всякий бред, оставила лишь тот материал, который вам действительно нужно знать, чтобы извлечь максимум пользы из вашей чашки и чтобы не выглядеть полным кретином, заказывая кофе в кафе.
Если говорить серьезно, то история торговли кофе довольно ужасна. Рабство, эксплуатация, бедность и разрушение окружающей среды, а кое-где это продолжается и по сей день. И когда вы покупаете кофе, вы становитесь частью этой системы. Не нужно переживать по этому поводу, конечно, следовало бы, но необязательно. Просто вам надо знать, на что вы закрываете глаза.
Кто?! Эти?! Да они вообще не люди! Они биомасса, пластилин, исходное сырьё. Из сырья ещё только должен выработаться человек. Лет через пятьсот-шестьсот потомство этого типа обретёт человеческие черты.
В юности он ждал лета, как ждали все — каникул, длинных дней, радостного, разрешённого, легального безделья!..
... берег не всегда бывает спасительным, иногда наоборот: близость берега означает гибель корабля. Так странно.
... головой я работаю больше, чем руками. — Если у человека есть возможность думать, он счастливец. Большинство людей такой возможности не имеет, — заметил гость. — Они вынуждены в поте лица зарабатывать на хлеб насущный для себя и своих семей.
А мужчина от всех остальных разумных существ отличается тем, что должен постоянно производить впечатление! — Это от каких же — остальных разумных? — осведомился Стас лениво. — Ну, женщины, допустим, тоже разумные! Заметьте, я сказал — допустим! А остальные кто?
... женщины способны на многое, — заметил Кант. — Хотя удел женщины владычествовать, а мужчины — править. Владычествует страсть, а правит ум.
- А если серьезно? Назови мне причину, Убер. Одну-единственную. Почему мне не убить тебя? Пауза. Макс почувствовал, что палец на спусковом крючке стал мокрым. Убер хмыкнул, повернул голову: - Очень просто. Пока тебя не было, я вынул из пистолета патроны.
Первый год материнства – самый трудный. По крайней мере, так думаешь, пока твоему чаду не стукнет двенадцать.
Человека, видите ли, утомляет безопасность, подстерегающая его в наше время на каждом шагу. Человеку, видите ли, риск подавай.
- То, что они гражданские, не значит, что они должны быть застрахованы от всего на свете.
Как-то он обнаружил, что все улитки обладают способностью преодолевать в час расстояние свыше ста миль и находить заданную локацию с точностью до миллиметра, но не делают этого, потому что лень и зачем им оно надо.
Я просто оказался не готов к тонне нелепых отмазок, которыми вы пытаетесь себя обелить. Было немного неожиданно узнать, что вы свято верите, будто кто-то отличается от вас настолько, что за это можно ненавидеть и убивать, тогда как на самом -то деле вы все до одури похожи друг на друга в мировоззрении, потребностях и стремлениях, а отличаетесь только привычками, которые чаще всего обусловлены географической ситуацией.
Два дракона толкались у окна, пытаясь одновременно пролезть внутрь. Они нетерпеливо толкали друг друга локтями, попутно разбивая стекла и кроша оконные рамы.
– Эй! – крикнула я что было мочи, и они резко заткнулись. Никто, кроме меня, не мог с ними совладать.
– Уймитесь оба. Вы что, забыли, что драконы – благородные, мудрые и ученые создания?
Колин вынул из ушей наушники от «айпода».
– Ты что-то сказала? – переспросил он. – А то я тут музычку слушал.
При всем изяществе их леденящего душу вида вели они себя как необремененные интеллектом подростки-близнецы, только их вкус в выборе друзей и одежды был лучше, а айкью – в разы выше.
Понимать всегда сложнее, чем ненавидеть.
«о некоторых чудесах лучше не задумываться, если не хочешь, чтобы они покинули тебя навсегда – когда пугливая ночная бабочка случайно садится на твою ладонь, следует затаить дыхание, чтобы не вспугнуть это чуткое существо…»
Первая волна сбивает тебя с ног,
и ты катишься, катишься, катишься,
но не захлебываешься,
даже если стараешься захлебнуться.
Вторая волна подстерегает тебя,
когда пытаешься встать на четвереньки,
и во рту становится солоно, но ты ещё жив,
даже если уже готов умереть.
Третья волна накрывает тебя с головой,
и ты думаешь: это и есть конец...
Но четвертая волна уносит тебя в открытое море,
и ты вспоминаешь, что всегда был рыбой.