Истинное предназначение любого живущего на этом свете открывается в тот момент, когда он подходит к смертному порогу. Вот тогда он точно может сказать, что именно было главным деянием в его жизни. Нет смысла врать себе в смертный час.
Спорить стоит только с тем человеком, который готов не только говорить сам, но и слушать другого. То есть - спорить стоит только с самим собой, да и это не каждому под силу.
...должники – они хуже врагов. Враг – он тебя ненавидит от всего сердца, за то, что у тебя есть то, что нужно ему, и открыто об этом говорит. А должник тебя ненавидит за то, что ты сделал ему добро, и всегда молчит про это, изображая дружбу. Потому враг может в случае твоего поражения проявить благородство и сохранить тебе жизнь, а должник никогда этого не сделает. Ты ему живой не нужен, даже для глумления.
Приметы выдумывают слабые духом люди, чтобы оправдать ими свои собственные неудачи, лень и глупость. Сильный человек верит только в себя и иногда в друзей...
месть – не колбаса, она не протухнет.
Люди не любят новое и тех, кто это новое им приносит.
Поменьше чистоплюйства - и шансы на то, что над вашим телом не прозвучат слова: «Он ушёл совсем молодым», значительно увеличатся.
Нет, не понять мне женщин. У них всё-таки мозги по-другому работают, не так как у нас. Хотя - может, оно и к лучшему. При всех неудобствах, которые они нам создают, именно благодаря им мы иногда засыпаем со счастливой улыбкой на губах. А это уже немало.
при дурных нравах мудрость подвергается опасности
любовь к жизни проистекает не из осознанного желания живого существа, но из природного стремления.
Вечность есть совершенное обладание сразу всей полнотой бесконечной жизни.
Итак, если, как мы решили немного ранее, зло есть ничто, те, которые способны творить только зло, с очевидностью не способны ни к чему.
Ведь при всякой превратности фортуны самое тяжкое несчастье в том, что ты был счастлив.
Если ты украсишь душу наилучшими добродетелями, нет тебе дела до судьи, определяющего награду: ты сам себя приобщил к наилучшему. Если же ты падешь в грязь, не сетуй на наказание извне: ты сам избрал себе наихудший жребий.
У одного есть богатства, но он стыдится низкого происхождения; другой знатен от рождения, но, придавленный нуждою, предпочел бы принадлежать к незнатной семье; третий, обладая тем и другим, печалится из-за невозможности вступить в брак; четвертый, счастливый в браке, лишен детей и копит богатства чужому наследнику; пятый, осчастливленный потомством, печально оплакивает заблуждения сына или дочери. Прибавь к этому, что у счастливого человека чувства легко ранимы, и он, не привыкнув к перенесению малейших неприятностей, бывает повержен ими, поэтому ему очень мало нужно, чтобы утратить ощущение полноты счастливейшего блаженства.
И ничто не является несчастьем, если ты не считаешь его таковым, напротив же, кажется блаженным жребием всё, что ты переносишь терпеливо.
Что же, о смертные, стремитесь к внешнему, когда счастье лежит внутри вас?
Теперь ораторы в судах поступают наоборот, стремясь возбудить у судей сострадание к тем, кто немилосердно и тяжко обижен, а ведь справедливей взывать о сочувствии к совершившим злодеяние. Их не из-за гнева, но из сострадания и милосердия нужно приводить в суд, как больных к врачующему, чтобы болезнь вины была исцелена наказанием.
Когда жизнь догорает дотла, то в пепле остается одна последняя золотинка. Она бежит, гаснет, и потом наступает холод... Вот в ней-то, в той последней искре, и заключен весь опыт пройденного пути.
Люди требуют от судьбы счастья, успеха, богатства, а самые богатые из людей не те, кто получал много, а те, кто как раз щедрей всех других раздавал себя людям.
Старики же подревней доныне хвастаются, будто в бывалошнее время по высокому берегу — не то на полтораста километров, не то на четыреста, но уж никак не меньше восьмидесяти, — маленько не доходя до двинских болот, простиралась отборная корабельная сосна. Да и теперь ещё в грозу как поразойдутся, как заскрипят с ветром в обнимку енежские-то боры, как дохнут раскаленным июльским маревом, так даже подушки ночи три подряд пахнут горячим настоем земляники и хвои... Вот как у нас на Енге!
То был особый вид чиновничьей слепоты, и для излечения ее Сапегин применил одно испытанное на Руси средство - протирание глаз кредитными билетами...
Последующим поколениям всегда стеснительна одежда предков: обычно они её, э...перешивают!
...любовь к родине, чем и пишется национальная история, немыслима без бережного обхождения с дарами природы, предоставленными в распоряжение не одного, а тысячи счастливых и разумных поколений.
Русского понимать надоть, его похвалить надоть под руку, он тогда вдвое себя обнаруживает...