— Вас нужно было поселить в женское крыло! — продолжал испытывать на прочность чьи-то зубы, оборотень. — Юбки вам только и не хватает! Рыжая, к тебе это не относится, у тебя ноги, как у цыплёнка голодом заморенного.
— О! Только вернулись и уже целоваться! — не страдая приступами хорошего воспитания, заметил Эргель. — А я тут волнуюсь, места себе не нахожу! Совесть есть?
— До встречи! — заправив прядь волос мне за ухо, прошептал Вирмар. — Светлого дня! — отозвалась я. — И давай, влипни во что-нибудь, пока мы тут расхлебываемся с отчетами. Все ж жить веселей.
— Вы так и будете столбом стоять? — полюбопытствовал спаситель. Уже второй раз спасает, между прочим. — Я могу дальше идти. Это же вы меня задерживаете!
— Как тебя на наш факультет-то занесло? Не обижайся, но выглядишь ты не очень воинственно. — Это ты меня сутра не выспавшуюся и не завтракавшую еще не видел, — задрала я подбородок. — С ложкой против дракона могу выступить.
— С кем ты спишь, тварь? С ректором? — С чистой совестью, — ответила я, сжав руки в кулаки и подавив желание въехать ему в челюсть. — Иногда с котом, так теплее.
— Ну, вот скажи мне, рыжая, чего тебе там спокойно не лежится? — просвистел оборотень, присев на корточки. — Дай мужикам почувствовать себя мужиками. Тебе же на руку. Лежи тихо, и умирай от усталости.
«Мы умны холодным рассудком, и абсолютно глупы горячим сердцем!»
Часто то, что лежит на поверхности, не всегда истина. То, что пытаются вложить в ваши головы — не всегда правда. И если вы не уверенны, если имеете свой взгляд на ситуацию — ищите доказательства.
— Я не могу быть в двух местах одновременно, — посетовал Джексон. — А атом может, если верить квантовой физике, — сказала Джулия. Я же не атом. — Ты сплошные атомы, и больше ничего.
Разведенка или вдова? Вдова, решил Джексон, у нее лицо человека, успешно пережившего партнера по спаррингу. Есть женщины, которым самой судьбой назначено вдовство; замужество — лишь препятствие у них на пути.
Поразительно, как часто с собаками куда-нибудь не пускают. Детей — не то чтобы он, само собой, возражал против детей, — так вот, детей пускают куда угодно, а собаки, как правило, ведут себя гораздо благопристойнее.
Детям неинтересно, какой ты снаружи. Очень это бодрит, когда рядом маленький человек, который тебя не судит.
Гарри Рейнольдс выключил телевизор и усадил гостий на пухлые диваны, огромные, как баржи, обитые старомодной розовато-лиловой кожей. Сколь недостойно закончила свои дни какая-то корова.
Здоровенной пойманной осой зажужжал телефон в кармане.
Трейси увидела свое отражение в витрине «Римана» — распахнутые глаза женщины, падающей в пропасть. Женщины, которая тщательно собрала себя с утра, а к вечеру постепенно распадается. Юбка измялась на бедрах, мелированные пряди — будто латунные, пивной живот выпирает пародией на беременность. Выживание жирнейшего.
Когда Нив убили, она была всего тремя годами старше, чем сейчас его дочь. Марли четырнадцать. Опасный возраст, хотя, будем честны, для женщины любой возраст опасен.
Тишком проносить собаку в разные заведения оказалось проще, чем Джексон предполагал; впрочем, нельзя сказать, что раньше он об этом задумывался. Поразительно, как часто с собаками куда-нибудь не пускают. Детей — не то чтобы он, само собой, возражал против детей, — так вот, детей пускают куда угодно, а собаки, как правило, ведут себя гораздо благопристойнее.
Обнаружилось, что все величайшие романы написаны о трёх вещах - о смерти, деньгах и сексе. Иногда попадался кит.
Шрёдингер, кто он ни на есть, его кошка и все прочие, кому тоже неймётся, забрались в ящик Пандоры и увлечённо вяжут там Гордиев узел.
Совпадение - это просто объяснение, которое ждёт рождения.
Горячее молоко? Или какао? Трейси изобретала детство, которого у нее не было, поскольку эгоцентричные родители рассчитывали, что Трейси вырастет как-нибудь сама. Никогда ею особо не интересовались — лишь после их смерти она сообразила, что и не заинтересуются.
К несчастью, если убедить всех, что ты здравомыслящая сука, трудно потом показать, до чего мягкая и пушистая женщина прячется у тебя внутри.
В парикмахерской собаке разрешили составить ему компанию, и пес сидел, пристально наблюдая за процедурой, словно запоминал, дабы потом внятно объяснить.
Нельзя изменить прошлое, изменить можно только будущее, а будущее меняется только в настоящем.