Цитаты
286183
Порой явление бывает настолько необычно, что его попросту невозможно запомнить. Если оно совершенно выпадает из общего порядка вещей и не имеет ни причин, ни следствий, дальнейшие события не воскрешают его в памяти, оно сохраняется лишь в подсознании, чтобы благодаря какой-нибудь случайности всплыть на поверхность лишь долгое время спустя. Оно ускользает, словно забытый сон…
Рассказы классика английской литературы Гилберта Кийта Честертона отличаются сюжетной занимательностью, эксцентричностью, парадоксальностью. Рассказы об отце Брауне, католическом священнике с тонким аналитическим умом и редким талантом психолога, стали классикой детектива. Каждая схватка самого добросердечного сыщика с хитроумным преступником завораживает. Каким образом вновь раскусит замысел преступника кроткий отец Браун? Содержание: Сломанная шпага Три орудия смерти Человек в проулке ...
Ты — самый добрый подлец и ханжа из всех, кто продавал совесть ради гибели Англии
Рассказы классика английской литературы Гилберта Кийта Честертона отличаются сюжетной занимательностью, эксцентричностью, парадоксальностью. Рассказы об отце Брауне, католическом священнике с тонким аналитическим умом и редким талантом психолога, стали классикой детектива. Каждая схватка самого добросердечного сыщика с хитроумным преступником завораживает. Каким образом вновь раскусит замысел преступника кроткий отец Браун? Содержание: Сломанная шпага Три орудия смерти Человек в проулке ...
Герцог гордится тем, что обходится без камердинера; однако он доставляет чёртову пропасть хлопот множеству людей, вынуждая их добывать то невероятно старомодное платье, которое носит. Должно быть, им приходится обшаривать Британский музей или же разрывать могилы.
Рассказы классика английской литературы Гилберта Кийта Честертона отличаются сюжетной занимательностью, эксцентричностью, парадоксальностью. Рассказы об отце Брауне, католическом священнике с тонким аналитическим умом и редким талантом психолога, стали классикой детектива. Каждая схватка самого добросердечного сыщика с хитроумным преступником завораживает. Каким образом вновь раскусит замысел преступника кроткий отец Браун? Содержание: Сломанная шпага Три орудия смерти Человек в проулке ...
Тот, кто хочет вознестись,не должен бояться падения.
Рассказы классика английской литературы Гилберта Кийта Честертона отличаются сюжетной занимательностью, эксцентричностью, парадоксальностью. Рассказы об отце Брауне, католическом священнике с тонким аналитическим умом и редким талантом психолога, стали классикой детектива. Каждая схватка самого добросердечного сыщика с хитроумным преступником завораживает. Каким образом вновь раскусит замысел преступника кроткий отец Браун? Содержание: Сломанная шпага Три орудия смерти Человек в проулке ...
admin
добавил цитату
из книги
«ПУТЬ КО СПАСЕНИЮ»
6 лет назад
И кающийся может быть исцелен совершенно; но ему, кажется, не дается то знать и чувствовать, что не падавшему, или он не может услаждаться тою целостию и обладать тем дерзновением, которое бывает ее следствием.
admin
добавил цитату
из книги
«ПУТЬ КО СПАСЕНИЮ»
6 лет назад
Кто прошел безопасно юношеские лета, тот как будто переплыл бурную реку и, оглянувшись назад, благословляет Бога. А иной со слезами на глазах, в раскаянии, обращается назад и окаявает себя. Того никогда не воротишь, что потеряешь в юности. Кто падал, тот достигнет ли еще того, чем обладает не падавший?
Малая шпага - оружие чести, палаш - оружие долга.
Издательская аннотация: Автор повествует об истории фехтования и развития клинкового оружия, охватывая период от Средневековья до XIX века. Вы узнаете о двуручном мече, рапире, кинжале, сабле, палаше и дуэльной шпаге. Книгу дополняют фрагменты древних манускриптов. Аннотация Лабиринта: Альфред Хаттон создал один из самых захватывающих трудов, посвященных фехтованию и развитию клинкового оружия. Эта книга погружает читателя в эпоху рыцарства и обрисовывает краткую историю сражений на холодном...
admin
добавил цитату
из книги
«Власть в тротиловом эквиваленте. Наследие царя Бориса»
6 лет назад
Итоги правления Ельцина в цифрах известны. Напомню некоторые из них:
- бюджет страны сократился в 13 раз;
- население уменьшилось на 10 миллионов человек;
- по уровню жизни Россия переместилась с 25-го на 68-е место;
- в 20 раз увеличилось количество бедных;
- в 48 раз выросла детская смертность от наркотиков;
- в 2,5 раза выросла смертность младенцев;
- примерно в два раза сократилось производство сельхоз-продукции;
- в 2,3 раза упал выпуск машиностроительной продукции;
- в 5 раз сократился объём капиталовложений;
и проч. и проч.
Итоги правления Ельцина в цифрах известны. Напомню некоторые из них:
- бюджет страны сократился в 13 раз;
- население уменьшилось на 10 миллионов человек;
- по уровню жизни Россия переместилась с 25-го на 68-е место;
- в 20 раз увеличилось количество бедных;
- в 48 раз выросла детская смертность от наркотиков;
- в 2,5 раза выросла смертность младенцев;
- примерно в два раза сократилось производство сельхоз-продукции;
- в 2,3 раза упал выпуск машиностроительной продукции;
- в 5 раз сократился объём капиталовложений;
и проч. и проч.
Эта книга, наверное, вызовет скандал с эффектом взорвавшейся бомбы. Хотя вынашивалась и писалась она не ради этого. Михаил Полторанин, демократ-идеалист, в свое время правая рука Ельцина, был непосредственным свидетелем того, как умирала наша держава, и деградировал как личность первый президент России. Поначалу горячий сторонник и ближайший соратник Ельцина, позже он подвергал новоявленного хозяина Кремля, который сдавал страну, беспощадной критике. В одном из своих интервью Полторанин...
" Мое внимание привлек мужчина со странной неровной походкой. Он обернулся, и в его запавших глазах вспыхнули безжалостные пурпурные звезды. А может быть, в них просто отразились лучи красного, как сигнал светофора, повисшего над землей солнца? "
Мой первый мистический триллер, задуманный в далекие девяностые и увидевший свет в канун нового тысячелетия, сыграл особую роль и в жизни автора и в жизни его первых читателей. Для многих "Призраки…" сделались настольной книгой, открыв проход в таинственный мир фантазии. Незнакомец в Черном вернулся, а Безымянный город вновь ждет гостей — и тех, кто уже заглядывал в зловещий дом на перекрестке Пионерской и Кутузовской улиц, и тех, кто впервые рискнет посмотреть в глаза затаившейся у порога...
Если очень долго смотреть на бездну, однажды она посмотрит на тебя.
Мой первый мистический триллер, задуманный в далекие девяностые и увидевший свет в канун нового тысячелетия, сыграл особую роль и в жизни автора и в жизни его первых читателей. Для многих "Призраки…" сделались настольной книгой, открыв проход в таинственный мир фантазии. Незнакомец в Черном вернулся, а Безымянный город вновь ждет гостей — и тех, кто уже заглядывал в зловещий дом на перекрестке Пионерской и Кутузовской улиц, и тех, кто впервые рискнет посмотреть в глаза затаившейся у порога...
Фанатизм - движущая сила истории!
«Метро 2033» Дмитрия Глуховского — культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж — полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапокалиптическая история вдохновила целую плеяду современных писателей, и теперь они вместе создают «Вселенную Метро 2033», серию книг по мотивам знаменитого романа. Герои этих новых историй наконец-то выйдут за пределы Московского метро. Их приключения на поверхности Земли, почти...
Члены секты носили куртки, штаны, пальто и плащи черного цвета. Очевидно, все они стали жертвами какой-то траурной моды. Может, умер у них кто? Последний герой?
«Метро 2033» Дмитрия Глуховского — культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж — полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапокалиптическая история вдохновила целую плеяду современных писателей, и теперь они вместе создают «Вселенную Метро 2033», серию книг по мотивам знаменитого романа. Герои этих новых историй наконец-то выйдут за пределы Московского метро. Их приключения на поверхности Земли, почти...
— На колени? — издевательски хмыкнул Аршинов. — А может, еще раком встать? Это вряд ли. Колени ни хрена не сгибаются… — Он оглянулся на спутников: все трое одновременно кивнули. — А у моих друзей радикулит… — Застарелый… — добавил Вездеход, поправляя за козырек черную бейсболку.
«Метро 2033» Дмитрия Глуховского — культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж — полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапокалиптическая история вдохновила целую плеяду современных писателей, и теперь они вместе создают «Вселенную Метро 2033», серию книг по мотивам знаменитого романа. Герои этих новых историй наконец-то выйдут за пределы Московского метро. Их приключения на поверхности Земли, почти...
Не стоит сваливать все на Господа Бога. И тем более это не занятие для астрофизика...
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...
И что удивительно – среди воскресших оказался теленок. Зато не хватает тетки Матильды. Неужели Бруно и впрямь не шутил, вернее, и впрямь шутил?
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...
Сперва воображали себе Бога суровым Отцом, потом Пастырем-Селекционером, затем Художником, влюбленным в Творение; а людям оставалось играть соответственно роли послушных детишек, кротких овечек и, наконец, бешено аплодирующих Господних клакеров. Но ребячеством было бы думать, будто Творец творил для того, чтобы творение с утра до вечера заискивало перед ним, чтобы его авансом обожали за то, что будет Там, коли не по сердцу то, что делается Здесь, — словно он виртуоз, который взамен за истовое бисирование молитв готовит вечное бисирование жития после земного спектакля, словно свой лучший номер он приберег на потом, когда опустится гробовой занавес. Эта театральная версия теодицеи для нас — далекое прошлое.— Вера абсолютно необходима и вместе с тем совершенно невозможна. Невозможна в том смысле, что нельзя утвердиться в ней навечно, ибо нет такого догмата, в котором мысль может укорениться с уверенностью, что это уже навсегда. Двадцать пять столетий мы защищали Писание — при помощи тактики гибкого отступления, все более окольной интерпретации его буквы, но в конце концов проиграли. Нет у нас больше бухгалтерского видения Трансценденции, Бог — уже не Тиран, не Пастырь, не Художник, не Полицейский и не Главный Счетовод Бытия. Вера в Бога должна отречься от всякой корысти хотя бы потому, что никакого воздаяния за нее не будет. Окажись он в силах совершить нечто противоречащее чувствам и логике, это было бы мрачным сюрпризом. Ведь именно он — ибо кто же ещё? — дал нам формы логического мышления, кроме которых в сфере познания нет у нас ничего; так можем ли мы полагать, будто обращение в веру требует отречения от логики разума? К чему же было сперва наделять разумом, а после глумиться над ним, подбрасывая ему противоречия, которые впоследствии он сам обнаружит?
Чтобы выглядеть потаинственнее да позагадочнее? Чтобы сначала позволить нам сделать вывод, что Там ничего нет, а затем вдруг вытащить рай, как шулер — карту из рукава? Мы так не думаем и потому за свою веру не требуем от Бога никаких льгот, не предъявляем ему никаких претензий — мы похоронили теологию, основанную на принципе торговой сделки и обмена услугами: я призвал тебя к жизни, а ты будешь служить мне и восхвалять меня.
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...
Вера абсолютно необходима и вместе с тем совершенно невозможна
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...
... чем больше можно сделать всего, тем меньше известно, что именно следует делать.
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...
Жизнь священна. Нельзя никого убивать.
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...
По-моему, оттого, что я сам врал пятничному, будто я воскресный, меня поколотили на один раз больше, чем следовало по календарю. Но я предпочитаю даже мысленно не возвращаться к этим неприятным воспоминаниям – человеку, который целую неделю ничего не делал другого, как только лупил самого себя, гордиться особенно нечем.
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...
Как известно, эволюция – это либо массовая обжираловка, когда сильные за обе щеки уплетают тех, кто послабее, то есть зооцид, либо сговор слабейших, которые берутся за тех, кто сильнее, изнутри, то есть паразитизм. В нравственном отношении безупречны лишь зеленые растения: они живут на собственный счет, заведенный в солнечном банке.
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...
В нравственном отношении безупречны лишь зелёные растения: они живут на собственный счёт, заведённый в солнечном банке.
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...
Дьявол – это мысль, будто можно ограничить, классифицировать, дистиллировать Бога, разделить его на фракции так, чтобы он стал тем, и только тем, что мы готовы принять и от чего уже не надо обороняться.
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...
Поскольку же честный человек не вправе пособлять душегубам, недопустимо и пособничество мерзавке Природе. А ведь похороны и есть пособничество – в виде игры в прятки. Живые торопятся запрятать жертву подальше, как это исстари ведется у сообщников убийц; на могильных плитах пишут бог весть какие маловажные вещи, кроме одной существенной: если бы мы взглянули правде в глаза, то высекали бы на надгробиях пару ругательств покрепче по адресу Природы, ибо она-то и вырыла нам могилу.
«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...