Они [люди] не могут ухватить сути, слоняются вокруг да около и не могут отличить Гору от ее отражения в луже. Или безопасную тропу от края обрывистого утеса. И порой ранят сами себя, сами себе причиняют боль, а рассердившись, могут причинить боль и другим. И они очень часто причиняют боль другим живым существам только потому, что сердятся. Люди ссорятся и бранят друг друга. Они хотят слишком многого! Но на слишком многое совсем не обращают внимания!
Ненависть съедает ненавидящего...
А мы, люди, знаем лишь то, что нам нужно многому учиться. Учиться понимать окружающий мир, слушать его, разговаривать с ним, толковать его. И если мы, Толкователи, не будем рассказывать людям о мире, то они не узнают его как следует. Да и сами мы его не узнаём. И потеряемся в нем , вымрем. Но толковать наш мир нужно правильно, правдиво. Понимаешь? И нужно непременно заботиться о нем. Только тогда его и поймёшь. Только тогда и сумеешь рассказать о нем правду.
Куда бы милостивые провожатые мои Ни повели меня, Пойду я всюду с легким сердцем, И в пыли дорожной за ними не останется следа...
Светские террористы, святые террористы - какая, в сущности, разница?
- Вот у животных нет языка, понимаешь? - втолковывал он Сати. - Они следуют только собственной природе. Они и так знают свой путь. Знают, куда и как идти, следуя указаниям природы. А нас, людей, хотя мы, разумеется, тоже животные, природа как бы лишила своих указаний. Понимаешь? Это же очень странно! Мы, люди, очень странные животные. И мы непременно должны разговаривать о том, куда и как нам идти и что делать. Мы непременно должны думать об этом, учиться этому, изучать это. Верно ведь? Мы рождены, чтобы быть существами разумными. Точнее, стать ими, ибо рождаемся мы абсолютно лишенными разума и ничего не ведающими. Понимаешь? Если не научить людей пользоваться словами и мыслями, они так и останутся неразумными незнайками. Если никто не покажет двухлетнему малышу, как найти путь к дому, как выглядит заветная тропинка его жизни, как определить отмечающие ее вехи, он просто заблудится, потеряет свой путь на Гору. Я верно говорю? И умрет - во тьме, в холодной и равнодушной темноте невежества.
- А в чем смысл Жизни? - Как в чем? пожал плечами Профессор. - В том, чтобы быстрее добраться до кормушки и подружки...
...если долго и упорно ходить по одному и тому же маршруту, то постепенно забываешь обо всех этих странных вещах. О Свободе, Любви... Это всё выдумки. Красивые, но не существующие.
Опыт - это сила!
Зачем что-то делать второпях, если можно завтра сделать то же самое спокойно и с удовольствием. Ничего не надо делать второпях.
Кто же будет есть хороший шоколад в умеренный количествах?
Хит всегда останется Хитом — милым парнем, но, как говорится, не самым ярким фломастером и коробке.
если хочешь сохранить друга, не лезь ему в душу.
" Тьма не всегда означает зло, а свет не всегда несет добро!"
Клянусь своими крутыми новыми балетками от Стива Маддена, Бога его высокомерие бесит ничуть не меньше, чем меня саму
— Можно спросить тебя кое о чем? Только предупреждаю, это очень деликатный вопрос.
— Ты еще спрашиваешь! Ты видел, как я пила кровь, блевала, целовалась с парнем, как собака лизала его кровь, а потом как едва не выплакала себе глаза. А я видела, как ты отказался от минета. И ты полагаешь, после этого меня смутит твой деликатный вопрос?
— О Боже, извините… Я не хотела… — пролепетала я, лихорадочно соображая, уместно ли тут произносить слово «Боже». А вдруг это оскорбит Верховную жрицу, которая с такой гордостью носит Метку богини вампиров? Или я, чего доброго, прогневлю саму Никс?
Черт побери, да так у меня скоро крыша поедет… А черта-то можно поминать? Вообще-то это мое любимое грязное ругательство. (Ладно, если честно, это единственное грязное ругательство, которым я пользуюсь через слово.) Так можно здесь так говорить или нет?
Разумеется, я знала, что такое оральный секс. Да покажите мне хоть одну современную американскую девчонку, которая не знала бы о том, что думают о нас взрослые! Да-да, большинство родителей почему-то уверены, будто мы угощаем им парней с той же легкостью, с какой они пичкают своих сыночков жвачкой или леденцами. Вот что я вам скажу, уважаемые, все это чушь собачья, и меня просто бесит, когда я об этом слышу.
Милый парень, но не самый яркий фломастер в коробке.
Ну да, она была старше, но я тоже не вчера надела бюстгальтер!
Он рассуждал так: если кто-нибудь убьет моего ребенка — я убью его собственными руками. Достоевский много писал о прощении, милосердии. И это правильно. Со стороны общества — безусловно. Но я, как отец убитого ребенка, имею полное моральное право лишить жизни того, кто это сделал. А то, что общество потом упечет меня за это лет на восемь в тюрьму, — уже другой вопрос.
— Так ты старая? — Нет. Мне двенадцать лет. Только уже очень давно.
Швабра — отличное средство против вампиров!
Оскар поднес карточку к глазам, изучая папино лицо. На нем читалась гордость. Гордость и… растерянность. Он выглядел человеком, который рад появлению ребенка, но понятия не имеет, как себя вести. Что делать. Такое ощущение, что он видел младенца впервые, хотя Оскара крестили через полгода после рождения.
— Ты не мерзнешь? — Нет. — Почему? Девочка повела бровями, наморщив лоб, и на мгновение показалась ему гораздо, гораздо старше своих лет. Как дряхлая старушка, которая вот-вот расплачется. — Я забыла, как это делается.