Если предупредить человека, чтобы он чего-то не делал, обычно получается, что ровно это он и сделает.
Что есть горе? Что такое тоска? Это когда кого-то отрывают от тебя, и он уносит с собой часть твоего существа. Часть, которую нельзя восполнить ничем другим. Горе и тоска навсегда остаются с тобой. И это больно. Остается кровоточащая рана. На ней образуется корка, которая чешется, разрывается – и снова проступает кровь. И однажды на этом месте возникает шрам. Рана зажила, но шрам остался навсегда.
Через несколько лет ты замечаешь, что горе изменило тебя. Оно поселилось внутри тебя. Из него создается вся твоя последующая жизнь. Не проходит ни дня, чтобы ты не испытал горя. Ты никогда не забудешь. Оно стало частью тебя – того тебя, каким ты стал теперь.
Надежда уходила, и ее шаги тяжело отпечатывались у него на сердце.
Бедность и страдания старят.
Холода в конце января, по словам Яйи, – это благо, ибо они заставляют людей искать тепла домашнего очага и семьи.
Мы так быстро движемся, будто стоим на месте.
Горе – нежданный, неурочный гость, к приходу которого невозможно быть готовым.
В одной провинции Кампонгтхом, где, как пишет Старый Музыкант, находился Слэк Даек, раскопали около двадцати групповых могил с останками свыше ста двадцати тысяч человек.
Мертвые глядят в упор сквозь время и видят вновь и вновь совершаемое насилие.
– Надежда – тоже своего рода драгоценность, согласны? – размышлял вслух молодой врач. – Она одновременно тверда, как металл, и пластична.
Из праха куда нам было двигаться, иначе как вверх?
Призраки повсюду – встречают ее, куда бы она ни пошла, присаживаются к ней за столик. Может, не так она и одинока, в конце концов.
Трудиться рядом с человеком, который искренне желает сделать тебе приятное и облегчить домашнюю ношу, взяв как можно больше на свои плечи, – это еще и ни с чем не сравнимое моральное удовольствие.
Нельзя постоянно упрекать человека за прошлые ошибки... ведь главное – какой урок человек вынес из своего промаха и как намерен воспользоваться этим опытом.
потерять своего человека несложно, но потом, когда будет больно и придет понимание своих ошибок, исправлять их будет очень трудно.
«Если мужчина хочет помочь по дому, женщине нужно радоваться и говорить спасибо, а потом хвалить за работу, – всегда говорила она. – Кислый вид жены и ее недовольство даже у святого отобьют охоту что-то делать, и тогда поздно будет махать руками и сыпать упреками. Если поезд ушел, то его не вернешь».
То, что мы чувствуем к нашим детям, не так важно, как то, каким образом они воспринимают наши чувства, как оценивают отношение к ним. Педагоги напоминают: в школе имеет значение не то, что говорит учитель, а то, что слышит ученик. То же самое происходит в семье. Важно не то, что мы пытаемся сообщить детям, а то, как они понимают наше сообщение.
Исследования подтверждают, что родители, которые «приписывают преувеличенную компетентность и ответственность плохо ведущим себя детям», чаще разочаровываются в них, отчитывают их и наказывают. Они испытывают досаду, когда видят поведение, представляющееся им неправильным, и, по сути, наказывают малышей за то, что они маленькие.
То, что мы чувствуем к нашим детям, не так важно, как то, каким образом они воспринимают наши чувства, как оценивают отношение к ним.
... Чем меньше у малыша шансов самостоятельно решать, что будет правильным, тем больше для него вероятность поступить так, что родители сочтут его безответственным, а значит, получат повод и альше лишать его права выбора.
Контролирующее воспитание связано с более низким уровнем внутренней мотивации, менее успешным усвоением моральных ценностей, более слабым саморегулированием.
Быть хорошим родителем - значит слушать больше, чем объяснять.
Наши представления о себе влияют на наши поступки, отсюда идея - убедить детей, что они уже обладают благородными мотивами.
Дети учатся принимать правильные решения, когда принимают решение, а не следуют указаниям.
... Чтобы оправдать отсутствие успехов, они перестают прилагать усилия. Это позволяет им поддерживать уверенность в том, что они умны. Они могут сказать себе, что, если бы учились, могли бы добиться большего. Чем уязвимее их чувство собственного достоинства, тем заманчивее желание защитить его, просто не вступая в игру.