Цитаты
285861
Умение читать мысли не всегда помогает с женщинами, потому что чаще всего они живут эмоциями.
Разве могла я предположить, что пикантное любовное приключение превратится для меня в такой кошмар! Совершенно неожиданно я оказалась втянута в разборки между двумя могущественными стаями оборотней. Вот-вот война захлестнет Гроштер и по улицам древней столицы польются реки крови. И только я могу остановить зарождающееся безумие. Правда, сначала мне предстоит приоткрыть завесу тайны над собственным прошлым.
Говорят, что на кошку нельзя надеть поводок. А что получится, если надеть его на волка?
Снег шел крупными хлопьями, нарушая умиротворяющую тишь мягким шорохом падающих на наст снежинок. В такие мгновения время останавливается, замирают звуки, застывают движения, горизонт скрывается от глаз, и ты остаешься тет-а-тет со снегопадом.
С недавних пор жизнь на дальней заставе круто изменилась, а свод моих правил пополнился тремя новыми пунктами. Первый: убегая из родного «Логова», не стоит возвращаться за нерадивой помощницей, спорить с командиром отряда захватчиков, угрожать ему тесаком, да и в целом травить его воинов дурманом. Наказуемо неприемлемым предложением и невозможностью отказать. Второй: соглашаясь на фиктивный брак, не стоит поить демона коньяком, интересоваться тайнами новой семьи и спорить с деверем....
- Это что только что было?
- Обмен утренними любезностями в соответствии с вашими пожеланиями. Ей поцелуй, тебе кинжал под дых, - хмыкнул Горный и улыбнулся, - или я что-то неправильно понял? Да, нет?! - вопросил он и, не давая нам ответить, постановил: - Ладно, возможно перепутал. Давайте, раздам все наоборот...
И я, и Инваго мгновенно шарахнулись в стороны, чем вызвали безудержный демонический смех, и вторящее ему громкое эхо в зале.
- Не хотите получить, что раздали? Ай-ай-ай! - веселящийся Хран украдкой вытер глаза и потребовал: - Значит, и не раздавайте больше ничего.
С недавних пор жизнь на дальней заставе круто изменилась, а свод моих правил пополнился тремя новыми пунктами. Первый: убегая из родного «Логова», не стоит возвращаться за нерадивой помощницей, спорить с командиром отряда захватчиков, угрожать ему тесаком, да и в целом травить его воинов дурманом. Наказуемо неприемлемым предложением и невозможностью отказать. Второй: соглашаясь на фиктивный брак, не стоит поить демона коньяком, интересоваться тайнами новой семьи и спорить с деверем....
- Так ты считаешь, что я и твоя сестра чем-то схожи.
- Да, а Инваго очень похож на водного.
- В смысле, идиот?
- В смысле благородный, - поправил он мое предположение
С недавних пор жизнь на дальней заставе круто изменилась, а свод моих правил пополнился тремя новыми пунктами. Первый: убегая из родного «Логова», не стоит возвращаться за нерадивой помощницей, спорить с командиром отряда захватчиков, угрожать ему тесаком, да и в целом травить его воинов дурманом. Наказуемо неприемлемым предложением и невозможностью отказать. Второй: соглашаясь на фиктивный брак, не стоит поить демона коньяком, интересоваться тайнами новой семьи и спорить с деверем....
Я думаю, пока мы помним имена мертвецов, они продолжают жить.
Я не уверен, как именно они живут: то ли скользят призраками, подобно облакам, или же обитают в загробном мире.
«Я мечтал вновь захватить Беббанбург с того дня, когда его у меня отняли. Огромная крепость, возведенная на скале, была почти что островом, к ней можно приблизиться только по узкой тропе. И эта крепость принадлежит мне». В Британии установился шаткий мир. Правитель Нортумбрии, викинг Сигтрюгр, и саксонская королева Мерсии Этельфлед заключили перемирие. И теперь величайший воин Англии Утред Беббанбургский наконец-то получил возможность вернуть свой дом, который много лет назад вероломно украл у...
...мы, язычники, никогда не преследовали христиан. Мы верим во множество богов, а потому считаем, что религия — личное дело каждого. Христиане же упрямо настаивают, что бог только один, и считают своим долгом убивать, калечить, порабощать или поносить всех тех, кто с ними не согласен. Да еще утверждают, что это для нашего же блага.
«Я мечтал вновь захватить Беббанбург с того дня, когда его у меня отняли. Огромная крепость, возведенная на скале, была почти что островом, к ней можно приблизиться только по узкой тропе. И эта крепость принадлежит мне». В Британии установился шаткий мир. Правитель Нортумбрии, викинг Сигтрюгр, и саксонская королева Мерсии Этельфлед заключили перемирие. И теперь величайший воин Англии Утред Беббанбургский наконец-то получил возможность вернуть свой дом, который много лет назад вероломно украл у...
— Тебе придётся делать выбор, — сказал он, — и время от времени ты будешь ошибаться. Мы все ошибаемся. <......>
— Но лучше сделать неправильный выбор, — продолжил отец, — чем не сделать никакого.
«Я мечтал вновь захватить Беббанбург с того дня, когда его у меня отняли. Огромная крепость, возведенная на скале, была почти что островом, к ней можно приблизиться только по узкой тропе. И эта крепость принадлежит мне». В Британии установился шаткий мир. Правитель Нортумбрии, викинг Сигтрюгр, и саксонская королева Мерсии Этельфлед заключили перемирие. И теперь величайший воин Англии Утред Беббанбургский наконец-то получил возможность вернуть свой дом, который много лет назад вероломно украл у...
— Но лучше сделать неправильный выбор, — продолжил отец, — чем не сделать никакого.
«Я мечтал вновь захватить Беббанбург с того дня, когда его у меня отняли. Огромная крепость, возведенная на скале, была почти что островом, к ней можно приблизиться только по узкой тропе. И эта крепость принадлежит мне». В Британии установился шаткий мир. Правитель Нортумбрии, викинг Сигтрюгр, и саксонская королева Мерсии Этельфлед заключили перемирие. И теперь величайший воин Англии Утред Беббанбургский наконец-то получил возможность вернуть свой дом, который много лет назад вероломно украл у...
Когда воин не может сражаться, он проклинает врага. Боги любят, когда в них нуждаются.
«Я мечтал вновь захватить Беббанбург с того дня, когда его у меня отняли. Огромная крепость, возведенная на скале, была почти что островом, к ней можно приблизиться только по узкой тропе. И эта крепость принадлежит мне». В Британии установился шаткий мир. Правитель Нортумбрии, викинг Сигтрюгр, и саксонская королева Мерсии Этельфлед заключили перемирие. И теперь величайший воин Англии Утред Беббанбургский наконец-то получил возможность вернуть свой дом, который много лет назад вероломно украл у...
Оскорбления — привычное дело. Нельзя наброситься на врага, перед этим его не обругав. Мы поносим друг друга, а потом деремся, хотя я сомневался, что сегодня понадобится обнажать мечи. Но нужно хотя бы сделать вид.
«Я мечтал вновь захватить Беббанбург с того дня, когда его у меня отняли. Огромная крепость, возведенная на скале, была почти что островом, к ней можно приблизиться только по узкой тропе. И эта крепость принадлежит мне». В Британии установился шаткий мир. Правитель Нортумбрии, викинг Сигтрюгр, и саксонская королева Мерсии Этельфлед заключили перемирие. И теперь величайший воин Англии Утред Беббанбургский наконец-то получил возможность вернуть свой дом, который много лет назад вероломно украл у...
— Ты пришёл сдаться? — спросил он.
— Позабыл твое имя, — сказал я.
— Обычно дерьмо выходит у людей из задниц, — отозвался он, — а у тебя прямо изо рта.
— Мать родила тебя через задницу, — сказал я, — от тебя до сих пор несет дерьмом.
«Я мечтал вновь захватить Беббанбург с того дня, когда его у меня отняли. Огромная крепость, возведенная на скале, была почти что островом, к ней можно приблизиться только по узкой тропе. И эта крепость принадлежит мне». В Британии установился шаткий мир. Правитель Нортумбрии, викинг Сигтрюгр, и саксонская королева Мерсии Этельфлед заключили перемирие. И теперь величайший воин Англии Утред Беббанбургский наконец-то получил возможность вернуть свой дом, который много лет назад вероломно украл у...
Не знаю, существуют ли драконы. Я никогда их не видел. Отец рассказывал, что они жили в высоких холмах и пожирали крупный скот и овец, но Беокка, один из священников отца и мой наставник в детстве, был уверен, что все драконы спят глубоко в земле.
— Они — создания сатаны, — говорил он мне, — и прячутся глубоко под землей в ожидании последних дней. И когда протрубит ангел, возвещая второе пришествие Христа, они вырвутся из-под земли как демоны! Они будут сражаться! Их крылья заслонят солнце, дыхание опалит землю, а пламя сожжет праведников!
— Так мы все умрем?
— Нет, нет, нет! Мы сразимся с ними!
— И как же ты сразишься с драконом? — спросил я.
— С молитвой на устах, мой мальчик, с молитвой.
— Значит, мы все умрем, — сказал я тогда, и Беокка отвесил мне подзатыльник.
«Я мечтал вновь захватить Беббанбург с того дня, когда его у меня отняли. Огромная крепость, возведенная на скале, была почти что островом, к ней можно приблизиться только по узкой тропе. И эта крепость принадлежит мне». В Британии установился шаткий мир. Правитель Нортумбрии, викинг Сигтрюгр, и саксонская королева Мерсии Этельфлед заключили перемирие. И теперь величайший воин Англии Утред Беббанбургский наконец-то получил возможность вернуть свой дом, который много лет назад вероломно украл у...
Мы будем драться за наших женщин, наши земли и наши дома до тех пор, пока нашему миру не придет конец в хаосе Рагнарока. Христиане твердят о мире, о том, что война — зло, да и кто же не хочет мира? Но потом на тебя налетает обезумевший воин, выкрикивая в лицо имя своего мерзкого бога, и всё, чего он хочет — убить тебя, изнасиловать твою жену, забрать в рабство дочерей и отнять твой дом. Это значит — ты должен сражаться. Потом ты видишь людей, умирающих в грязи с проломленными головами, без глаз, со вспоротыми животами, кишки влажно блестят в грязи, видишь, как твои товарищи хватают ртом воздух, рыдают и вопят.
Ты увидишь смерть друзей, поскользнёшься на выпотрошенных кишках врага, заглянешь в глаза человека, кому вонзил меч в живот, а если три богини судьбы у подножия Иггдрасиля окажутся к тебе благосклонны, то еще и познаешь восторг битвы, пьянящее чувство победы и радость оттого, что выжил. Потом ты вернешься домой, и барды сочинят балладу о той битве, и, может, станут прославлять твоё имя, ты станешь хвастать своей доблестью, а юнцы с завистливым трепетом внимать твоим рассказам. Только ты никогда не расскажешь им о том ужасе.
Ты не скажешь им, как преследуют тебя лица тех, кого ты убил, как на последнем издыхании они молили о пощаде, но не получили её. Ты не расскажешь о юнцах, которые умирая звали своих матерей, пока ты проворачивал клинок у них в животе с презрительной насмешкой. Ты не сознаешься, что просыпаешься ночами весь в поту, с колотящимся от ужасных воспоминаний сердцем. Ты не скажешь об этом, потому что этот ужас хранят в тайне, в глубинах сердца, и признать эту тайну — значит признать страх, а ведь мы — воины.
«Я мечтал вновь захватить Беббанбург с того дня, когда его у меня отняли. Огромная крепость, возведенная на скале, была почти что островом, к ней можно приблизиться только по узкой тропе. И эта крепость принадлежит мне». В Британии установился шаткий мир. Правитель Нортумбрии, викинг Сигтрюгр, и саксонская королева Мерсии Этельфлед заключили перемирие. И теперь величайший воин Англии Утред Беббанбургский наконец-то получил возможность вернуть свой дом, который много лет назад вероломно украл у...
Я улыбнулся, вспоминая, как беспокоился Берг, и при мысли о том, что двенадцати- или тринадцатилетняя девчонка может вызывать дрожь у такого воина. Сколько ему? Восемнадцать, девятнадцать? Он уже стоял в стене из щитов, дрался против топоров и копий, убивал и познал радость битвы, но миленькая мордашка и копна каштановых волос заставили его дрожать, как пятнадцатилетнего юнца перед первой битвой.
«Я мечтал вновь захватить Беббанбург с того дня, когда его у меня отняли. Огромная крепость, возведенная на скале, была почти что островом, к ней можно приблизиться только по узкой тропе. И эта крепость принадлежит мне». В Британии установился шаткий мир. Правитель Нортумбрии, викинг Сигтрюгр, и саксонская королева Мерсии Этельфлед заключили перемирие. И теперь величайший воин Англии Утред Беббанбургский наконец-то получил возможность вернуть свой дом, который много лет назад вероломно украл у...
admin
добавил цитату
из книги
«Дальняя застава»
6 лет назад
Все тайны нельзя раскрыть за один день. А полезные вещи собирать нужно.
admin
добавил цитату
из книги
«Дальняя застава»
6 лет назад
"Если суслика не видно, это не значит, что его нет"
admin
добавил цитату
из книги
«Дальняя застава»
6 лет назад
"прежде чем сделать следующий шаг, не поленись и посмотри вниз, вдруг там под ногою пропасть".
admin
добавил цитату
из книги
«Дальняя застава»
6 лет назад
«Вот теперь и доказывай, что не верблюд, - усмехнулся я. - Два горба на спине есть, колючку жуёшь. Значит, верблюд ты и есть».
admin
добавил цитату
из книги
«Дальняя застава»
6 лет назад
Так вот ты какой, северный олень!
admin
добавил цитату
из книги
«Дальняя застава»
6 лет назад
Нам, мужикам, как бы мы ни старались, этого не понять, а им, женщинам, нам этого не объяснить. Но это не мешает нам жить вместе и сосуществовать. А главное, мы каким-то нереальным образом находим общий язык и дополняем друг друга. Ведь не зря говорят, что женщина ищет не самого лучшего, а того, кто будет второй ее половиной, того, кто сможет дать ей те качества, которых нет в ней самой.
- Это же Хан, - ответил он, как-будто другого объяснения не требовалось. Или, что более вероятно, иного не предвиделось.
Хан Соло вполне мог бы почивать на лаврах. Как-никак, этот самоуверенный контрабандист и капитан «Тысячелетнего сокола» сыграл ключевую роль в дерзком налете на «Звезду смерти», гибель которой стала первым серьезным ударом по Империи в ее войне с повстанческим Альянсом. Однако праздновать не приходится – вознаграждения за свой подвиг Хан лишился, а его долг преступному авторитету Джаббе Хатту никуда не делся. За голову Соло назначена цена и если он не раздобудет нужную сумму, платить придется...
В любую дверь можно войти, надо только правильно постучать. Вот я и буду стучать, пока не достучусь.
Хан Соло вполне мог бы почивать на лаврах. Как-никак, этот самоуверенный контрабандист и капитан «Тысячелетнего сокола» сыграл ключевую роль в дерзком налете на «Звезду смерти», гибель которой стала первым серьезным ударом по Империи в ее войне с повстанческим Альянсом. Однако праздновать не приходится – вознаграждения за свой подвиг Хан лишился, а его долг преступному авторитету Джаббе Хатту никуда не делся. За голову Соло назначена цена и если он не раздобудет нужную сумму, платить придется...
– И потом, это же Соло. Что может стрястись?
Тавия фыркнула:
– Тебе весь список зачитать?
– Не надо, – уныло ответила Бинк. – У меня свой имеется.
Хан Соло вполне мог бы почивать на лаврах. Как-никак, этот самоуверенный контрабандист и капитан «Тысячелетнего сокола» сыграл ключевую роль в дерзком налете на «Звезду смерти», гибель которой стала первым серьезным ударом по Империи в ее войне с повстанческим Альянсом. Однако праздновать не приходится – вознаграждения за свой подвиг Хан лишился, а его долг преступному авторитету Джаббе Хатту никуда не делся. За голову Соло назначена цена и если он не раздобудет нужную сумму, платить придется...
– Если понимаешь, что к тебе идет хорошая карта, – заметил Лэндо, – то можно ставить на кон все.
Хан Соло вполне мог бы почивать на лаврах. Как-никак, этот самоуверенный контрабандист и капитан «Тысячелетнего сокола» сыграл ключевую роль в дерзком налете на «Звезду смерти», гибель которой стала первым серьезным ударом по Империи в ее войне с повстанческим Альянсом. Однако праздновать не приходится – вознаграждения за свой подвиг Хан лишился, а его долг преступному авторитету Джаббе Хатту никуда не делся. За голову Соло назначена цена и если он не раздобудет нужную сумму, платить придется...
Агент искренне полагал, что отряд Инджера намеревается украсть содержимое сейфа Виллакора. Ему и в голову не могло прийти, что они попытаются похитить сам сейф.
Хан Соло вполне мог бы почивать на лаврах. Как-никак, этот самоуверенный контрабандист и капитан «Тысячелетнего сокола» сыграл ключевую роль в дерзком налете на «Звезду смерти», гибель которой стала первым серьезным ударом по Империи в ее войне с повстанческим Альянсом. Однако праздновать не приходится – вознаграждения за свой подвиг Хан лишился, а его долг преступному авторитету Джаббе Хатту никуда не делся. За голову Соло назначена цена и если он не раздобудет нужную сумму, платить придется...