Цитаты
285819
Ее охватили горе и стыд.
— Бартимеус! Извини… Мне так жаль…
— О, конечно, тогда все в порядке, — сказал юноша. — Легионы Иного Места вырвались на волю, на весь этот уголок Земли вот-вот обрушатся гибель и разрушение, на трон взошел Хаба Жестокий во всей своей кровавой славе, Бартимеуса Урукского в ближайшее время так или иначе ждет печальный конец — но, по крайней мере, ты соизволила извиниться! Это все меняет. А то я было подумал, что нынче выдался хреновый денек.
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
Джинны вообще во многом похожи на людей: если обращаться с ними достаточно сурово и не давать им ни малейшей возможности причинить тебе зло, им можно найти немало полезных применений.
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
У Соломона, похоже, была привычка никогда не повышать голоса и всегда говорить медленно и размеренно. Полезная черта для политика: это окутывало его аурой власти.
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
Твой "восемнадцатый уровень посвящения" мне ни о чем не говорит. Откуда я знаю, может, это означает, что тебе наконец-то доверили чистить сортиры!
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
Я сдержанно произнес:
— Привет тебе, о великий дух.
— Можешь не подражать этому дурацкому выговору,
— заметило Существо. —
Мне известны твое имя и твоя природа.
...
— А как ты догадался?
— Если не считать того, что я способен видеть насквозь любые Иллюзии? Ну, Соломон редко висит в воздухе над волнами открытого моря. К тому же ты забыл про духи.
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
Я коснулся плеча Боско передней лапкой.
Боско удивленно хмыкнул и обернулся.
И с этого началось ночное побоище в Иерусалиме.
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
Эти двое были настолько поглощены своей беседой, что не заметили бы меня, даже если бы я обернулся гламурным единорогом и вошел в спальню, звонко цокая копытцами.
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
От мгновенного перемещения всегда тошнит, — шепотом пояснил Бартимеус. — Она, однако, держится. Не собирается блевать где попало. Вот что значит порода и хорошее воспитание!
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
Послушай, я ношу в себе мудрость двух тысячелетий и то иногда промахиваюсь. Вот, например, встретив тебя в ущелье, я подумал было, что ты что-то из себя представляешь. Что ты обладаешь гибким, сильным умом… Видишь, как я ошибся?
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
На самом деле интеллект и способности существа можно приблизительно оценить на основании того, сколько всего планов оно способно видеть, например: лучшие из джиннов — семь; фолиоты и высшие бесы — четыре; кошки — два; блохи, тараканы, люди, клопы и т. п. — один.
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
-Ну и жизнь у вас, у людей! Чем только вы не забиваете свои рыхлые маленькие мозги! Неужто вы не сознаете, как короток ваш век, как незначительно ваше место в огромной Вселенной? А вы беспокоитесь из-за приданого, зубного камня и цен на верблюдов!
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
— Довольно, Бартимеус! — Соломон поджал губы. — Итак, во всем перечисленном ты, очевидно, виновен. Однако следует принять во внимание, что ты — раб, вынужденный выполнять чужую волю, и, откровенно говоря, невзирая на то, что я испытываю большое искушение тебя покарать, вины я за тобой не вижу.
Джинн шумно выдохнул.
— Правда? Ни фига себе! Вот это истинная мудрость, это я понимаю!
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
Еще во дворце не рекомендовалось: драться, пожирать слуг, бегать по коридорам, браниться, рисовать непристойные картинки на стенах гарема, распространять по кухне дурные запахи и плеваться на ковры. Ну, по крайней мере, это то, за что влетало лично мне, — вероятно, были и другие запреты.
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
И тут являюсь я, весь такой непринужденный. Немая сцена.
Короче, бывали в моей карьере моменты и похуже.
— Привет, Ашмира! — дружески сказал я. — Привет, Соломончик! — Я пригладил усы лапой. — Кто первым очухается, получит приз!
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
Типичная черта типичного ближневосточного деспота: им всем хочется быть круче тех, что жили до них.
Известно, что волшебники любят призывать духов и сваливать на них всякую черную работу: строить дворцы, сражаться с врагами, искать сокровища и так далее. Царь Соломон, например, при помощи простого колечка мог запросто призвать несметные полчища этих трудолюбивых существ. Неудивительно, что царство его процветало. Кстати, помните Бартимеуса? Того джинна, у которого язык без костей. Он еще был замешан в историях с Амулетом Самарканда и Глазом Голема и имел самое непосредственное отношение к...
Ты говоришь, я поступаю жестоко, но я всего лишь поступаю с ними так, как они поступили с тобой. То, что человек готовил другому, и есть лучшее наказание для него. Самое справедливое.
Его называли Смертью на службе Его Величества, а теперь он последний жрец самого страшного из Четырех Богов. Он дальний родственник короля, самый влиятельный человек в Северных землях. И он похоронил уже двух жен, а мне предстоит стать третьей. Отказаться невозможно, ведь я уже надела диадему послушания и обязана исполнить волю отца. Мой жених пугает меня до дрожи, да и умирать, как мои предшественницы, я не хочу, а потому постараюсь найти выход. Но в чужом мрачном замке так трудно понять, кто...
— Я не хочу, чтобы кого-то наказывали из-за меня, — нахмурилась я. — Неужели нельзя обойтись без этого?
— Нельзя, — серьезно ответил он. — Потому что я собираюсь наказать их не из-за тебя. Я собираюсь наказать их за то, что они сделали с тобой. Если я просто прощу им это, они могут сделать это снова. Или сделать с кем-то еще. Или даже сделать что-то хуже. Безнаказанность порождает вседозволенность.
Его называли Смертью на службе Его Величества, а теперь он последний жрец самого страшного из Четырех Богов. Он дальний родственник короля, самый влиятельный человек в Северных землях. И он похоронил уже двух жен, а мне предстоит стать третьей. Отказаться невозможно, ведь я уже надела диадему послушания и обязана исполнить волю отца. Мой жених пугает меня до дрожи, да и умирать, как мои предшественницы, я не хочу, а потому постараюсь найти выход. Но в чужом мрачном замке так трудно понять, кто...
Ночь, тишина и одиночество всегда меняют восприятие. Мысли, которые ни за что не пришли бы в голову при дневном свете, ночью невозможно из нее выгнать.
Его называли Смертью на службе Его Величества, а теперь он последний жрец самого страшного из Четырех Богов. Он дальний родственник короля, самый влиятельный человек в Северных землях. И он похоронил уже двух жен, а мне предстоит стать третьей. Отказаться невозможно, ведь я уже надела диадему послушания и обязана исполнить волю отца. Мой жених пугает меня до дрожи, да и умирать, как мои предшественницы, я не хочу, а потому постараюсь найти выход. Но в чужом мрачном замке так трудно понять, кто...
Если ты хочешь вернуть себе право решать за себя, то должна научиться принимать трудные решения. А не просто ждать у моря погоды. Да, ради свободы приходится рисковать. И иногда прыгать через пропасть, точно не зная, где у нее другая сторона и есть ли она вообще. Это трудно, это страшно, но порой необходимо.
Его называли Смертью на службе Его Величества, а теперь он последний жрец самого страшного из Четырех Богов. Он дальний родственник короля, самый влиятельный человек в Северных землях. И он похоронил уже двух жен, а мне предстоит стать третьей. Отказаться невозможно, ведь я уже надела диадему послушания и обязана исполнить волю отца. Мой жених пугает меня до дрожи, да и умирать, как мои предшественницы, я не хочу, а потому постараюсь найти выход. Но в чужом мрачном замке так трудно понять, кто...
Да уж, редко кто бывает так жесток по отношению к женщине, как другие женщины, — пробормотал он, одним большим залпом приканчивая содержимое своего стакана. — Казалось бы, вы должны лучше понимать боль и страхи друг друга, больше жалеть друг друга.
Его называли Смертью на службе Его Величества, а теперь он последний жрец самого страшного из Четырех Богов. Он дальний родственник короля, самый влиятельный человек в Северных землях. И он похоронил уже двух жен, а мне предстоит стать третьей. Отказаться невозможно, ведь я уже надела диадему послушания и обязана исполнить волю отца. Мой жених пугает меня до дрожи, да и умирать, как мои предшественницы, я не хочу, а потому постараюсь найти выход. Но в чужом мрачном замке так трудно понять, кто...
Может быть, умение готовить и бесполезный навык для жены Торрена Фолкнора, но в этом случае очень мне пригодится. Или напишу Розе, как только почувствую себя в безопасности. Вдруг она согласится помочь мне? Она давно живет самостоятельно, может подсказать другие варианты. Что угодно, лишь бы не оставаться здесь. Надо было сразу так поступить, но, наверное, мне нужно было дойти до определенной степени отчаяния, чтобы работа прислуги показалась мне привлекательной альтернативой.
Его называли Смертью на службе Его Величества, а теперь он последний жрец самого страшного из Четырех Богов. Он дальний родственник короля, самый влиятельный человек в Северных землях. И он похоронил уже двух жен, а мне предстоит стать третьей. Отказаться невозможно, ведь я уже надела диадему послушания и обязана исполнить волю отца. Мой жених пугает меня до дрожи, да и умирать, как мои предшественницы, я не хочу, а потому постараюсь найти выход. Но в чужом мрачном замке так трудно понять, кто...
— Ты никогда не замечала, что слова жрец и лжец очень похожи? Нея, мы все лжем. Или большинство из нас. Даже те, кто искренне верят в Богов, лгут, говоря, что они с ними общаются. Это наша работа: помогать людям верить в то, что за ними... над всеми нами стоят всемогущие Боги, способные нас защитить или покарать.
Его называли Смертью на службе Его Величества, а теперь он последний жрец самого страшного из Четырех Богов. Он дальний родственник короля, самый влиятельный человек в Северных землях. И он похоронил уже двух жен, а мне предстоит стать третьей. Отказаться невозможно, ведь я уже надела диадему послушания и обязана исполнить волю отца. Мой жених пугает меня до дрожи, да и умирать, как мои предшественницы, я не хочу, а потому постараюсь найти выход. Но в чужом мрачном замке так трудно понять, кто...
Снова я была вынуждена столкнуться лицом к лицу с неприглядной истиной: милые, улыбчивые люди не всегда оказываются такими, какими кажутся.
Его называли Смертью на службе Его Величества, а теперь он последний жрец самого страшного из Четырех Богов. Он дальний родственник короля, самый влиятельный человек в Северных землях. И он похоронил уже двух жен, а мне предстоит стать третьей. Отказаться невозможно, ведь я уже надела диадему послушания и обязана исполнить волю отца. Мой жених пугает меня до дрожи, да и умирать, как мои предшественницы, я не хочу, а потому постараюсь найти выход. Но в чужом мрачном замке так трудно понять, кто...
Жена должна быть другом и соратником. Уметь вразумлять, если ты поступаешь неправильно. Уметь слушать твои доводы, но не бояться привести свои.
Его называли Смертью на службе Его Величества, а теперь он последний жрец самого страшного из Четырех Богов. Он дальний родственник короля, самый влиятельный человек в Северных землях. И он похоронил уже двух жен, а мне предстоит стать третьей. Отказаться невозможно, ведь я уже надела диадему послушания и обязана исполнить волю отца. Мой жених пугает меня до дрожи, да и умирать, как мои предшественницы, я не хочу, а потому постараюсь найти выход. Но в чужом мрачном замке так трудно понять, кто...
Отказываясь от права решать за себя, стоит думать о худшем.
Его называли Смертью на службе Его Величества, а теперь он последний жрец самого страшного из Четырех Богов. Он дальний родственник короля, самый влиятельный человек в Северных землях. И он похоронил уже двух жен, а мне предстоит стать третьей. Отказаться невозможно, ведь я уже надела диадему послушания и обязана исполнить волю отца. Мой жених пугает меня до дрожи, да и умирать, как мои предшественницы, я не хочу, а потому постараюсь найти выход. Но в чужом мрачном замке так трудно понять, кто...