Я открываю окно, и в комнату врывается ветер со свежим запахом дождя. Ложусь прямо на пол у окна и слушаю шум падающих капель. И мне интересно, бывает ли им больно, когда они разбиваются о землю...
Иногда приходится огрызаться, чтобы не утонуть в жалости к себе.
– Можно придумать много всего, Леа, но не то, как смотрит на тебя девушка после поцелуя, – произносит он тихо, и я думаю, что шепот – это волшебство… таинственная магия. Пока вы говорите шепотом, слова, произнесенные вами, хранят тайну. Вашу тайну. Шепот сооружает невидимые границы между вашим миром и всем остальным. Сохраняя сокровенное, он бережет ваш секрет. Я провожу ладонью по небритой щеке Рафаэля.
– Можно придумать много всего, Рафаэль, но не то, как парень смотрит на тебя после поцелуя, – эхом вторю я его словам. Сберегая этот миг.
Иногда, если идёшь в нужном тебе направлении, судьба подкидывает тебе удачу. И не важно, сколько раз ты стучишься и получаешь отказ. Одна из дверей обязательно откроется.
Мы рабы обстоятельств, своих желаний, своих страхов. Мы рабы жизни. Но только от нас зависит, как мы встречаем трудности и соблазны, как ведем себя в опасности и в радости. Только от нас зависит, какую жизнь мы проживем. Всецело и полностью от нас.
Мы просыпаемся с мыслью, что будет завтра, с мыслью, что этот день кончится, и начнется другой, и в наших мечтах тот, грядущий день, будет лучше сегодняшнего. Мы изменимся, станем такими, какими нас хотят видеть другие или мы сами: стройными, красивыми, успешными. Мы представляем следующий день нашей жизни, а сегодняшний не ценим, чаще всего думая: скорее бы закончилась школа, скорее бы уйти с работы, скорее бы настало лето, осень или зима.
Свобода. Она возникает в душе и порождает крылья.
Пока вы говорите шепотом, слова, произнесенные вами, хранят тайну. Вашу тайну.
Море продолжает биться о скалы, разбиваться и пениться. Ты тоже злишься, море, ты тоже в гневе. Но у тебя есть океан, ты сливаешься с ним и так находишь освобождение.
Рядом с ней было гораздо лучше. Рядом с ней была нирвана. Было спасение. Но все куда сложнее, чем хотелось бы. Море продолжает биться о скалы, разбиваться и пениться. Ты тоже злишься, море, ты тоже в гневе. Но у тебя есть океан, ты сливаешься с ним и так находишь освобождение. Я отворачиваюсь и спускаюсь вниз. Кристоф все выпытывает, какие у меня планы на ближайшее время, и долго ли я еще пробуду в Нормандии, но до этой секунды ответа у меня не было. Но теперь я знаю. Я собираюсь навестить океан.
Ветер неистово ревет и бьет меня по лицу, я закрываю глаза и прислушиваюсь к нему, давая себе ощутить его холод и злость. Я раскидываю руки в стороны и мысленно прошу его забрать меня с собой. Сделать меня такой же, безумной, свободной и сильной.
Если бы я была ветром, я бы облетела весь свет в поисках тебя, Рафаэль. И я бы нашла тебя. Я бы коснулась тебя легко, еле ощутимо, ты бы не увидел меня, но почувствовал. Ты бы ощутил мою боль, мою любовь, мое неистовство. Я бы смотрела тебе в глаза и нежно касалась твоего лица, а ты бы думал, что тебя щекочет ветер, но это была бы я. Я бы играла с твоими волосами и водила пальцем вдоль губ. И я бы всегда была рядом. Летала за тобой по пятам, повсюду следуя за тобой. Девочка-ветер, девочка-любовь, девочка — разбитое сердце. Но я не ветер… как жаль, что я не ветер, думаю я.
Может, ты стал тем самым ветром, который только что пытался подхватить меня в диком танце. А может, ты пытался обнять меня и успокоить. Нравится ли тебе быть ветром? Ощущаешь ли ты ту самую свободу, о которой мечтал?
Если есть только сейчас, если только сейчас реально и ощутимо, тогда я хочу почувствовать его руку в своей, я хочу узнать, какая у него кожа. Я глубоко вдыхаю, закрываю глаза и кладу свою руку поверх его. Моя маленькая кисть накрывает его большую, и в это мгновение, в это самое «сейчас», все внутри меня дрожит мелкой дрожью в ожидании его реакции. Он медленно и аккуратно переворачивает руку ладонью верх и сплетает свои пальцы с моими. И в эту самую секунду, в этот самый миг, в это самое мгновение «сейчас» имеет больше смысла, чем когда-либо. Оно настоящее.
"Everybody is always striving to be better, lose five pounds, read five books, go to a museum, buy a classical record and listen to it and like it. What they really want to do is eat doughnuts, read magazines, buy pop albums. And books? Fuck books. Get a Kindle. You know why Kindles are so successful?"
You laugh and you shake your head and you`re listening to me at the point when most people drift, go into their phone. And you`re pretty and you ask, "Why?"
"I`ll tell you why. The Internet put porn in your home--"
I just said porn, what a dummy, but you`re still listening, what a doll.
"And you didn`t have to go out and get it. You didn`t have to make eye contact with the guy at the store who now knows you like watching girls get spanked. Eye contact is what keeps us civilized."
Your eyes are almonds and I go on. "Revealed."
You don`t wear a wedding ring and I go on. "Human."
You are patient and I need to shut up but I can`t. "And the Kindle, the Kindle takes all the integrity out of reading, which is exactly what the Internet did to porn. The checks and balances are gone. YOu can read your Dan Brown in public and in private all at once. It`s the end of civilization."
Rejection is a dish best served in a paper envelope because then at least you can tear it up or burn it.
She Instagrams methodically, clinically, as if she`s gathering evidence for defense, like her entire life is dedicated to proving that she has a life.
Все мечтают стать лучше: скинуть пару килограмм, прочитать пару умных книг, сходить в музей, полюбить классическую музыку… А на деле хотят только жрать пончики, полистывать журналы и слушать попсу.
Люби люди себя хоть чуточку больше, сфера обслуживания не была бы такой выгребной ямой.
Хуже крохотных, тесных клеток, где даже крылья не расправить, только огромные клетки, где птице кажется, будто она может летать. Нельзя запереть здесь живое существо и считать себя гуманистом.
Байку про то, что бег наполняет энергией, придумали бездельники, которым потом не приходится весь день работать.
Самое плохое в книгах - то, что они рано или поздно заканчиваются. Сначала они соблазняют тебя. Раздвигают ноги, затягивают внутрь. Ты оставляешь свою жизнь на пороге, и погружаешься в них, и не хочешь возвращаться... И вдруг сон тает. Ты переворачиваешь страницу, а там пустота. И остается только рыдать.
Ничто так не оживляет настоящее, как приглашение в будущее.
“The problem with books is that they end.”
— Как один человек смог противостоять целой армии охранников? Ведь как говорят мои источники, это здание охраняла компания, в которой работают преимущественно бывшие военные.
Убрав прядь светлых волос за ухо, Карен пронзительно посмотрела в камеру.
— Потому что он не человек…
(С) Ад Феникса.