Цитаты

Универсальное поведение на бумаге – красота, а на практике – катастрофа.

Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни

Нассим Талеб

В своей новой, резко провокационной и одновременно предельно прагматичной книге неподражаемый Николас Нассим Талеб рассказывает, как важно идентифицировать и фильтровать чушь, отличать теорию от практики, поверхностную компетентность от настоящей. Вы узнаете, что такое рациональность в сложных системах и реальном мире, симметрия и асимметрия и в чем состоит логика принятия рисков. Наполняя новым смыслом привычные понятия, такие как «справедливое общество», «профессиональный успех», «личная...

Мы всегда были безумны, но не могли уничтожить мир. Сейчас мы это можем.

Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни

Нассим Талеб

В своей новой, резко провокационной и одновременно предельно прагматичной книге неподражаемый Николас Нассим Талеб рассказывает, как важно идентифицировать и фильтровать чушь, отличать теорию от практики, поверхностную компетентность от настоящей. Вы узнаете, что такое рациональность в сложных системах и реальном мире, симметрия и асимметрия и в чем состоит логика принятия рисков. Наполняя новым смыслом привычные понятия, такие как «справедливое общество», «профессиональный успех», «личная...

Наука – не сумма того, что думают ученые; как и в случае с рынками, это весьма ассиметричная сфера деятельности. Как только ты опроверг теорию, она стала неправильной. Если бы в науке существовал консенсус большинства, мы до сих пор жили бы как в средневековье, и Эйнштейн кончил бы тем, с чего начинал: служащим патентного бюро с бесплодным хобби.

Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни

Нассим Талеб

В своей новой, резко провокационной и одновременно предельно прагматичной книге неподражаемый Николас Нассим Талеб рассказывает, как важно идентифицировать и фильтровать чушь, отличать теорию от практики, поверхностную компетентность от настоящей. Вы узнаете, что такое рациональность в сложных системах и реальном мире, симметрия и асимметрия и в чем состоит логика принятия рисков. Наполняя новым смыслом привычные понятия, такие как «справедливое общество», «профессиональный успех», «личная...

Люди не столь уж многому учатся на своих – и чужих – ошибках; скорее это система учится, отбирая тех, кто менее склонен к ошибкам определенного класса, и устраняя остальных. Системы учатся, избавляясь от своих частей.

Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни

Нассим Талеб

В своей новой, резко провокационной и одновременно предельно прагматичной книге неподражаемый Николас Нассим Талеб рассказывает, как важно идентифицировать и фильтровать чушь, отличать теорию от практики, поверхностную компетентность от настоящей. Вы узнаете, что такое рациональность в сложных системах и реальном мире, симметрия и асимметрия и в чем состоит логика принятия рисков. Наполняя новым смыслом привычные понятия, такие как «справедливое общество», «профессиональный успех», «личная...

В нашем мире слишком много людей защищены от последствий принимаемых ими серьёзных решений. Тот, кто не хочет рисковать, никогда не должен принимать решения.

Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни

Нассим Талеб

В своей новой, резко провокационной и одновременно предельно прагматичной книге неподражаемый Николас Нассим Талеб рассказывает, как важно идентифицировать и фильтровать чушь, отличать теорию от практики, поверхностную компетентность от настоящей. Вы узнаете, что такое рациональность в сложных системах и реальном мире, симметрия и асимметрия и в чем состоит логика принятия рисков. Наполняя новым смыслом привычные понятия, такие как «справедливое общество», «профессиональный успех», «личная...

Бюрократия – это конструкция, удобно отделяющая человека от последствий его действий.

Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни

Нассим Талеб

В своей новой, резко провокационной и одновременно предельно прагматичной книге неподражаемый Николас Нассим Талеб рассказывает, как важно идентифицировать и фильтровать чушь, отличать теорию от практики, поверхностную компетентность от настоящей. Вы узнаете, что такое рациональность в сложных системах и реальном мире, симметрия и асимметрия и в чем состоит логика принятия рисков. Наполняя новым смыслом привычные понятия, такие как «справедливое общество», «профессиональный успех», «личная...

Если вы высказали мнение и кто-то принял его во внимание, у вас появляется моральное обязательство столкнуться с последствиями.

Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни

Нассим Талеб

В своей новой, резко провокационной и одновременно предельно прагматичной книге неподражаемый Николас Нассим Талеб рассказывает, как важно идентифицировать и фильтровать чушь, отличать теорию от практики, поверхностную компетентность от настоящей. Вы узнаете, что такое рациональность в сложных системах и реальном мире, симметрия и асимметрия и в чем состоит логика принятия рисков. Наполняя новым смыслом привычные понятия, такие как «справедливое общество», «профессиональный успех», «личная...

За ошибки интервенционистов, сидящих в уютных офисах с кондиционерами, должны были расплачиваться невиновные: езиды, христианские меньшинства Ближнего Востока, мандеи, сирийцы, иракцы и ливийцы.

Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни

Нассим Талеб

В своей новой, резко провокационной и одновременно предельно прагматичной книге неподражаемый Николас Нассим Талеб рассказывает, как важно идентифицировать и фильтровать чушь, отличать теорию от практики, поверхностную компетентность от настоящей. Вы узнаете, что такое рациональность в сложных системах и реальном мире, симметрия и асимметрия и в чем состоит логика принятия рисков. Наполняя новым смыслом привычные понятия, такие как «справедливое общество», «профессиональный успех», «личная...

Если строитель построил человеку дом и свою работу сделал непрочно, а дом, который он построил, рухнул и убил хозяина, то этот строитель должен быть казнен.

Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни

Нассим Талеб

В своей новой, резко провокационной и одновременно предельно прагматичной книге неподражаемый Николас Нассим Талеб рассказывает, как важно идентифицировать и фильтровать чушь, отличать теорию от практики, поверхностную компетентность от настоящей. Вы узнаете, что такое рациональность в сложных системах и реальном мире, симметрия и асимметрия и в чем состоит логика принятия рисков. Наполняя новым смыслом привычные понятия, такие как «справедливое общество», «профессиональный успех», «личная...

Применяя принцип симметрии к отношениям индивида и коллектива, мы обретаем добродетель, античную добродетель, ныне ее называют «этикой добродетели».

Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни

Нассим Талеб

В своей новой, резко провокационной и одновременно предельно прагматичной книге неподражаемый Николас Нассим Талеб рассказывает, как важно идентифицировать и фильтровать чушь, отличать теорию от практики, поверхностную компетентность от настоящей. Вы узнаете, что такое рациональность в сложных системах и реальном мире, симметрия и асимметрия и в чем состоит логика принятия рисков. Наполняя новым смыслом привычные понятия, такие как «справедливое общество», «профессиональный успех», «личная...

Он был воспитан в христианской традиции, но опыт прошлых лет все чаще давал повод для сомнений. Лист уже не верил, что все беззаконие вокруг совершается по Божьей воле. Для него религия была, с одной стороны, прибежищем для отчаявшихся, а с другой – орудием продажного духовенства. Иоганн обращался к вере лишь в случаях крайней нужды и потому относил себя к первой группе, к отчаявшимся.

Morbus Dei. Зарождение

Маттиас Бауэр, Бастиан Цах

Тироль, 1703 год. Время братоубийственных междоусобиц. Деревня, затерянная среди Альп. Здесь царят страх и суеверия. Здесь происходят необъяснимые вещи. Жители напуганы. Застигнутый врасплох снежной бурей, сюда забрел солдат-дезертир Иоганн Лист. Он сразу же понял, что с деревней что-то не так… Этот захватывающий роман объединил поклонников триллера, мистики и истории. Яркое описание пасторальной долины в горах Тироля, рядом с которой притаилось необъяснимое зло, не оставляет равнодушным...

Иоганн упал лицом в снег.Это было его третье падение с тех пор, как он обнаружил крест на поляне. Спаситель тоже падал трижды, прежде чем принял смерть. Странно, что это пришло ему в голову сейчас.

Morbus Dei. Зарождение

Маттиас Бауэр, Бастиан Цах

Тироль, 1703 год. Время братоубийственных междоусобиц. Деревня, затерянная среди Альп. Здесь царят страх и суеверия. Здесь происходят необъяснимые вещи. Жители напуганы. Застигнутый врасплох снежной бурей, сюда забрел солдат-дезертир Иоганн Лист. Он сразу же понял, что с деревней что-то не так… Этот захватывающий роман объединил поклонников триллера, мистики и истории. Яркое описание пасторальной долины в горах Тироля, рядом с которой притаилось необъяснимое зло, не оставляет равнодушным...

Жизнь и покой исключают друг друга.

Morbus Dei. Зарождение

Маттиас Бауэр, Бастиан Цах

Тироль, 1703 год. Время братоубийственных междоусобиц. Деревня, затерянная среди Альп. Здесь царят страх и суеверия. Здесь происходят необъяснимые вещи. Жители напуганы. Застигнутый врасплох снежной бурей, сюда забрел солдат-дезертир Иоганн Лист. Он сразу же понял, что с деревней что-то не так… Этот захватывающий роман объединил поклонников триллера, мистики и истории. Яркое описание пасторальной долины в горах Тироля, рядом с которой притаилось необъяснимое зло, не оставляет равнодушным...

Только дурак выставляет силу напоказ.

Morbus Dei. Зарождение

Маттиас Бауэр, Бастиан Цах

Тироль, 1703 год. Время братоубийственных междоусобиц. Деревня, затерянная среди Альп. Здесь царят страх и суеверия. Здесь происходят необъяснимые вещи. Жители напуганы. Застигнутый врасплох снежной бурей, сюда забрел солдат-дезертир Иоганн Лист. Он сразу же понял, что с деревней что-то не так… Этот захватывающий роман объединил поклонников триллера, мистики и истории. Яркое описание пасторальной долины в горах Тироля, рядом с которой притаилось необъяснимое зло, не оставляет равнодушным...

Право всегда на стороне сильного. А сильный пишет историю.И вряд ли в будущем что-то изменится…

Morbus Dei. Зарождение

Маттиас Бауэр, Бастиан Цах

Тироль, 1703 год. Время братоубийственных междоусобиц. Деревня, затерянная среди Альп. Здесь царят страх и суеверия. Здесь происходят необъяснимые вещи. Жители напуганы. Застигнутый врасплох снежной бурей, сюда забрел солдат-дезертир Иоганн Лист. Он сразу же понял, что с деревней что-то не так… Этот захватывающий роман объединил поклонников триллера, мистики и истории. Яркое описание пасторальной долины в горах Тироля, рядом с которой притаилось необъяснимое зло, не оставляет равнодушным...

Не всегда высшее благо заключалось в правде

Morbus Dei. Зарождение

Маттиас Бауэр, Бастиан Цах

Тироль, 1703 год. Время братоубийственных междоусобиц. Деревня, затерянная среди Альп. Здесь царят страх и суеверия. Здесь происходят необъяснимые вещи. Жители напуганы. Застигнутый врасплох снежной бурей, сюда забрел солдат-дезертир Иоганн Лист. Он сразу же понял, что с деревней что-то не так… Этот захватывающий роман объединил поклонников триллера, мистики и истории. Яркое описание пасторальной долины в горах Тироля, рядом с которой притаилось необъяснимое зло, не оставляет равнодушным...

Страх туманит рассудок. Лишает способности к суждению.

Morbus Dei. Зарождение

Маттиас Бауэр, Бастиан Цах

Тироль, 1703 год. Время братоубийственных междоусобиц. Деревня, затерянная среди Альп. Здесь царят страх и суеверия. Здесь происходят необъяснимые вещи. Жители напуганы. Застигнутый врасплох снежной бурей, сюда забрел солдат-дезертир Иоганн Лист. Он сразу же понял, что с деревней что-то не так… Этот захватывающий роман объединил поклонников триллера, мистики и истории. Яркое описание пасторальной долины в горах Тироля, рядом с которой притаилось необъяснимое зло, не оставляет равнодушным...

Наберись терпения. Иначе кто-нибудь вздумает докопаться до твоего прошлого.

Morbus Dei. Зарождение

Маттиас Бауэр, Бастиан Цах

Тироль, 1703 год. Время братоубийственных междоусобиц. Деревня, затерянная среди Альп. Здесь царят страх и суеверия. Здесь происходят необъяснимые вещи. Жители напуганы. Застигнутый врасплох снежной бурей, сюда забрел солдат-дезертир Иоганн Лист. Он сразу же понял, что с деревней что-то не так… Этот захватывающий роман объединил поклонников триллера, мистики и истории. Яркое описание пасторальной долины в горах Тироля, рядом с которой притаилось необъяснимое зло, не оставляет равнодушным...

- Поверь мне, на войне у всех руки в крови. Вопрос лишь в том, на чьей стороне ты их запачкал - победителя или проигравшего.

Morbus Dei. Зарождение

Маттиас Бауэр, Бастиан Цах

Тироль, 1703 год. Время братоубийственных междоусобиц. Деревня, затерянная среди Альп. Здесь царят страх и суеверия. Здесь происходят необъяснимые вещи. Жители напуганы. Застигнутый врасплох снежной бурей, сюда забрел солдат-дезертир Иоганн Лист. Он сразу же понял, что с деревней что-то не так… Этот захватывающий роман объединил поклонников триллера, мистики и истории. Яркое описание пасторальной долины в горах Тироля, рядом с которой притаилось необъяснимое зло, не оставляет равнодушным...

А потом явились они, и тень легла на долину.

Morbus Dei. Зарождение

Маттиас Бауэр, Бастиан Цах

Тироль, 1703 год. Время братоубийственных междоусобиц. Деревня, затерянная среди Альп. Здесь царят страх и суеверия. Здесь происходят необъяснимые вещи. Жители напуганы. Застигнутый врасплох снежной бурей, сюда забрел солдат-дезертир Иоганн Лист. Он сразу же понял, что с деревней что-то не так… Этот захватывающий роман объединил поклонников триллера, мистики и истории. Яркое описание пасторальной долины в горах Тироля, рядом с которой притаилось необъяснимое зло, не оставляет равнодушным...

Дом построил, деревьев насажал, теперь небось на сына будет уговаривать!

Папандокс

Юлия Фирсанова

Близкие родственники – это не только кровная связь и тихие семейные радости. Бонусом прилагается куча проблем, готовых рухнуть на голову в самый неподходящий момент. Хуже могут быть только квесты, от выполнения которых невозможно отказаться, когда их предлагают в ночи таинственные личности. Денис со Светой убедились во всем этом на собственном опыте, стоило только нечаянно ступить кое-куда спросонья да попасть… Как, во что, куда и зачем – придется разбираться испытанным методом научного тыка....

Это было как учиться чему-то совсем новому. Вот, к примеру, новую операционку изучать, в которой никаких аналогий с прежними нет и в помине, потому и осваивать ее лишь методом научного тыка можно. Метод, конечно, веками почитаемый всеми русскими, так ведь те же русские придумали и анекдот: «Если ничего не получается, прочтите, наконец, инструкцию».

Папандокс

Юлия Фирсанова

Близкие родственники – это не только кровная связь и тихие семейные радости. Бонусом прилагается куча проблем, готовых рухнуть на голову в самый неподходящий момент. Хуже могут быть только квесты, от выполнения которых невозможно отказаться, когда их предлагают в ночи таинственные личности. Денис со Светой убедились во всем этом на собственном опыте, стоило только нечаянно ступить кое-куда спросонья да попасть… Как, во что, куда и зачем – придется разбираться испытанным методом научного тыка....

– Жить в замке под заклятьем на передачу наследства невозможно. После вступления чар в силу он затворяется полностью. Если не хочешь уснуть в течение часа там, где стоишь, надо покинуть зачарованное место.
– Ух ты! – непонятно почему не столько изумился, сколько восхитился, буквально зажегся восторгом Дениска. – Так вот что со спящей красавицей-то приключилось! Я всегда подозревал, что какой-то подвох в этой сказочке есть! Просто так через терновник, чтоб незнакомую девицу целовать, разве что полный дурак полезет! Зато за законным наследством – это да!!!

Папандокс

Юлия Фирсанова

Близкие родственники – это не только кровная связь и тихие семейные радости. Бонусом прилагается куча проблем, готовых рухнуть на голову в самый неподходящий момент. Хуже могут быть только квесты, от выполнения которых невозможно отказаться, когда их предлагают в ночи таинственные личности. Денис со Светой убедились во всем этом на собственном опыте, стоило только нечаянно ступить кое-куда спросонья да попасть… Как, во что, куда и зачем – придется разбираться испытанным методом научного тыка....

Выбор веревки – штука серьезная, мало ли для чего молодцу понадобилась? Девку упрямую связать или счеты с жизнью свести. Тут с советами, пока не обратились, лучше не встревать.

Папандокс

Юлия Фирсанова

Близкие родственники – это не только кровная связь и тихие семейные радости. Бонусом прилагается куча проблем, готовых рухнуть на голову в самый неподходящий момент. Хуже могут быть только квесты, от выполнения которых невозможно отказаться, когда их предлагают в ночи таинственные личности. Денис со Светой убедились во всем этом на собственном опыте, стоило только нечаянно ступить кое-куда спросонья да попасть… Как, во что, куда и зачем – придется разбираться испытанным методом научного тыка....

Если с тобой происходит какая-то непонятная ерунда и ты ничегошеньки с этим не можешь поделать, остается только орать.

Папандокс

Юлия Фирсанова

Близкие родственники – это не только кровная связь и тихие семейные радости. Бонусом прилагается куча проблем, готовых рухнуть на голову в самый неподходящий момент. Хуже могут быть только квесты, от выполнения которых невозможно отказаться, когда их предлагают в ночи таинственные личности. Денис со Светой убедились во всем этом на собственном опыте, стоило только нечаянно ступить кое-куда спросонья да попасть… Как, во что, куда и зачем – придется разбираться испытанным методом научного тыка....