Людей нельзя разлучать с теми, кто им нужен.
Оливер Райхон никогда не лез в чужую личную жизнь, он и в свою нечасто заглядывал.
Перебинтованные конечности собеседника, оказывается, здорово выручают, если нужно сменить тему.
Она не плачет. Давно уже. Просто течет иногда из глаз вода. Так бывает, когда льдинка подтаивает в груди.
Ты со мной или я тобой - единственный выбор, который я доверяю тебе сделать.
Если в доме живет кошка, то можете не сомневаться, она твердо уверена, что это - ее дом, и всё здесь, включая тех, кто по наивности мнит себя хозяевами жилища, принадлежит ей.
Примерно так же рассуждает и ребенок трех с половиной лет.
Что-то произошло со временем. Оно сломалось, испортилось, и неизвестно, вернется ли когда-нибудь к нормальному, природой предписанному течению.
Если неделя с Нелл казалась месяцем, столько всего успевало случиться, то теперь, без нее, день равнялся году.
Оливер просыпался на рассвете января. К февралю добирался до рабочего места. Просматривал расписание и корреспонденцию, пил горячий кофе и к середине марта постепенно оттаивал, чтобы заняться делами. Апрель знаменовался переменчивой погодой и перепадами настроения. В мае случались грозы. Июнь, июль и август обычно выдавались жаркими, и к сентябрю он порядком уставал. Возвращался домой хмурым октябрьским дождем, и если не впадал в осенний сплин, с головой зарывался в бумаги вплоть до исхода ноября. Иногда позволял себе бокал бренди, чтобы согреться, и глубокой декабрьской ночью укладывался в постель.
День как год. С прощального телефонного звонка их прошло уже восемь.
— Можно, — разрешил доктор. — Чтение вам не противопоказано. А вот физические нагрузки придется ограничить. И… пропишу-ка я вам еще особое питание. — С повышенным содержанием кальция? — предположил Оливер, припомнив, какая диета предписана при переломах, которых у него за жизнь случалось немало. — С повышенным содержанием еды, — укоризненно проворчал Грин. — Нормальной еды, а не кофе с сэндвичами. Мне вовсе не улыбается лечить вам еще и гастрит, а вы к нему уверенно стремитесь.
Звучало как рецепт целителя: в качестве профилактики болезненных фантазий о ректоре потреблять молодых здоровых алхимиков не реже двух раз в неделю в течение месяца, для закрепления эффекта после небольшого перерыва курс лечения повторить.
Привлекая к этому науку, мы обнаруживаем еще больше чудесного. Одно исследование доказало, что рассматривание пейзажей, особенно морских, не только уменьшает стресс, но и ускоряет процесс выздоровления после хирургических операций. Несмотря на архетип страдающего художника, существует прочная связь между творчеством (и в особенности — занятиями каким-либо видом искусства) и счастьем.
Единственное, о чем стоит помнить личности: другие люди реальны. Это все, чему стоит научиться. Это займет вечность, но вы можете начать сейчас.
Зайти в художественную галерею — это как провести урок в переполненном классе: каждый ребенок требует вашего внимания; каждый хочет, чтобы вы послушали, что он хочет сказать. И все картины хотят рассказать о миллионе вещей: о любви, о религии, о процветании, власти, статусе, технической виртуозности и умении показать себя, о глубокой духовной борьбе и неудачах, о фантазии, волшебстве, форме, свете, тени, перспективе, чуде, отчаянии, жертве, и о многом-многом другом. Но возможно — возможно! — иногда они говорят о чем-то громче, чем обо всем остальном: «Посмотри! Это мир! Открой глаза и посмотри на него!»
Так или иначе, вы используете слова как кирпичики, из которых выстраиваете дворец своего вкуса
Пугающие женщины Виллема де Кубинка.
Замаринованная корова Дэмьена Хёрста. Брутальные, но вместе с темпрекрасные силуэты Кары Уокер, вырезанные из бумаги. Не путайте: разговоры о том, что искусство сделает вас счастливым, не означают, что искусство поможет вам чувствовать себя хорошо. Вы будете потрясены. Вы будете выбиты из колеи. Вы даже будете испуганы, расстроены, пристыжены и злы. Возможно, вас начнёт тошнить.
Но как любой, кто любит американские горки, или фильмы ужасов, или чувство подневольности, или обжорство на День благодарения, могу сказать: ни одно из этих негативных ощущений не исключает наслаждения. Об этом знали греки, предложившие идею катарсиса: когда вам очень плохо, это может помочь вам почувствовать себя хорошо. Подростки, в 80-е годы ругавшие Типпер Гор за то, что она пыталась бороться с похабными словами песен, знали об этом. Но редко, кто признает это качество искусства.
Ваш мозг прекрасно умеет блокировать - он просто обязан это делать. Его работа во многом заключается в том, чтобы вы не осознавали бОльшую часть происходящего вокруг вас. Иначе вы будете парализованы раздражителями. Если какой-то объект не хочет вас съесть и если вы сами не можете его съесть или воспроизвести с ним новых людей, ваш древний мозг, "мозг рептилии", не хочет, чтобы вы задумывались о нём. Как с этим бороться?
Как сражаться с веками умышленной слепоты во имя выживания? Как нам проделать дыру в барьере, который отделяет нас от блистательной сути вещей? Вы знаете ответ: искусство.
Со свободой, книгами, цветами и луной кто не мог бы быть счастливым?" ОСКАР УАЙЛЬД
Сложнее всего увидеть то, что прямо у вас перед глазами. Фридрих Шиллер.Давайте признаемся: мы все ограничены. Ужасно, неизбежно ограничены. Мы ограничены временем, и местом, и обществом, в котором рождены, - ограничены нашей расой и классом, тендерными ожиданиями, наличием или отсутствием привилегий, ограничены тем, чему нас учили, когда мы были детьми, ограничены языком, ограничены спектром, который могут видеть наши человеческие глаза, ограничены всем тем, что мы плохо умеем, если вообще умеем. Так что, да, можно сказать, что мы ограничены в какой-то трагической степени. каждый из нас, каждый день.
Но человечество за свою долгую и бурную историю изобрело нечто великое и ослепительное, позволяющее нам преодолеть собственные ограничения, и, между прочим, это не Интернет. Это искусство. Это живопись, и скульптура, и музыка, и литература, и танец, и так далее, и так далее.
На практике быть собственным законодателем вкуса означает доверять своему чутью. Возможно, вы спросите, что это за чутье? Довольно любопытно, что идеи и образы, помогающие понять это, по большей части связаны с телом. Это, например, странная мысль о том, что в вашем мозге есть определённые рецепторы, которым соответствуют конкретные произведения искусства, и только они. Или что некоторые творения бросаются на вас и прожигают вашу сетчатку. Или что от конкретных произведений искусства у вас бегут мурашки, перехватывает дыхание и отвисает челюсть.
Это те же самые квазифизиологические инстинкты, которые говорят нам, что мы испытываем к кому-то романтическое влечение, что кто-то может стать нашим хорошим другом, что нам имеет смысл сделать ставку, что работа стоит того, чтобы на ней остаться, что скоро должно стать по-настоящему интересно.
Думаю, нужно запретить людям говорить, что "у них плохая память на имена". Не бывает плохой памяти на имена. Это неправда. Незапоминание имён - это не неврологический диагноз; это выбор. Вы выбираете не запоминать други.
Минди Калинг
Успех - это не магия и не чудо. Успех - это естественный итог постоянного применения базовых принципов. - Джим Рон
Хаос - это самое соблазнительное оправдание для лени, которое когда-либо было придумано. - Брюс Стерлинг
Самодисциплина - это не издевательство над собой. Это повышение своих стандартов ради высоких целей.
Чем больше мы боремся и дискутируем сами с собой, тем чаще мы передумываем и откладываем, тем меньше вероятность того, что мы начнём действовать. - Уильям Джеймс
Память – это клей, который склеивает вашу жизнь из множества воспоминаний.
Делать простое сложным - банально, а вот делать сложное простым и даже невероятно простым - это уже называется креативностью. - Чарльз Мингус