Цитаты

Глупо завидовать мертвецам-ведь рано или поздно сам станешь таким же.

Закон сталкера

Дмитрий Силлов

У любого нормального сталкера есть закон: друг – это всё. Ради него и жизнью рискнуть не проблема. И даже если он погиб, Зона может дать шанс вернуть его к жизни. Пусть ради этого придется сражаться с чудовищными монстрами, пройти через границу между мирами и возродить самый страшный кошмар Зоны – ради друга сталкер готов совершить невозможное… Но только готов ли твой товарищ сделать для тебя то же самое? И не выяснится ли однажды, что на самом деле не друга шел ты спасать, а того, кто...

Если не любил,значит после чувственных страданий и жрать не захочешь. Значит,не настоящая любовь была,не цепляла глубоко,до самого желудка.

Закон сталкера

Дмитрий Силлов

У любого нормального сталкера есть закон: друг – это всё. Ради него и жизнью рискнуть не проблема. И даже если он погиб, Зона может дать шанс вернуть его к жизни. Пусть ради этого придется сражаться с чудовищными монстрами, пройти через границу между мирами и возродить самый страшный кошмар Зоны – ради друга сталкер готов совершить невозможное… Но только готов ли твой товарищ сделать для тебя то же самое? И не выяснится ли однажды, что на самом деле не друга шел ты спасать, а того, кто...

Ну не было у меня чувства собственности к Альросскому. Я прекрасно знала, с кем и где я живу. Разочарования тоже не было. Человек может нравиться, но ожидания насчёт него строить совсем не обязательно. Особенно раньше времени.
Мало ли что он там рассказывал вечером, признаваясь в любви? Важны поступки, а не слова. Сколько из-за слов обжигалось женщин? Ревности тоже не испытывала, потому что ревность — лишь следствие неуверенности в себе и партнёре. Партнёра как такового не было. Уверенность в себе — была.

На третьей смене блюд из-за стола встала Алиа. Она взяла кубок с вином. Давно установленная традиция гласила, что девушка, подносящая дракону напиток, рассчитывает провести с ним ночь. Если он хотел её, то выпивал кубок до дна, и вечером они встречались. Если отказывался, своим шансом могла воспользоваться другая. Не было ещё ни одного вечера, чтобы он остался один. Всегда его хотела видеть хотя бы одна из любимых.
Ридерик пригубил вино. Чудесный напиток обладал терпким изысканным вкусом. Но мужчину сегодня интересовала не Алиа. Другая. Он отставил кубок и улыбнулся девушке.
— Прекрасный напиток, милая.
Тогда встала с места Милен.

Я завершала работу достаточно рано, чтобы успеть доехать до дома и переодеться. Я решила, что мне нужно надеть платье, нанести макияж, найти духи матери. Прихорашиваться подобным образом, конечно же, было глупо. Если женщина одета слишком хорошо для окружающей обстановки — значит, она или чужая здесь, или не в своем уме.

Легко определить, у кого самые грязные мысли, - просто высмотрите самые чистые ногти.

Настоящая дружба не возникает за один вечер. И лучше уйти в момент скуки, чем в момент разочарования.

Он был моим отцом, и это всё, чем он был для меня.

Полагаю, идеализм без последствий - нелепая мечта любого избалованного дитяти.

Love can be like that. It can vanish in an instant. It’s happened since, too. A lover has left the warm rapture of my bed to get a glass of water and returned only to find me cold, uninterested, empty, a stranger. Love can reappear, too, but never again unscathed. The second round is inevitably accompanied by doubt, intention, self disgust. But that is neither here nor there.

Ничего не вызывает во мне больше отвращения, чем мужчины, у которых было счастливое детство.

Неужели это так плохо - желать, чтобы тебе было хорошо?

You can always tell something when a woman is overdressed – either she’s an outsider, or she’s insane.

Взрослая женщина подобна койоту - она может выживать на очень скудном пайке. Мужчины больше похожи на домашних котов. Оставь их надолго в одиночестве, и они умрут от тоски.

Истинно говорено: куда чёрт не поспеет, туда бабу пошлёт!

Ефимья Митрофановна, похоже, перестала судить, кто прав, а кто виноват. Ей лишь бы детям было хорошо. А какой ценой - да бог с ней, с ценой. Грехи отмолить можно, а счастья даже у бога не выпросишь, если сам ни с чем не примиряешься и всех против себя оскалом поворачиваешь.

Русские отделены от мира своими неимоверными расстояниями. Русская знать жмется к монарху-деспоту, а народ прикован к месту крепостным правом. У русских даже морей толком нет, чтобы плавать по свету. Они перемещаются лишь внутри своего круга жизни, пусть и огромного, а всего того, что находится вне этого круга, они совершенно не знают. Но зато бурно фантазируют, и сами же, как малые дети, безоговорочно верят в свои фантазии, а потому даже образованным людям из других государств порой вдруг кажется, будто русские проведали что-то такое, чего не ведают иные нации. Для внешнего мира у русских нет обыденности. Внешний мир для них всегда сказка.

— Чудо там, где вера, а не вера там, где чудо.
— Но ведь нам всё равно не построить такие же церкви.
— Не в храмах дело, Панфил, — Филофей положил руку Пантиле
на плечо. — Я ведь не из гордости хотел, чтобы ты увидел
московские церкви. Не из превосходства моего народа над
твоим. Я хотел, чтобы ты понял, какая сила таится в вере. Как
много можно сделать, когда веришь всей душой. А господу
любой храм дорог. Даже если это простая изба с крестом на
крыше.
— Теперь я знаю, почему вы, русские, так упрямо тащите Христа
в наши леса. Вам надо, чтобы у нас была такая же сила, как у
вас.
— Иметь и не дать хуже, чем украсть, — согласился Филофей.
— С таким богом русский царь всех победит.

- Владыка Филофей говорил на проповеди, что мир и дан как Благая Весть.
- Верно говорил. Только кому Весть?
- Всем.

Что делает человек, который вернулся домой, хотя в долгих странствиях уже и не чаял вернуться? Разве этот человек будет брагу пить? Разве он позовёт друзей-приятелей и примется плясать посреди горницы? Нет. Он просто сядет под образами и будет вспоминать, сколько дорог прошёл.

Очень поучительно, господа, наблюдать устройство русской жизни, когда преимущество слагается из недостатков.

Сила духа превозмогает превратности судьбы, а желающий познавать непременно отыщет объект исследования.

Сибирь кажется полупустой и почти безлюдной, но на самом деле здесь множество народов и множество укладов. А жизнь — суровая. Промахнёшься хоть в малом, не примешь в расчёт, — и хлоп! Сибирь расшибёт тебя, будто комара ладонью. Здесь ничего нельзя достигнуть, если не разобрался, как всё устроено. А устроено — сложно.

Искусство поднимается с земли в вышину, воздвигая само себя в страдании и противоборстве.

Не прими в укор, Семён Ульяныч, но ведь ты исполненья своих дел жаждешь по гордыне. А гордыня — плохой советчик. Вон иконописцы древности — они перед работой постились, молились и каялись во грехах, сам Андрей Рублёв в исихазм погрузился. По укрощению страстей мастера бог его к свершениям и подводит.