После Прибытия мне постоянно хотелось что-то съесть - хуже, чем при беременности тройней, причем того, как раз того, чего уже никогда не отведать. Например, рожок с шоколадным мороженым. Замороженную пиццу. Или булочки с корицей, которые мама пекла утром по субботам. Картошку фри из "Макдоналдса". Бекон. Хотя нет, бекон еще не выпал из списка. Можно выследить кабанчика, зарезать, разделать, законсервировать мясо, поджарить. Мысль о беконе - о возможности его существования - вселяла надежду. Пропало не все, если бекон не пропал.
Без шуток.
Вот так и бывает. В нас можно любить хорошее и ненавидеть плохое, но плохое-то никуда не девается. Без этого мы не были бы людьми.
Граната не просто снесла замок, она сорвала ворота с петель. Они пролетели полдвора и теперь валяются возле памятника какому-то герою войны тех времен, когда у войн еще были герои. Ну, вы знаете, были времена, когда мы убивали друг друга по уважительным причинам.
Мне кажется, что Он скрестил руки на груди и повернулся ко мне спиной.
Интересно, не то же самое испытывал на ковчеге Ной? Говорит такой: "Хорошо, Господь, я реально тебе благодарен, но как же они?" А Господь ему: "Не задавай так много вопросов, Ной. Смотри! Я сделал тебе радугу!"
Я, как и ты, оптимист и неисправимый романтик. Я верю, что там, где есть жизнь, существует надежда.
"Прекрасная" - вот ещё одно слово, которым мы разбрасываемся по любому поводу. Лепим его ко всему подряд, от машин до лака для ногтей. И слово разрушается от банальщины. Но мир действительно прекрасен. Надеюсь, они об этом никогда не забудут. Мир прекрасен.
Чтобы победить, надо перетерпеть, но не только собственные страдания, но и чужие. Безразличие - высшее достижение эволюции, высшая ступень природной лестницы.
Даже самое долгое путешествие – это круг. История всегда будет возвращаться к своему началу.
Чистоплотность не всегда соседствует с благочестием, но чертовски близка к понятию "человечность".
Кто не с нами, тот против нас». С таким подходом человечество не раз оказывалось на краю гибели. В этот раз мы переступили черту.
Слёзы человека и кровь Господа неразделимы. Ничего нового - так было всегда.
Никогда не было того, кто бы не был пробужден, и никогда не будет того, кто пробужден. Обе идеи заставляют тебя спать. Обе появляются одновременно и одновременно исчезают. Для того, что ты есть, никогда не будет никакого сатори, но для того, кто испытывает потребность в сатори, существует сатори. Хотя его не существует.
Ты – это абсолютный сновидящий, которому снится сновидящий. Это сновидение о сновидящем. Сновидящий – это уже сон, а ты – это абсолютное Сердце.
Сновидящий появляется из Абсолюта в виде «я», уже в виде сна. Частью этого сна является «я», затем из него возникает «я есть»-ность в качестве сознания, в качестве Творца. А из этого Творца появляется все, что можно сотворить. Все три – триединство Отца, Святого Духа и Сына – сон. Есть только Сердце.
Даже Иисус, будучи на кресте, указывал на Сердце бытия. Когда он был распят, то, говоря: «Отец, почему ты меня оставил?», указывал на то, что даже Отец не в силах помочь тебе, потому что ты распят на самом бытии. Ни один отец не в силах помочь тебе. Та Безбоговость, которая есть само Сердце, не знает никакого Сердца. Никто не в силах помочь Тому, которым ты являешься.
Вся прелесть этого в том, что тебе никогда не требовалась помощь. По сути своей ты являешься всем этим: ты – это Бог-Отец, то первое представление об «осознанности», Источник, идея «Отца»; ты – это «я есть» в качестве Святого Духа; и ты – это «я есть такой»-ность в качестве Сына, в качестве Иисуса. Ты являешься всем этим по своей сути, поскольку ты – это Я самого «я», я есть «я есть»-ности и я такой «я такой»-ности. Ты всегда являешься Тем, которое есть само бытие, Сердце всего, что есть и чего нет.В этом смысле ты – это То, которое есть пустота, и ты – это То, которое есть полнота. Но ты – это не пустота, и ты – не полнота. Так что будь Тем, ибо ты не можешь не быть им. Как бы ты ни старалась, ты не можешь уйти от того, чем ты являешься. Не существует преимущества в том, чтобы быть здесь, там или там, но изъяна в этом тоже нет.Какими бы ни были идеи о преимуществе, кто бы что ни говорил тебе о том, что это подобно «осознанности» или является чем-то особенным, всякий раз, когда ты создаешь себе место для посадки, ты отделяешься от Того. Делая пустоту тем, что ты есть, ты отделяешь себя от полноты. Все твои определения, все твои «божественные» идеи являются отделенностью. Но ты не можешь отделиться от себя.
— Только не говори, что ты второй Рон Уизли, — простонала я. — Иначе мы попали в историю, ибо я не Гермиона.
-Если с тобой что-то случится, ты учти, что я владею магией и как некроманта ты меня еще не видел. Сделаю все возможное, чтобы поднять тебя из могилы и самолично прибить.
-Вот именно этого стимула мне для игры и не хватало,- подмигнул Власов, направляясь к пустой черной клетке.
И игра началась.
Немногие любовные отношения так же быстро заканчивались, как и неожиданно начинались.
Перевела взгляд на свет фонаря.
А книги в моей жизни, в отличие от мужчин, как были, так и оставались моей страстью. Я читала любые жанры в любое свободное время. В романах я спасалась от реальной жизни, погружаюсь в них с головой и, наверное, уже не смогу без них.
По крайней мере корешки книг, что стоят у меня дома, всегда теплые и родные для моей руки, они не предают и не бросают, они лечат и утешают.
Мой взгляд наткнулся на очертание фигур, что проглядывались сквозь туман. Кто-то направлялся ко мне сквозь деревья и кустарник. А если маньяк?
Я решила не обращать внимания на людей, что должны скоро появиться, и ускорила шаг. Вот ветви кустарника отклонились и на дорожку вышли мужчина и женщина.
Больше о них я ничего сказать не могла, так как старалась не смотреть и не замечать их присутствия, не показывать, что мне страшно.
— Софья!
Я никак не отреагировала, даже не взглянула на незнакомцев.
— Девушка!
Снова не прореагировав, свернула на дорожку, уходящую вбок, и уже через несколько минут незнакомцев скрыли деревья. Но расслабляться я не спешила: сзади послышались шаги.
Неужели снова те двое?!
Увидев впереди спасительный выход из парка, я резко повернула к нему и столкнулась с нагнавшим меня человеком.
— Извините. — Я бросила на него мимолетный взгляд.
Мужчина с темными волосами до плеч, в костюме и коричневом пальто выглядел очень импозантно и дорого одетым. Меня овеял приятный запах бумаги, старых книг и… библиотеки.
Неужели там работает?!
Бросив еще один взгляд, я вышла к скверу и, поколебавшись, направилась к киоску, что уже закрывался. Нужен новый фантастический роман для утешения. Не посмотрев даже на аннотацию, купила книгу, на обложке которой страстно обнималась парочка.
Направляясь в сторону дома, я чувствовала спиной пристальный взгляд.
Но что, если судьба именно ее предлагает альтернативой смерти?
Такой мужчина способен отвлечь от чего угодно, в том числе и от книг.
— Знаете, расскажу. Моя главная проблема — это скука.
— Неужели? Ее легко развеять!
— Например?
— Книги? — пытливо посмотрел на меня собеседник.
Вспомнив последний эпизод с бумажными вредителями, я покачала головой:
— Не люблю читать.
Ярослав застыл, растерянно смотря на меня.
— Что, совсем?
— Да, — вздохнула я.
Было видно, что сказанное разочаровало его, но по-другому я ответить не могла. Боюсь, Власова гораздо больше оттолкнет то, что его знакомая девушка внезапно исчезнет в книге, чем нелюбовь к чтению.
— Что ж, жаль. Я порекомендовал бы вам интереснейшие романы. Я заядлый книголюб и мог бы даже почитать вслух.
Я замерла. Почитать вслух?!
— Но сейчас я в отпуске и готов развлекать вас, как захотите. Хоть театром, хоть кино…
Ярослав смотрел на меня вроде и с улыбкой, но грустно.
— Знаете, — начала я, облизав губы, — ваше предложение столь заманчиво, что я готова согласиться на то, чтобы мне почитали. Может, вы откроете для меня книги, которые изменят мое мнение о литературе.
Мне не верилось в свою удачу. Ведь если я не буду читать роман сама, то не смогу попасть в книгу. Может, конечно, неправильно использовать Власова, но соблазн был слишком велик.
- М-м-м.. Ты сделала прекрасный выбор, - пролепетала я, посмотрев на принцессу и стараясь не глядеть на прикрывающегося руками мужчину. - Он будет прекрасным мужем, а какой генофонд!
— Тогда расскажите хоть, что с вами случилось.
— Мне бы тоже хотелось знать подробности, — намекнул мне Власов.
Я прищурилась.
— Разве кто против? Слушайте! Отправилась я, значит, спасать одного доброго молодца, который в своем долбоклюйстве побил последние рекорды. И путь мой лежал…
— А ты забавная, — выдал мне парень. — Что, серьезно можешь колдовать?
— Волшебную палочку сегодня не взяла, но могу попробовать и на словах.
— Ты коварен: а что, если я растолстею и не буду нравиться мужчинам?
Власов задумался.
— Знаешь, а съешь-ка еще круассанчик.
- Ты когда в последнее время болел?
- Не помню. Наверное, года два назад.
- А сколько не обращался в поликлинику?
- Лет шесть, - недоуменно ответил Ярослав.
- Мужчина! - воскликнула я. - Слушай инструкцию безопасности в больнице. Правило первое: попу поднял - место потерял. Правило второе: не вздумай стараться полезть вперед очереди, даже если тебе действительно нужно просто спросить, - забьют. И третье: смирись с тем, что ты здесь надолго.
Нет, только не следующий рассказ! Пожалуйста, только не это!
Оглянувшись по сторонам, я поняла, что окружающие персонажи меня не видят, иначе бы обязательно прореагировали на девицу, одетую среди бела дня в пижаму и тапочки.
Я проследовала за девушкой до самого конца и оказалась в клинике, где она работала врачом и… флиртовала со своим пациентом. Конечно! Он был высокий, красивый, брутальный и совершенно свободный.
Где бы достать такого в реальном мире?
Когда тот вышел, я с удивлением заметила, что день удивительно быстро сменила ночь. И вот я уже выхожу следом за главной героиней, которая идет домой.
Не знаю, откуда мне это стало известно. Может, потому, что я могла слышать все ее мысли и мне передавались чувства героини, если я подходила ближе. Одно не было ясно: зачем она поселилась в лесу? На фига там вообще построили дом?!
И конечно на нашем пути встретился оборотень! Хоть бы он в капкан угодил, собака драная, потому что далее случилось нападение и начались страстные ласки.
Ночью, в холод, на земле. На голом мужике только-только шерсть успела спрятаться, а девушка, сомнительного, на мой взгляд, поведения, уже лапает его своими ручками, при этом прося отпустить ее.
Где логика?
— Ты моя пара и теперь принадлежишь мне!
— Ты что? Я же тебя совсем не знаю! А если ты однажды ночью набросишься на меня?
Если бы мне кто такое сказал, я бы сама на него набросилась, и ночью тоже.
— Ты изменишь свое мнение!
Действительно, не прошло и каких-то пяти минут, как красотка стонала в голос. Нет, нет, нет! Второй раз я такого не выдержу.
что это такое-нитт, связывающая людей, странное состояние невозможности жить без другого человека, когда его боль, его жизнь становится важнее собственной?
Технология находит своего изобретателя, а не наоборот.