Whereas the tourist generally hurries back home at the end of a few weeks or months, the traveler, belonging no more to one place than to the next, moves slowly, over periods of years, from one part of the earth to another. (...) another important difference between tourist and traveler is that the former accepts his own civilization without question; not so the traveler, who compares it with the others, and rejects those elements he finds not to his liking.
Он считал себя путешественником, а не туристом. Разница тут отчасти во времени, объяснял он. Обычно турист начинает торопиться домой после нескольких недель или месяцев, тогда как путешественник, нигде не задерживаясь подолгу, передвигается медленно, на протяжении многих лет, от одной части земли к другой.
— Если я смотрю, как умирает день, причем любой день, у меня всегда возникает чувство, что это конец целой эры. А осень! Это же как конец всего, — сказал он.
Women always think of what is finished instead of what is beginning. Here we say that life is a cliff, and you must never turn around and look back when you're climbing. It makes you sick.
Еще одно отличие туриста от путешественника, по его утверждению, состояло в том, что если первый принимает свою цивилизацию как нечто должное, то второй сравнивает ее с другими, отвергая те ее элементы, которые ему претят.
Существуют такие безмоторные самолеты - планеры. Умело пользуясь восходящими и нисходящими потоками воздуха, пилот может находиться в воздухе часами. Подобно восходящим и нисходящим потокам воздуха, существуют различные потоки информации, возвышающие или же понижающие уровень нашего сознания, приводящие к болезням, или же исцеляющие.
"Терпение - это уровень, когда мы пытаемся изменить не других, а себя"
"Семья создана для работы над собой, и в этом неоценимую поддержку оказывают навыки вдохновляющего общения, помогающие нам раскрыть в себе и в том, с кем мы общаемся, лучшие качества нашего характера"
Грамм профилактики стоит килограмма лечения.
— Что ты сегодня принесла? — спросила Скарлет. — Бред с оттенком безумия? Или сегодня у тебя хороший день?
– Мой дорогой супруг, – проворковала она. – Разлука была невыносимо долгой.
– Как долго нам еще разыгрывать это спектакль? – скривился Кай.
– Спектакль? – захлопала ресницами Левана. – Разве жене не дозволено тосковать по мужу?
– Если не хотите, чтобы меня стошнило во время коронации, советую сменить тему.
— Ладно. Прости, — сказала Зола. — Но корабль был слишком узнаваемым, а он ведь в розыске...
— В розыске! Это ты в розыске! И он в розыске! — Торн ткнул пальцем в Волка. — И Кресс. Мы все в розыске!
— А я тоже? — спросила Ико. — Я хочу как все.
– Почему ты все еще стоишь на коленях?
Кай взял ее металлическую руку и прижался губами к блестящим пальцам.
– Привыкай, люди теперь часто будут стоять перед тобой на коленях. Это прилагается к статусу.
– Тогда я издам закон, чтобы вместо коленопреклонения подданные давали мне «пять».
– Гениально! – широко улыбнулся Кай. – Пожалуй, я украду твою идею.
Говорят, что правильные поступки - сами по себе награда. Но те, кто так говорит, обычно умирают в нищете, так что кому до них есть дело?
— Вот в чем дело, — Торн перелез через ее ноги и завалился на постель прямо в ботинках. — Ты заслуживаешь большего, нежели вора, который вновь угодит в тюрьму. Все это знают. И я знаю. Но, похоже, ты действительно веришь, что я так-то хороший парень и даже немного тебя достоин. А больше всего пугает меня то, — он накрутил на палец прядь ее волос, — что однажды и ты осознаешь, что я тебе вовсе не ровня.
— Торн…
— Не волнуйся, — он коснулся губами ее волос. — Я же преступный гений, и у меня есть план. — Откашлявшись, он начал загибать пальцы, — Во-первых, законная работа — получена. Выкуп моего корабля — в процессе. Геройское содействие Золе в спасении мира — погоди-ка, это уже сделано, — подмигнул он лукаво. — Ах да, завязать с воровством. А еще показать тебе мир и исполнить твои мечты, что, кстати, взаимосвязано. Я решил, к тому времени как ты поймешь, что я тебя не заслужил, я вроде как… уже заслужу. — На его губах заиграла хитрая ухмылка. — Вот такую речь я запланировал.
— И она была хороша, — выдохнула Кресс.
— Я в курсе. — Склонившись, Торн запечатлел поцелуй на ее плече, вызывая волну мурашек.
— Капитан?
— Кресс?
Она не могла этого не сказать, хотя понимала, насколько он был прав. Признаваться действительно было страшно. Куда страшнее, чем в первый раз, в пустыне. Тогда это было иначе. А теперь — по-настоящему.
— Я люблю тебя.
Он хохотнул приглушенно.
— Ну еще бы, после всего, через что мы с тобой прошли. — Торн потянулся губами к ее лицу и коснулся ими виска. — Я тоже тебя люблю.
-Как-то раз она выстрелила мне в руку.
Он сказал это с такой нежностью, будто Скарлет подарила ему букет полевых цветов
- Ты не видел там риса? - спросил он Ясина. - Может, засыплем его Золе в голову?
Все изумленно вытаращились на капитана.
- Чтобы он впитал влагу! - поспешил объяснить Торн. - Так же делают с электронными устройствами.
- Я не позволю сыпать рис мне в голову! - возмутилась Зола
— Семнадцатилетним принцессам не подобает оставаться наедине с молодыми мужчинами, у которых могут быть сомнительные намерения.
Она засмеялась.
— А если молодой мужчина - ее лучший друг еще с тех пор, когда она только училась ходить?
— О, эти хуже всего.
— Он нужен мне так же, как и я ему. Но это вовсе не означает, что между нами... любовь.
Зима опустила ресницы:
— На самом деле, мой дорогой друг, это именно любовь.
Волк вынул из ящика пистолет и глухо зарычал.
— Такой же был у Скарлет... — Он подбросил пистолет на ладони, провел пальцами по стволу. — Как-то раз она выстрелила мне в руку.
Он сказал это с такой нежностью, будто Скарлет подарила ему букет полевых цветов.
Капитан заметил кровавые разводы на одежде Золы, оружие в обеих руках и вопросительно поднял бровь.
— Тяжелый день?
— Кресс?
Она затрясла головой, краем глаза заметив маленькие шарики на кончиках антенн, о которых успела забыть. Оставалось надеяться, что ей удалось скрыть свою боль, когда Кресс подняла на Торна глаза.
— Все в порядке. Я не хочу это обсуждать.
Тот стоял, прислонившись к закрытой двери, сунув руки в карманы. И был взбудоражен. Пристыжен, возможно; смущен, на взводе, и сквозило в нем что-то еще — темное и пьянящее, от чего у Кресс задрожали пальцы.
Какое-то время он просто глядел на нее.
— Хорошо, — сказал Торн наконец. — Я тоже не в настроении что-либо обсуждать.
Она хотела было кивнуть, но тут он резко оттолкнулся от двери, и Кресс, моргнув, отпрянула, оступившись. Три шага назад. Четыре. Ноги уперлись в столешницу.
— Чт…
Одним движение Торн поднял ее и усадил на стол, прижимая спиной к огромному горшку с папоротником. А затем… ох.
Поцелуй на крыше стал источником стольких фантазий Кресс, но о таком она и не мечтала.
Тот раз был бережным, нежным, а этот — страстным. Уверенным. Тело Кресс растворилось в ощущениях. Ладони Торна обжигали ее талию сквозь тонкую ткань юбки. Ее колени вжимались в его бедра, а он привлекал ее ближе и ближе, словно та была по-прежнему далека. С губ Кресс сорвался жалобный всхлип, заглушенный губами Торна. Послышался стон — он мог принадлежать как ей, так и ему.
Тот поцелуй на крыше прервался, едва начавшись, а этот длился, длился и длился…
Глаза Зимы затуманились от слез. Она и не думала, что мысль о собственной невменяемости так ее огорчит, но давящее чувство в груди ни с чем другим спутать не могла.
– Зачем ты пошла со мной? – спросила она, уставившись на крепкие двери. – Ты ведь знала: со мной что-то не так. Знала, что я ненормальная.
Скарлет поперхнулась:
– Отличный вопрос. И, главное, как вовремя! – ядовито процедила она.
— Двадцать три, — сказал он.
— Мм? — пробормотала Кресс, распахнув изумленно глаза.
Торн, виноватый и смущенный, отстранился, а её эйфория слегка поутихла.
— Ты однажды меня спросила, многим ли девушкам я признавался в любви. Я попытался вспомнить и, уверен, что их было двадцать три.
Ее ресницы затрепетали, а с губ был готов сорвать вопрос.
— Включая лунную фифу, с которой ты целовался?
Торн нахмурил лоб.
— А мы и её считаем?
— Ну ты же признался и ей.
Он отвел взгляд.
— Двадцать четыре.
Кресс приоткрыла рот. Двадцать четыре девушки. У нее в целом мире столько знакомых не наберется!
Ико фыркнула, и Зола в очередной раз поразилась, как ей удается издавать звуки, не предусмотренные комплектацией эскорт-дроида.
-Ты принцесса, а не королева.
Она с удивлением посмотрела на него:
-Я и не хочу быть королевой.
-Тогда не нужно надевать корону.