Используйте слово «болезнь», и вдруг все начнут относиться к вам как к больному, даже когда все в порядке.
- У вас такое эмоциональное лицо, девушка, - мужчина улыбнулся, доброжелательно и открыто. - За вами интересно наблюдать.
- Н-не надо за мной наблюдать, - испуганно ответила я, запнувшись, и выпрямилась.
... мы жили на небольшом острове, где почти не было людей и русских туристов.
- Солдат спит и ест, когда есть для этого возможность. В остальное время он ищет эти возможности.
... чтобы протащить какое-либо непопулярное или даже антинародное решение в виде закона, необходимо подготовить его проект объемом в несколько сотен страниц. Такой документ не сумеют прочитать (и тем более понять) не только простые граждане, но даже самые упорные и въедливые законодатели.
... так, похоже, у меня очередной приступ ослизма, отягощенного непроходимой тупостью. Лечение: гильотина. Прогноз: хуже не будет.
Ищу дурака, поэтому срочно нужно зеркало.
Психотип: «Я превыше правил». Это значит, что обманет и предаст, не тратя нравственных усилий.
Дело удалось замять с помощью четырех круглых золотых адвокатов.
Они завораживали, притягивали взгляд, ими хотелось любоваться, но… не настолько, чтобы терять из-за них голову.
Слова – всего лишь сочетания букв. А чувства доказываются поступками.
А вдруг то, что мы чувствуем друг к другу, вовсе не любовь. Вдруг это обычное физическое влечение, замешанное на доверии и благодарности, вдруг…
Сегодня утром в наш сад приходил шарманщик и играл собачий вальс, а потом спер гамак и убежал.
Я очень рад, что Вы купаетесь и лежите на солнце. Тут нет ни солнца, ни места, где купаться. Тут все время дождь и ветер, и вообще на Петербург не похоже.
С. 122: "Как относился Георг к революции? В разговорах с учениками он высказывал взаимно противоречащие мысли, а когда его "уличали", пожимал плечами: "Разве можно утром и вечером иметь одни и те же политические убеждения?"
С. 399: "Окружающий мир становился все страшнее, но мрак сгущался не непрерывно, время от времени появлялись просветы, рождавшие ложную и вредную надежду - потому что за каждым из них неизбежно следовало новое и более страшное наступление тьмы".
С.433: "...даже...когда ему и его жене уже буквально грозила голодная смерть, Хармсу не пришло в голову продать фисгармонию".
Я дарю тебе ключ, чтобы ты говорил Я. Я возьму ключ, когда, как учили наши бабушки, найду цветок папоротника, который цветёт только один раз в год, в ночь накануне Ивана Купала.
Но где ростёт этот цветок? Он ростёт в лесу под деревом которое стоит вверх ногами.
Ты идёшь в большом дремучем лесу, и не видишь ни одного дерева которое росло бы вверх ногами. Тогда ты выбери самое красивое дерево и влезь на него. Потом привяжи один конец верёвки к своей ноге. Потом спрыгни с дерева, и ты повиснешь кверх ногами, и тебе будет видно, что дерево стоит кверх ногами.
К тому времени бытовой облик основных членов группы определился окончательно. Хармс выбрал свою знаменитую, вошедшую в легенду манеру одеваться: крошечная кепочка, клетчатый пиджак, короткие брюки с застежками ниже колен, гетры, зачесанные назад русые волосы – и, разумеется, неизменная дымящаяся трубка. Кепочку иногда заменяла “пилотка с ослиными ушами” (о ней вспоминает Минц), или котелок, о котором рассказывает Разумовский и который запечатлен на фотографиях Алисы Порет, изображающих “Ивана Ивановича Хармса”, или пекарский колпак, или даже чехольчик для самовара, но это уж был праздничный наряд. Как и абажуры вместо шапок, в которых иногда приходили Хармс и Введенский на заседания Союза поэтов. Как и маленькая зеленая собачка, которую Даниил Иванович иногда изображал у себя на щеке. В обычном же, будничном своем костюме долговязый Хармс напоминал эксцентричного англичанина, мистера Charms, загадочным образом занесенного в Ленинград.
В этом костюме он прогуливался вечерами по Невскому в обществе своих друзей. По свидетельству Минца, излюбленным местом обэриутов был бар гостиницы “Европейская”. Ночами на верхнем этаже гостиницы открыто было кабаре с “морем световых эффектов”. Нэп еще не кончился. Бесчисленные театрики (от бульварного “Гиньоля” до авангардного “Мастфора”, мастерской Николая Фореггера “с нашумевшими танцами машин”), бары, кабачки покрывали Невский. Многие были открыты всю ночь. Эта частью богемная, частью грубо-физиологическая жизнь мелкобуржуазного города практически не отражалась партийной прессой. Хармс смотрел на нее глазами любопытного чудака, чужеземца, Заболоцкий – со смесью отвращения и художнического восторга, Введенский в ней купался. Азартный игрок и прожигатель жизни, он был частым гостем рулетки в “Скетинг-ринге” и порою затаскивал туда друзей. Сам дух игры с непредсказуемым результатом был близок его поэтике и его мировосприятию. В разрушенном, послекатастрофном мире (а Введенскому мир, окружающий его, скорее всего, виделся именно таким) только так, случайно, наугад и могли проступать какие-то смыслы и сущности. Эйнштейн не мог принять квантовую теорию Бора, потому что не мог поверить, что Бог играет в кости. Для Введенского Бог был не только игроком, но и игралищем. “Кругом возможно Бог”.
С.359: "...в доме появилась такса, которой Хармс дал имя Чти Память Дня Сражения При Фермопилах, сокращенно – Чти."
С. 457: "Очевидцы вспоминают, что в конце лета 1937-го на улицах Ленинграда было не продохнуть от дыма. Не леса горели - охваченные паникой горожане жгли бумаги, письма, фотографии арестованных".
С. 225: "...Введенский называл себя монархистом: только при монархии, объяснял он, у власти может случайно оказаться порядочный человек".
Начинать нужно не с попыток изменить себя, – прежде всего нужно попытаться познакомиться с собственным существом: кто живет у тебя внутри? Посмотри на этого гостя, который к тебе пришел… – в дом твоего тела. Какой-то незнакомец живет в твоем теле; незнакомец из запредельного пришел в твое тело. Это и есть ты! Просто смотри, наблюдай, медитируй, осознавай это. Отбрось всякие попытки изменить себя. Вложи всю энергию в то, чтобы познать себя, – и из этого познавания произойдет рост. А этот рост вернет тебе подлинное лицо. Ты должен быть только собой. Ты должен быть только тем, кто ты уже есть.
Начни доверять себе – это основной урок, первый урок. Начни любить себя. Если ты не любишь себя сам, кто еще будет тебя любить? Но помни, что если ты любишь только себя, твоя любовь будет очень бедной.
Великий еврейский мистик Хиллель сказал: «Если ты не заботишься о себе, кто о тебе позаботится?» А также: «Если ты заботишься только о себе, какой смысл может быть в твоей жизни?» – очень важные слова. Помни: люби себя. Потому что если ты не любишь себя, тебя не сможет любить никто другой. Никто не может любить человека, который себя ненавидит.А на этой несчастной земле почти каждый ненавидит себя, каждый осуждает себя. Сможешь ли ты любить человека, который себя осуждает? Он тебе не поверит. Он сам не может любить себя, а ты – как ты смеешь? Он сам не может любить себя, а ты – как ты можешь? Он заподозрит какой-то подвох, какую-то уловку, какую-то ловушку. Он заподозрит, что под прикрытием любви ты пытаешься его обмануть. Он будет очень настороженным, недоверчивым, и его подозрения отравят твое существо.Если ты любишь человека, который себя ненавидит, ты пытаешься разрушить его представление о себе. Никто так просто не расстается с представлением о себе; оно удостоверяет, кто он такой. Этот человек будет сопротивляться, он докажет тебе, что он прав, а ты ошибаешься.Вот что происходит во всех любовных отношениях – позвольте мне сказать, в так называемых любовных отношениях. Это всегда происходит между мужем и женой, между влюбленными, между мужчиной и женщиной. Как ты можешь разрушить представление другого человека о себе? Это все, что он знает о себе; это его эго, это его личность. Если ты все это у него отнимешь, он не будет знать, кто он. Это слишком рискованно; нельзя так легко отбросить представление о себе. Он тебе докажет, что он недостоин любви, что он достоин только ненависти.