Не спрашивай меня, что важнее, быть собой или познать себя. Я понимаю, откуда идет этот вопрос: в знаменитой максиме Сократа говорится: «Познай себя», – а одно из величайших открытий современной психологии гласит: «Будь собой». Отсюда вопрос: что важнее?Сократ не такой человек, которого можно отнести к прошлому. Иногда бывают люди, которые всегда будут оставаться современными. Сократ из тех людей, которые всегда будут оставаться современными. Когда он говорит: «Познай себя», – в этих словах подразумевается: как можно познать себя, не будучи собой? Так что, если ты хочешь познать себя, тебе придется быть собой. Это две стороны одной монеты.Но, для начала, будь собой, – потому что в тебе многое было перепутано и нарушено, многое было перевернуто и смещено, многое было вообще у тебя отнято. Твое существо покрыто множеством слоев личности, поэтому тебе придется проделать с ним то же самое, что делают с луковицей: начни его чистить, как луковицу. Когда ты чистишь луковицу, стоит тебе снять один слой, как под ним обнаруживается следующий, более свежий, более живой. Ты снимаешь и его, но под ним – еще один, еще более свежий и живой… Так же и ты: многослойная личность покрывает тебя как луковая шелуха.Английское слово personality – личность – весьма примечательно. Оно происходит от корня persona. В греческом театре актеры играли в масках и говорили из-под маски. Sona значит «звук». Persona значит «звук, исходящий от маски». Неизвестно, кто скрывается под маской, слышен только звук, и звук доносится от маски. От этого слова, persona, происходит английское слово «личность» – personality. Так и есть на самом деле: твоя личность, в буквальном смысле этого слова, не что иное, как великое множество масок. И все, что ты делаешь и говоришь, исходит от маски; ничто из этого не твое собственное, ничто не несет твоей истинной подписи.Итак, сначала отбрось все свои личности.
Люди живут так глупо. Кто-то, например, беспрерывно ест, – доктора запрещают, все говорят об опасностях переедания, – и какое этот человек получает удовольствие? Вкус ощущает только маленький участок языка; как только пища минует этот участок, вы больше не чувствуете вкуса, не получаете удовольствия. Это же сущая глупость! Но люди гонятся за всеми возможными удовольствиями, не сознавая даже, что тратят впустую драгоценное время. За это самое время кто-то мог стать Гаутамой Буддой, за это самое время кто-то мог стать Сократом. То же время, та же энергия, тот же потенциал… А вы растрачиваете все это в погоне за совершенно бессмысленными вещами.
Невежественные люди кажутся очень счастливыми, – потому что они не знают, ради чего живут. Они не знают, что есть определенная задача, которую нужно выполнить. Они как дети, бесконечно играющие с плюшевым мишкой. Ваши плюшевые мишки могут видоизменяться: чей-то плюшевый мишка превратился в деньги, для кого-то плюшевым мишкой стали женщины, для кого-то плюшевым мишкой стали мужчины. Но что бы вы ни делали, – а вы испытываете счастье оттого, что денег становится больше, что вы нашли новую подружку, что вас повысили в должности, – вы на вершине счастья. Такое счастье невозможно без некоторой умственной отсталости.Разумный человек непременно увидит, что все эти мелочи жизни мешают развить внутренний потенциал до наивысшей точки. Из-за них вы тратите время попусту, из-за них вы ведете жизнь, которую можно описать как постепенное продвижение в сторону кладбища, где она и окончится. Разумный человек задается вопросом, – и этот вопрос становится главной задачей и поиском его жизни – «Есть ли что-нибудь, кроме кладбища, по ту сторону смерти? Если ничего нет, кроме кладбища, вся эта жизнь иллюзорна и бессмысленна. В жизни может быть значение, в жизни может быть смысл, лишь если по ту сторону смерти есть еще нечто другое».Но глупец приходит в восторг от любой игрушки, которую ему предоставляет общество. Не будь глупцом.
Каждый делает вид, что восхищается великой музыкой, великой поэзией, великой литературой, – и только для того, чтобы показать, что он знает толк в искусстве. Но в действительности все совершенно иначе. Эго ни за что не хочет признавать одного: собственного невежества.
Маски, за которыми ты прячешься, ты не сам себе навязал. Быть не тем, кто ты на самом деле, тебя заставили, против воли, против твоего желания; поэтому легче начать с того, чтобы все это отбросить.От всякого рабства избавиться легче, – есть ли кто-нибудь, кто по своей природе хочет рабства? Это не свойственно никакому существу, человеческому или не человеческому. Рабство идет против вселенной, поэтому его легче отбросить. Оно всегда остается бременем, и глубоко внутри ты не прекращаешь с ним бороться, даже если внешне его принимаешь; но глубоко внутри никто не может заставить тебя его принять. В самом центре твоего существа оно всегда отторгается, поэтому его легче отбросить.
Люди боятся близости. Для близости требуется отложить в сторону свою роль. А ты знаешь, кто ты на самом деле: нуль и ничтожество. Тебе это говорили с самого начала. Родители, учителя, священники, политики – все говорили, что ты нуль и ничтожество. Никто никогда тебя не принимал. Никто не дал тебе чувства, что тебя любят, что тебя уважают, что ты нужен, – что без тебя в существовании стало бы чего-то не хватать; что без тебя существование не было бы таким, как прежде; что без тебя в нем образовалась бы дыра. Без тебя существование утратило бы частичку поэзии, частичку красоты: не стало бы одной песни, не стало бы одной ноты, и на твоем месте осталась бы пустота – никто тебе этого не сказал.И как раз в этом состоит моя работа здесь: разрушить внушенное тебе недоверие к себе, разрушить все навязанное тебе самоосуждение, отнять его у тебя и дать тебе чувство, что ты любим, что ты уважаем, что тебя любит существование.
Пожалуйста, перестань пытаться улучшить себя, перестань пытаться изменить себя. В любом случае, как ты себя изменишь?.. – и зачем? И кому решать, каким ты должен быть? Если ты предоставишь решать, кем ты должен быть, кому-то другому, решение будет навязанным извне. Священник, политик – все они пытаются навязать тебе свои идеалы. Из-за их идеалов ты не можешь быть естественным, не можешь быть простым, и тебе приходится нести тяжелый груз. Ты всегда остаешься натянутым, вымученным, искусственным. Никогда никому не подражай!
Воспоминания впитываются в нашу душу, становясь неотъемлемой ее частью. Никто никогда не спросит, нравится нам это или нет. Но, утратив их, невозможно чувствовать себя полноценным. Какими бы тяжелыми они ни были.
Король сынов собрал у трона
(должно быть, был навеселе):
"Чтоб вам супруг найти законных,
Пусть каждый пустит по стреле.
Стрела в селенье приземлится,
И вы отправитесь за ней.
Вот там и встретите девицу,
Невестку мне на склоне дней".
Один промахивался редко,
И, надоумленный отцом,
Послал стрелу из лука метко...
И стал немедленно вдовцом.
Стрела второго мчала птицей,
Пока, на радость детворе,
Ей не случилось приземлиться
В одном купеческом дворе.
Добрался юноша до места...
Похолодело всё внутри:
Там лишь одна жила невеста,
Ей было восемьдесят три.
Другие стрелы полетели,
Как государь того хотел.
Насилу юноши успели
Их повыдёргивать из тел.
Сыграли свадьбы, но без блеска.
Мой зритель, нервы береги!
Все королевские невестки -
Кто без руки, кто без ноги.
Чтоб с вами вышло всё иначе
И сокрушаться не пришлось,
Не полагайтесь на удачу,
А уж тем паче - на авось.
И не бегите к папе-маме.
Чтоб не случилася беда,
Решайте, дети, только сами,
На ком жениться и когда!
– Знаешь, мужчин регулярно обвиняют в неверности, непостоянстве и нежелании скреплять отношения узами брака. И редко задумываются о причине.
– Ну-ка, ну-ка!
От интереса я подлетела поближе.
– А причина заключается банальнейшим образом в том, – продолжал Андре, проигнорировав иронию в моем голосе, – что найти партнершу для постели легко. Но чрезвычайно трудно встретить женщину, которая умела бы тебя понимать.
Мужчина должен быть в состоянии оплатить своей женщине такую ерунду, как ужин или купленная в лавке безделушка. И совершенно неважно, что эта женщина - не невеста и не любовь всей его жизни.
Надежда живет в наших сердцах до последнего, даже тогда, когда ради этого приходится отринуть голос рассудка.
– Знаешь, мужчин регулярно обвиняют в неверности, непостоянстве и нежелании скреплять отношения узами брака. И редко задумываются о причине.
– Ну-ка, ну-ка!
От интереса я подлетела поближе.
– А причина заключается банальнейшим образом в том, – продолжал Андре, проигнорировав иронию в моем голосе, – что найти партнершу для постели легко. Но чрезвычайно трудно встретить женщину, которая умела бы тебя понимать. В общем, кажется, я действительно мог бы на тебе жениться, – чуть-чуть сбавив серьезность в голосе, заключил он.
– Да? – скептически переспросила я. – А ничего, что я – привидение?
– У каждого свои недостатки, – философски заметил Андре.
Браво, Эрта, зря времени не теряешь. Глазки не строила, улыбки не расточала, палец о палец не ударила, а вот уже проводишь ночь в обнимку с молодым знатным мужчиной. И это ты еще мертвая! Даже страшно подумать, каких успехов ты достигла, если бы была живой..
Отсутствие личного пространства - страшная вещь. Трудно жить, не имея возможности хоть ненадолго остаться в одиночестве. Разойтись по своим углам. Разве что кому-то одному в ванной запереться, дабы предоставить другому возможность от себя отдохнуть.
Король - это символ, абстрактный образ, нечто среднее между человеком и божеством. Его могут любить, ненавидеть или бояться. Но очень немногие представляют себе, что с ним можно просто поболтать за бокалом вина, поджав ноги в кресле.
Мелани с любопытством спросила, умеют ли маги летать на метле. Я ответила, что конечно, особенно когда они столько выпьют. Опасливо посмотрев вверх, девушка спросила, не могут ли маги при этом упасть с метлы. Я ответила, что конечно, особенно когда они столько выпьют.
Эпос Чаплиниады – это «Потерянный Рай» сегодняшнего дня. Эпос Диснея – это «Возвращенный Рай». Именно Рай. На земле неосуществимый. Лишь рисунком создаваемый.
Расизм, состоял в том, что офицеры и солдаты израильского ЦАХАЛа арабских девушек и женщин не насилуют. Несмотря на то, что обвиняют их в чём угодно, но в этом – нет. Нет прецедентов. Не насилуют и всё. Годами. Десятилетиями. Что подтверждает, с точки зрения помянутой социологини, что они в арабах попросту людей не видят.
устрашение оголённым причинным местом ежа. Крепкого, здорового телом и духом и с длинными колючками.
Марокканский ресторан китайской (?!) кухни был строго кошерен. И имитировал именно китайскую еду – как мог.
Вера эта была и остаётся односторонней. Шимон Перес и его сторонники в мир с Арафатом верили. Проблема была в том, что Арафат верил совсем в другие вещи. И он, и его соратники, с успехом используя то, что они справедливо считали и считают удачно подвернувшимся коллективным еврейским идиотизмом, повели борьбу на уничтожение Израиля в новых условиях. За его же, Израиля, собственные деньги. При поддержке значительной части израильского истеблишмента. И на территориях, которые находились под полным израильским контролем. Мечта террориста – иметь таких врагов!
Тут как раз американский принцип предельно ясен. Всё, что моё, – моё. Всё, что твоё, – моё. И всё, что между нами, – тоже моё.
Например, как одеваться – или как не одеваться. Особенно это беспокоило пожилых женщин с несложившейся личной жизнью и представителей среднего партийного и профсоюзного звена. Как воспитывать детей – тоже, как правило, волновало тех, у кого с собственными детьми ничего не получилось.
Поводом была бесконечная речь Переса – остановить старца при виде микрофона не может даже конец света. Мир рухнет, но в оставшемся космическом вакууме Перес будет продолжать говорить.