Цитаты

Мечтает о войне только дурень набитый, но уж если война началась, нельзя воевать скрепя сердце. И сожалеть о том, что воюешь, тоже нельзя: сражаться подобает во власти дикой радости, упиваясь победой над врагом; эта-то дикая радость и вдохновляет наших бардов на бессмертные песни о любви и битве. Мы, воины, одеваемся на войну, словно для любви; рядимся пышно, щеголяем в золоте, украшаем плюмажами отделанные серебром шлемы; мы выступаем гоголем, мы бахвалимся, а когда сшибаются смертоносные клинки, ощущение такое, словно кровь богов струится в наших жилах. Человеку пристало любить мир, но ежели он не умеет сражаться, вкладывая в битву всю душу, — тогда мира ему не видать.

В сшибке щитовых стен побеждают не разум и осмотрительность, но божественная одержимость и сокрушительный натиск.

Битва — это вопрос дюймов, но никак не миль. Лишь несколько дюймов отделяют тебя от врага. Ты чуешь, как разит от противников медовухой, слышишь, как дыхание их клокочет в горле, как они покрякивают и перетаптываются с ноги на ногу; в глаза тебе летят брызги слюны; ты настороженно озираешься, смотришь в глаза следующей намеченной жертве, находишь щель, бьешь в цель, снова смыкаешь щитовую стену, делаешь шаг вперед, чувствуя, как напирают сзади, едва не спотыкаешься о тела убитых тобою недругов, выпрямляешься, проталкиваешься вперед, а впоследствии мало что помнишь, кроме как удары, едва тебя не прикончившие. Ты из сил выбиваешься, давишь и колешь, лишь бы проделать брешь в неприятельском щитовом строю, а потом всхрапываешь, и тычешь, и рубишь, расширяя проем. Тут-то и накатывает безумие, ибо противник поддается, и ты волен убивать, точно бог, потому что враги испуганы и бегут или испуганы и приросли к месту, и все, что они могут, — это умирать, а ты — ты словно серпом жнешь их души.

Землеройке орла не понять.

Она женщина, а женщины всегда получают желаемое, и если для этого нужно сокрушить мир и все, что в нем, значит, так тому и быть.

И правильно, - одобрил Мерлин, - будущего лучше не знать. Все заканчивается слезами, и ничего больше.

— В твоем возрасте, — проговорил он, — я полагал, что смогу перекроить мир заново. Я верил, что миру нужно одно: честность и доброта. Я верил, что если обходиться с людьми по-доброму, если дать им мир и справедливость, они ответят благодарностью. Я думал, что смогу уничтожить зло добром. — Артур помолчал. — Наверное, я принимал людей за собак, — удрученно продолжил он. — Дескать, если дарить их любовью, они сделаются мягки и кротки, да только люди не собаки, Гвидр, они — волки

История – это не просто сложенная людьми повесть; история крепко-накрепко скреплена землей. Мы называем холм именем героя, там погибшего, называем реку в честь принцессы, что спасалась от погони вдоль ее берегов, а когда древние имена исчезают, предания уходят вместе с ними, и новые названия уже не несут в себе памяти о прошлом.

Когда человек обещает что-то на веки вечные, он играет с правдой. Вечного ничего не бывает, мой мальчик, ничего.

Порою мы принимаем наши страхи за пророчества.

Екатерина Великая говорила, что в Петербурге лета не бывает, а есть две зимы: одна – белая, а другая – зеленая.

Учитель фехтования

Александр Дюма

Действие одного из ранних романов Дюма «Учитель фехтования» – о судьбе француженки Полины Гебль, ставшей женой сосланного в Сибирь декабриста И.А. Анненкова, происходит в России. Бесспорно, что Дюма – прекрасный рассказчик, и о чем бы он ни написал, мы чувствуем, чем живут его герои, ощущаем окружающую их эпоху, заражаемся полетом фантазии автора.

Женщины обладают одной удивительной способностью, свойственной только им, способностью преображаться.

Учитель фехтования

Александр Дюма

Действие одного из ранних романов Дюма «Учитель фехтования» – о судьбе француженки Полины Гебль, ставшей женой сосланного в Сибирь декабриста И.А. Анненкова, происходит в России. Бесспорно, что Дюма – прекрасный рассказчик, и о чем бы он ни написал, мы чувствуем, чем живут его герои, ощущаем окружающую их эпоху, заражаемся полетом фантазии автора.

Мне легче было бы пойти на медведя, чем обратиться с просьбой к нему, к этому странному человеку. . .

Учитель фехтования

Александр Дюма

Действие одного из ранних романов Дюма «Учитель фехтования» – о судьбе француженки Полины Гебль, ставшей женой сосланного в Сибирь декабриста И.А. Анненкова, происходит в России. Бесспорно, что Дюма – прекрасный рассказчик, и о чем бы он ни написал, мы чувствуем, чем живут его герои, ощущаем окружающую их эпоху, заражаемся полетом фантазии автора.

Макиавелли, который считал Константинополь лучшей школой для заговорщиков, был,очевидно, не прав по отношению к златоглавой Москве

Учитель фехтования

Александр Дюма

Действие одного из ранних романов Дюма «Учитель фехтования» – о судьбе француженки Полины Гебль, ставшей женой сосланного в Сибирь декабриста И.А. Анненкова, происходит в России. Бесспорно, что Дюма – прекрасный рассказчик, и о чем бы он ни написал, мы чувствуем, чем живут его герои, ощущаем окружающую их эпоху, заражаемся полетом фантазии автора.

При беглом знакомстве население Петербурга отличается одной характерной особенностью: здесь живут либо рабы, либо вельможи - середины нет

Учитель фехтования

Александр Дюма

Действие одного из ранних романов Дюма «Учитель фехтования» – о судьбе француженки Полины Гебль, ставшей женой сосланного в Сибирь декабриста И.А. Анненкова, происходит в России. Бесспорно, что Дюма – прекрасный рассказчик, и о чем бы он ни написал, мы чувствуем, чем живут его герои, ощущаем окружающую их эпоху, заражаемся полетом фантазии автора.

Есть положения, в которых будешь смешной, если придерживаешься слишком строгой морали.

Учитель фехтования

Александр Дюма

Действие одного из ранних романов Дюма «Учитель фехтования» – о судьбе француженки Полины Гебль, ставшей женой сосланного в Сибирь декабриста И.А. Анненкова, происходит в России. Бесспорно, что Дюма – прекрасный рассказчик, и о чем бы он ни написал, мы чувствуем, чем живут его герои, ощущаем окружающую их эпоху, заражаемся полетом фантазии автора.

Он беспрестанно создавал и разрушал, когда же не делал ни того, ни другого, то всюду вносил смятение и вместе с тем биение жизни. Ничтожество становилось чем-то лишь в его отсутствие, при нем же все отступало в тень.

Учитель фехтования

Александр Дюма

Действие одного из ранних романов Дюма «Учитель фехтования» – о судьбе француженки Полины Гебль, ставшей женой сосланного в Сибирь декабриста И.А. Анненкова, происходит в России. Бесспорно, что Дюма – прекрасный рассказчик, и о чем бы он ни написал, мы чувствуем, чем живут его герои, ощущаем окружающую их эпоху, заражаемся полетом фантазии автора.

Не делайте добрых дел наполовину.

Учитель фехтования

Александр Дюма

Действие одного из ранних романов Дюма «Учитель фехтования» – о судьбе француженки Полины Гебль, ставшей женой сосланного в Сибирь декабриста И.А. Анненкова, происходит в России. Бесспорно, что Дюма – прекрасный рассказчик, и о чем бы он ни написал, мы чувствуем, чем живут его герои, ощущаем окружающую их эпоху, заражаемся полетом фантазии автора.

Несчастная Россия: повесить и то не умеют!

Учитель фехтования

Александр Дюма

Действие одного из ранних романов Дюма «Учитель фехтования» – о судьбе француженки Полины Гебль, ставшей женой сосланного в Сибирь декабриста И.А. Анненкова, происходит в России. Бесспорно, что Дюма – прекрасный рассказчик, и о чем бы он ни написал, мы чувствуем, чем живут его герои, ощущаем окружающую их эпоху, заражаемся полетом фантазии автора.

Каждая нация имеет свои недостатки, которых сама не замечает, потому что они глубоко коренятся в её натуре, но их хорошо замечают другие нации.

Учитель фехтования

Александр Дюма

Действие одного из ранних романов Дюма «Учитель фехтования» – о судьбе француженки Полины Гебль, ставшей женой сосланного в Сибирь декабриста И.А. Анненкова, происходит в России. Бесспорно, что Дюма – прекрасный рассказчик, и о чем бы он ни написал, мы чувствуем, чем живут его герои, ощущаем окружающую их эпоху, заражаемся полетом фантазии автора.

Не зря злые языки называли библиотеки гаремами стариков: книги не обманывали ожиданий владельцев и всегда были готовы к встрече с ними.

Бальзам Авиценны

Василий Веденеев

Середина XIX века. Покончив с польскими повстанцами и практически усмирив Кавказ, Российская Империя начала подготовку к решительному продвижению в Азию – император Александр Второй намеревался мечом расширить пределы Державы на востоке. Для сбора самой свежей информации о далеком и во многом непознанном крае на границу с Туркестаном прибывает капитан Генштаба Федор Кутергин. С первых дней своей миссии он оказывается в гуще напряженных, опасных событий и запутанных интриг, волею случая став...

Ждать невозможно лишь тогда, когда ничего не делаешь

Нет людей забывчивее, чем друзья.

... счастье в одиночестве - не полное счастье!

Всякое событие, как правило, имеет свою оборотную сторону: то, что радует одного, повергает в слезы другого.