Цитаты
282339
- Во-первых, у тебя должен быть помощник. Секундант называется... Им буду я. Я тебя провожу на дуэль и буду следить, чтобы всё было по правилам. Надо только купить бинт, вату и зелёнку...
При упоминании о бинтах и зелёнке я немного затосковал, но пересилил тоску, а Снежка продолжала:
- Во-вторых, сейчас позвоню Вале, и она скажет, как вызывают на дуэль. - Снежка подошла и набрала Валин номер. - Валя? Это я. Скажи, пожалуйста, как вызывают на дуэль? Очень нужно. Да! Говорю, нужно. Так... так... И всё? Он очень плохой человек... Мы ещё не знаем, какое оружие. Пока!
- Ну что? - спросил я, когда Снежка вернулась в комнату.
- Валя сказала, что сначала нужно бросить перчатку. А потом выбрать оружие. У тебя есть перчатки?
Роман-Мечта-Рецепт… Роман — признание в любви Творенью в целом и отдельным его «терновым венцам» в частности. Курс наиновейшей истории с элементами анализа, исполненный в фирменном юзовом «оригинальном жанре». «Предпоследняя» попытка сформулировать свои зрелые мысли как можно ближе к своим перезрелым чувствам, лирическим, трагическим, провидческим, религиозным… создать иероглиф, описывающий всю полноту ощущения своего пребывания на земле между двумя вечностями… «До-верие» как творческий...
- А мне хочется взять отпуск за свой счет и с недельку пожить в космосе. Подумать. Подвести итоги. Вдали от всего человечества.
Роман-Мечта-Рецепт… Роман — признание в любви Творенью в целом и отдельным его «терновым венцам» в частности. Курс наиновейшей истории с элементами анализа, исполненный в фирменном юзовом «оригинальном жанре». «Предпоследняя» попытка сформулировать свои зрелые мысли как можно ближе к своим перезрелым чувствам, лирическим, трагическим, провидческим, религиозным… создать иероглиф, описывающий всю полноту ощущения своего пребывания на земле между двумя вечностями… «До-верие» как творческий...
— Наверно, на белом свете нет человека, которому хоть раз в жизни не приходили бы в голову дурные мысли! Но ведь это не значит, что каждый человек должен после этого совершить дурной поступок. Правда?
— Но почему дурные мысли всё-таки приходят?
— Потому что нам, людям, дано право выбора. Понимаешь? Ты можешь выбирать между добром и злом. И если тебе почему-либо захотелось выбрать зло и поступить плохо, но ты поборол это желание и поступил хорошо, то, значит, в тебе победил человек! И вот это чувство победы так радостно, что его не променяешь на золотые горы… ни на что!
Роман-Мечта-Рецепт… Роман — признание в любви Творенью в целом и отдельным его «терновым венцам» в частности. Курс наиновейшей истории с элементами анализа, исполненный в фирменном юзовом «оригинальном жанре». «Предпоследняя» попытка сформулировать свои зрелые мысли как можно ближе к своим перезрелым чувствам, лирическим, трагическим, провидческим, религиозным… создать иероглиф, описывающий всю полноту ощущения своего пребывания на земле между двумя вечностями… «До-верие» как творческий...
"-Если вы будете позволять людям безнаказанно делать подлости, они вряд ли остановятся. Вы должны заступаться друг за друга."
«Нам не повезло — на свете существуют учителя», — думает Питер, отправляясь в пятый класс. Он еще не знает, что в этом году встретится с мистером Терраптом — учителем совершенно особенным. Очень скоро школа становится тем местом, куда интересно ходить и где учишься не только математике и биологии, но и отзывчивости, дружбе, ответственности. Вот только однажды, в середине зимы, неудачно брошенный снежок обернулся настоящей трагедией… Семь учеников одного класса: хулиган Питер, умница Джессика,...
Если вести себя тихо, найдется время, чтобы смотреть, слушать и делать выводы.
«Нам не повезло — на свете существуют учителя», — думает Питер, отправляясь в пятый класс. Он еще не знает, что в этом году встретится с мистером Терраптом — учителем совершенно особенным. Очень скоро школа становится тем местом, куда интересно ходить и где учишься не только математике и биологии, но и отзывчивости, дружбе, ответственности. Вот только однажды, в середине зимы, неудачно брошенный снежок обернулся настоящей трагедией… Семь учеников одного класса: хулиган Питер, умница Джессика,...
Жизнь слишком коротка, чтобы грустить и плакать. Нужно научиться быть счастливой и радоваться каждому дню.
«Нам не повезло — на свете существуют учителя», — думает Питер, отправляясь в пятый класс. Он еще не знает, что в этом году встретится с мистером Терраптом — учителем совершенно особенным. Очень скоро школа становится тем местом, куда интересно ходить и где учишься не только математике и биологии, но и отзывчивости, дружбе, ответственности. Вот только однажды, в середине зимы, неудачно брошенный снежок обернулся настоящей трагедией… Семь учеников одного класса: хулиган Питер, умница Джессика,...
Нам не повезло: на свете существуют учителя. Деться от них некуда, так что остается только надеяться, что тебе достанется не злобный хрыч, а какой-нибудь практикант. Новички жизни не знают, так что с рук могут сойти такие фокусы, за которые старики бы тебя по стенке размазали. Вот такая у меня была теория.
«Нам не повезло — на свете существуют учителя», — думает Питер, отправляясь в пятый класс. Он еще не знает, что в этом году встретится с мистером Терраптом — учителем совершенно особенным. Очень скоро школа становится тем местом, куда интересно ходить и где учишься не только математике и биологии, но и отзывчивости, дружбе, ответственности. Вот только однажды, в середине зимы, неудачно брошенный снежок обернулся настоящей трагедией… Семь учеников одного класса: хулиган Питер, умница Джессика,...
В школе было так себе. Новый учитель, кажется, неплохой, даже рассмешил нас несколько раз - но какой от этого толк, если у тебя нет друзей.
«Нам не повезло — на свете существуют учителя», — думает Питер, отправляясь в пятый класс. Он еще не знает, что в этом году встретится с мистером Терраптом — учителем совершенно особенным. Очень скоро школа становится тем местом, куда интересно ходить и где учишься не только математике и биологии, но и отзывчивости, дружбе, ответственности. Вот только однажды, в середине зимы, неудачно брошенный снежок обернулся настоящей трагедией… Семь учеников одного класса: хулиган Питер, умница Джессика,...
Потом Питер. Ловкий парень. Полный нахал, конечно. Я хотел сказать Террапту, что Питер потому вечно в туалете торчит, что дурака там валяет. Но Террапт его сам раскусил, хоть и новенький. Он вроде ничего, умный дядька. Я просто не хочу, чтоб он стал и меня раскусывать. Учусь я средне. Да и вообще школа – это полный отстой.
«Нам не повезло — на свете существуют учителя», — думает Питер, отправляясь в пятый класс. Он еще не знает, что в этом году встретится с мистером Терраптом — учителем совершенно особенным. Очень скоро школа становится тем местом, куда интересно ходить и где учишься не только математике и биологии, но и отзывчивости, дружбе, ответственности. Вот только однажды, в середине зимы, неудачно брошенный снежок обернулся настоящей трагедией… Семь учеников одного класса: хулиган Питер, умница Джессика,...
- Ты всегда читаешь, - заметил я.
- Потому что герои книг помогают мне думать и понимать, что происходит вокруг, - объяснила она. - Помогают решать, что и как делать.
«Нам не повезло — на свете существуют учителя», — думает Питер, отправляясь в пятый класс. Он еще не знает, что в этом году встретится с мистером Терраптом — учителем совершенно особенным. Очень скоро школа становится тем местом, куда интересно ходить и где учишься не только математике и биологии, но и отзывчивости, дружбе, ответственности. Вот только однажды, в середине зимы, неудачно брошенный снежок обернулся настоящей трагедией… Семь учеников одного класса: хулиган Питер, умница Джессика,...
Когда кого-то любишь, то не бросаешь его только из-за того, что он совершил ошибку.
«Нам не повезло — на свете существуют учителя», — думает Питер, отправляясь в пятый класс. Он еще не знает, что в этом году встретится с мистером Терраптом — учителем совершенно особенным. Очень скоро школа становится тем местом, куда интересно ходить и где учишься не только математике и биологии, но и отзывчивости, дружбе, ответственности. Вот только однажды, в середине зимы, неудачно брошенный снежок обернулся настоящей трагедией… Семь учеников одного класса: хулиган Питер, умница Джессика,...
Если бы все что мы делали, было просто, мы ничему бы не научились. Мы усваиваем знания, решая сложные задачи.
«Нам не повезло — на свете существуют учителя», — думает Питер, отправляясь в пятый класс. Он еще не знает, что в этом году встретится с мистером Терраптом — учителем совершенно особенным. Очень скоро школа становится тем местом, куда интересно ходить и где учишься не только математике и биологии, но и отзывчивости, дружбе, ответственности. Вот только однажды, в середине зимы, неудачно брошенный снежок обернулся настоящей трагедией… Семь учеников одного класса: хулиган Питер, умница Джессика,...
Кто суровую зиму не переживал, тот и весны не знает.
«Нам не повезло — на свете существуют учителя», — думает Питер, отправляясь в пятый класс. Он еще не знает, что в этом году встретится с мистером Терраптом — учителем совершенно особенным. Очень скоро школа становится тем местом, куда интересно ходить и где учишься не только математике и биологии, но и отзывчивости, дружбе, ответственности. Вот только однажды, в середине зимы, неудачно брошенный снежок обернулся настоящей трагедией… Семь учеников одного класса: хулиган Питер, умница Джессика,...
Любовные неудачи, Фруасси, не букашки, а высокие стены. Нет ничего зазорного в том, что преодоление бывает тяжелым.
У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат — Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении — на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца — судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать. В конце концов до него доходит известие, что судья умер. А много лет спустя происходит убийство, в котором Адамберг узнает почерк Фюльжанса.
- О чем вы думаете?
- О маме.
- Понимаю. Но это вряд ли своевременно.
- Когда все выходит из-под контроля, думаешь о матери.
У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат — Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении — на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца — судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать. В конце концов до него доходит известие, что судья умер. А много лет спустя происходит убийство, в котором Адамберг узнает почерк Фюльжанса.
- Ему можно доверять? - Он сидит с нами за столом. Не задавай глупых вопросов.
У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат — Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении — на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца — судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать. В конце концов до него доходит известие, что судья умер. А много лет спустя происходит убийство, в котором Адамберг узнает почерк Фюльжанса.
- Имя?
- Фюльжанс, Оноре Гийом.
- Данных много. Но все кончается восемьдесят седьмым годом.
- Он умер в восемьдесят седьмом. Думаю, потом он изменил имя.
- Так всегда делают после смерти?
У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат — Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении — на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца — судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать. В конце концов до него доходит известие, что судья умер. А много лет спустя происходит убийство, в котором Адамберг узнает почерк Фюльжанса.
- Что еще не так? - Воскресший мертвец, Клементина. - Ну, это легко уладить. Это проще, чем любовь.
У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат — Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении — на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца — судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать. В конце концов до него доходит известие, что судья умер. А много лет спустя происходит убийство, в котором Адамберг узнает почерк Фюльжанса.
Слово "до свидания" звучит неприлично, если не знаешь, встретишься ты снова с человеком или нет.
У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат — Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении — на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца — судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать. В конце концов до него доходит известие, что судья умер. А много лет спустя происходит убийство, в котором Адамберг узнает почерк Фюльжанса.
Конфликты не решаются в словесных перепалках.
У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат — Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении — на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца — судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать. В конце концов до него доходит известие, что судья умер. А много лет спустя происходит убийство, в котором Адамберг узнает почерк Фюльжанса.
Все, что случается в этой жизни, неизбежно кончается, но след остается.
У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат — Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении — на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца — судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать. В конце концов до него доходит известие, что судья умер. А много лет спустя происходит убийство, в котором Адамберг узнает почерк Фюльжанса.
- Я всегда любил сказки.
- Даже страшные?
- А разве бывают другие? Волк в "Красной Шапочке", убийство детей в "Белоснежке", великан в "Мальчике-с-пальчик".
У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат — Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении — на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца — судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать. В конце концов до него доходит известие, что судья умер. А много лет спустя происходит убийство, в котором Адамберг узнает почерк Фюльжанса.
Книги часто заменяют общение.
У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат — Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении — на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца — судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать. В конце концов до него доходит известие, что судья умер. А много лет спустя происходит убийство, в котором Адамберг узнает почерк Фюльжанса.
...в историю заносятся результаты, а не мотивы.
Ничем не примечательный холм, никому не известная долина, забытые всеми каменные истуканы – «Герои».
Именно здесь три дня будет длиться битва, в которой сойдутся тысячи воинов и решится судьба Севера.
Армия короля Союза против армии Черного Доу.
Ни одного героя.
Впервые на русском языке! От автора культовой трилогии «Первый Закон»!
— Так вот, слушайте. Мне неохота вас здесь видеть, и вам неохота здесь быть…
— Мне охота здесь быть, — сказал Ледерлинген.
— Неужели?
— Я — доброволец. — В голосе отчётливая нить гордости.
— Доб… ро… волец? — Танни продирался сквозь слово, как если бы оно было иностранным. — Значит, они существуют. Смотри мне, чтоб пока ты здесь, никуда меня не отдоброволил.
Ничем не примечательный холм, никому не известная долина, забытые всеми каменные истуканы – «Герои».
Именно здесь три дня будет длиться битва, в которой сойдутся тысячи воинов и решится судьба Севера.
Армия короля Союза против армии Черного Доу.
Ни одного героя.
Впервые на русском языке! От автора культовой трилогии «Первый Закон»!