Серия «Обухов»

Иван Петрович посвятил благородной науке штурма тридцать лет службы, и овладел ею в совершенстве. Сначала – на практике, а после того, как потерял ногу – в теории, обучая новобранцев. Теперь он умер и попал в чужое тело с чужой фамилией и полным набором конечностей. Вокруг горит, громыхает и тарахтит пулеметами Сталинград, а в руках – трехлинейка, которую он в прошлой жизни не взял бы и на спор. Кто-то входит в дверь, потому что так принято, и умирает в проеме. Кто-то ставит пулемет в окно,...

Девятнадцатого ноября сорок второго за Доном встаёт гул, которого в городе не понимает никто. Иван Петрович понимает: он помнит эту дату из учебника, который здесь ещё не написан. До второго февраля семьдесят пять дней, и месяц из них Волга не пропустит ни лодку, ни машину. Дальше всё переворачивается. Три месяца он учил своих встречать того, кто входит в дверь. Теперь входить придётся ему, а встречать будут его, и полторы секунды в проёме работают на того, кто ждёт. По ту сторону стены сидит...

Сталинград позади, до Берлина — две тысячи километров. Голая степь, где не за что спрятаться, Днепр, затопленные шахты Кривбасса, крепость Познань. По наставлению Обухова учат всю армию — без его фамилии. А обрезу на стену рано: города ещё будут.