– После закрытия прохода они сразу стали намного более медленными и неуклюжими, – пояснил Ильтар. – И это нам очень помогло. Если бы у них была прежняя скорость и сила, уйти всем вряд ли удалось бы.
– Как интересно, – язвительно рыкнул от дверей Экард, и маги дружно обернулись, едва услышав знакомый голос. – И куда это вы успели вляпаться, пока я ходил за своими вещами?
– Экард, что случилось? Ты с ума сошёл, куда же ты тащишь меня в таком виде? Ох, боги, всего два часа, как пробило полночь! Хочешь, я дам тебе успокающего… отдохнёшь хоть денёк, посмотри, на кого стал похож!
– Сейчас я сам тебе выдам, только не зелье, а пригоршню огненных ос за шиворот, – озверело рявкнул отшельник и тряхнул Сайдена, как котёнка. – Моя девочка почти декаду сидит в какой-то проклятой норе без еды и воды, с раненым мужем на руках, и не сдалась, придумала, как подать знак, а ты, её учитель, дрыхнешь на мягкой постели и лепечешь мне про время!
– Как – знак?! – мгновенно подобрался Сайден. – Когда заметили? Где? Ну почему ты сразу не сказал? Я бы хоть оделся!
Можно придумать для себя любые правила и запреты, можно неуклонно следовать принятым решениям и научиться держать в руках собственные слабости и страсти. Можно даже задвинуть в дальний угол сознания горькую правду и жить так, словно ты никогда о ней и не слышала. Но невозможно обмануть саму себя и, как ни старайся, по-настоящему забыть человека, который занимает все твои мысли и мечты.
– Я его вообще не сужу. Просто поясняю на будущее: влюблённая женщина, подозревающая кого-либо в желании разлучить её с избранником, – это совершенно непредсказуемое существо, способное на самые невероятные поступки. Пусть сделает себе зарубку на память. А теперь о Лиарене… Я занимался с ней всего несколько раз, но главное она усвоила очень хорошо и всегда сначала ставила защиту, а потом выполняла задание, не забывая постоянно держать под присмотром всё вокруг. И потому я никогда не поверю, будто она могла не следить за Таем и не поставила щит прежде, чем ей скомандовал Барент. Как я думаю, специально создала самый незаметный, чтобы путник не увёл её обманом. Вот ему она не верила и считала способным на любую подлость.
Внимательно слушавшая нас Дарла задала воистину философский вопрос:
– Не, ну почему нельзя хоть раз спасти мир без лишнего маразма?
– А я всегда знал, что уникальные маги поголовно чокнутые, – прокряхтел сидящий на земле вымотанный Бирогзанг.
– Ой, пупся, ты ещё даже не представляешь, до какой степени, – Дарла игриво подмигнула ему в ответ. – Но ты не переживай, скоро сам увидишь.
– Я отдам тебе артефакт, а сама уйду, так надо. Ты останешься здесь и спешно ребят оживишь. Вот ему, – я кивнула на Тавера, – артефакт и отдашь. Тавер поймёт, что с ним делать. А теперь главное, – тихо, но очень грозно произнесла я, – не вздумай меня обмануть и сбежать отсюда с артефактом. Видел зверушку у Дома? Если вдруг ты не сделаешь всё, как я сказала, этот милый монстрик тебя хоть из-под земли достанет. Всё понял?
– Да всё-всё, – в паническом взгляде некроманта открыто читалось, что страх перед Бруном куда сильнее жажды власти над миром. – Только вот, – заискивающе добавил он, – обязательно прямо всех их оживлять? – и опасливый взгляд на Дарлу.
– Всех, – отрезала я, – но Дарлу, так и быть, в последнюю очередь.
Но спасение пришло неожиданно. Мощным потоком боевая магия ворвалась в Зал. Эрвина со свитой буквально раскидало к стенам, но и меня малость приложило, явно случайно. Даже голова немного закружилась. Но всё это мелочи. Главное, что он здесь! Он пришёл за мной!
Да только я даже додумать эти радужные мысли не успела, как вдруг кто-то схватил меня. И стоило мне увидеть этого своего «спасителя», как в пору было мчаться к Эрвинской шайке. Уж лучше они, честное слово!
– Так, драгоценная моя, не дёргайся лишний раз, – Александр улыбнулся весьма ласково, – иначе мне придётся причинить тебе боль. А я не хочу, чтобы твоё тело портил даже крохотный синяк. Так что давай-ка со мной сама и по доброй воле.
– Некропупся, а некропупся, – проворковала она игриво, – а ну-ка признавайся, зачем ты к нам заглянул без спросу? Какой ты всё-таки у меня шалун! Ну ничего, Бирогозенька, не волнуйся, я тебя перевоспитаю, – Дарла присела и принялась заплетать прядь его длинных волос в косичку. – Это ты сейчас у меня немного тупенький, сильно нервненький и чересчур припадненький. Но ничего, наша с тобой великая любовь сделает из тебя человека. Тебе, кстати, какую ленточку в косичку вплести: розовую или чёрную?
– Уберите её от меня! – голос Бирогзанга сорвался на визг. – Я всё скажу!
– Дарла, ну опять ты всё испортила, – Гран устало потёр глаза. – Я тут приготовился уже наезжать и выпытывать, а ты просто полминуты поворковала и всё, несчастный готов. Даже мне теперь его жалко. Ну и кто ты после этого?
– Страшное оружие для деморализации противника, – я не удержалась от смешка.
Тавер шустро принёс с кухни стул, с кладовой верёвку, и всё ещё бессознательного Бирогзанга кое-как усадили и связали. И в этот момент домой вернулся Реф. Оглядел происходящее и пробормотал:
– Слушайте, мне даже страшно спрашивать, что тут происходит. Дарла, ты решила ему в любви признаваться? А вырубили и связали, чтобы бедный некромант от такого счастья не сбежал?
– Я-то тут причём, – пробурчала Дарла, – это Гран.
– Гран собрался признаваться некру в любви? – скептически уточнил Реф.
– Да этот тип к нам в Дом пробрался, представляешь, – пояснил оборотень, – ещё и аурой невидимости прикрылся.
– Слушайте, – с утра пораньше за завтраком доставал всех Тавер, – подскажите какую-нибудь удачную рифму к слову «декан»! А то я тут поздравительную оду к свадьбе Вейнса пишу, но вот прямо застопорился на строчке «Решил жениться наш декан».
– Для храбрости поднял стакан, – тут же продолжил Гран.
– Но замер вдруг как истукан, – подхватила Аниль.
– Ведь покосился на диван, – Дарла тоже не осталась в стороне.
– А на диване таракан, – я не удержалась от улыбки.
– Он говорит «Забудь, друган!» – хохотнул оборотень.
– «Живи один, забыт и пьян!», – продолжала Аниль.
– Декан наш отшвырнул стакан, – добавила я.
– И стал прибитым таракан! – Дарла как всегда была на своей волне.
– Какой Тавер вас покусал? – настороженно поинтересовался стоящий в дверях кухни Реф, только сейчас спустившийся к завтраку.
– Да я сам в шоке, – артефактор даже головой помотал, мол, я тут не причём, и назидательно заметил: – Это был наглядный пример того, когда за важное дело берутся дилетанты.