— Невыносимых людей не бывает, — возразили мне сухим, скорбным тоном профессионального бурлака. — Бывают слабые плечи и заклинивающие колеса у грузовых тележек.
— И насиловать не будешь? — Я приоткрыла один глаз, чтобы встретиться с лукавым взглядом.
— А надо? — осуждающим тоном «ну и обязательная развлекательная программа для гостей у вас, барышня» произнес нависший надо мной подобранец.
Стас струхнул. И ретировался, напоследок назвав меня единственной и неповторимой… Это если перефразировать. А дословно было что-то вроде: «Ты, Аня, стерва, каких ещё поискать».
Его холодное молчание и тяжелый взгляд были красноречивее любых слов. Их даже можно было использовать в качестве оберега от чрезмерно разговорчивых незнакомцев! Да и не сильно болтливых — тоже.
Так смотрит матерый мартовский котяра, у которого зарвавшаяся полевка решила утянуть кусок колбасы.
— Эй, ты чего?.. — настороженно начал он, делая несколько шагов назад.
— Всего… — многообещающе протянула я. — Как говорится, каждый сам кузнец своего счастья… Вот и я сейчас скую: себе — благости, а тебе — больничный от травматолога…
Я заскрипела зубами… и хоть сегодня и был не рыбный день, но лещей надавать ой как захотелось. Настолько, что я потянулась за молотком, об который недавно запнулась в прихожей.
В общем, я психанула настолько, что в приступе ярости насмерть загрызла три сосиски, обнаружившиеся в холодильнике. Нацелилась на бифидок, но в нем молочные бактерии уже перешли на сторону зла. И нет, их не сманил печеньками темный властелин. Все было куда более прозаично: истек срок годности.
Чему бы жопа не учила, а сердце верит в чудеса, мда…
Если измерять привлекательность Егора в белковых коктейлях и количестве отжиманий, то он вовсе не такой уж красавчик. Тянет максимум на пару недель диеты.
А при моем весе пара недель диеты — это, как говорится, все равно, что получить скидку в пять долларов при покупке «мерседеса».
Бедняжка — внимания на него обращали не больше, чем на пятилетнего ребенка, который пытается рассказывать стишок бухим родителям на вечеринке.