Анна

К прессе у меня отношение примерно такое же, как у зайца к волкам. Важность миссии санитаров леса неоспорима, но можно ли не бояться этих серых и зубастых?
Фотоаппараты защелкали, как челюсти, засверкали вспышками, к моему лицу потянулись меховые микрофоны, очень похожие на некрупных дохлых зверушек.

Чудо-пилюли

Павел Астахов, Татьяна Устинова

Вечная молодость и красота – мечта многих людей. Но на этом зачастую наживаются мошенники. Стала жертвой обмана и Натка, сестра судьи Елены Кузнецовой. Она купилась на щедрые обещания и выложила за сомнительные средства крупную сумму, отложенную на обучение сына. Узнав об этом, Лена схватилась за голову! Но обманщиков уже и след простыл: сайт не работает, телефоны заблокированы. Неужели тупик? Но помощь пришла с неожиданной стороны: новое дело, которое предстоит рассматривать Лене, странным...

– Никогда не поздно одуматься и избавиться от старорежимных заблуждений!
– Даже не знаю… – я переместилась в прихожую и уже оттуда, вбивая ноги в туфли, не без коварства уточнила: – То есть тебе кусочек старорежимного «Мишки» не приносить?
– Как это – не приносить?! – искренне возмутилась Сашка. – Приносить, конечно! Я буду есть его и страдать от собственного несовершенства. Иногда это нужно, ведь страдания облагораживают.

Чудо-пилюли

Павел Астахов, Татьяна Устинова

Вечная молодость и красота – мечта многих людей. Но на этом зачастую наживаются мошенники. Стала жертвой обмана и Натка, сестра судьи Елены Кузнецовой. Она купилась на щедрые обещания и выложила за сомнительные средства крупную сумму, отложенную на обучение сына. Узнав об этом, Лена схватилась за голову! Но обманщиков уже и след простыл: сайт не работает, телефоны заблокированы. Неужели тупик? Но помощь пришла с неожиданной стороны: новое дело, которое предстоит рассматривать Лене, странным...

Когда Грон и Анна-Лиза удалились, настроение в гостиной Аркенов резко упало куда-то на уровень плинтуса, подумало, и перебралось в подвал. Еще подумало - и принялось закапываться в землю.

- Старейшины будут ругаться...
- На вертеле я старейшин вертел, - отозвался Фан. - Идем?
Грон даже головой помотал.
Вот и говори потом о пользе образования?
Такие хорошие орки были, послушные, тихие, еще и полугода не проучились в Академии, а начальство вертеть уже научились...

Анна-Лиза полосовала водяными плетями - со всего размаха, водяной смерч надвигался на орка, и тот принял единственно возможное решение.
Выскочил на балкон - и кажется, спрыгнул в сад. Воин не убегает - воин стратегически отступает на заранее подготовленные позиции!

А сейчас... взгляд проходимца упал на полированную дверцу шкафа, в которой видно было его отражение.
О БОЖЕ!!!
Если это пугало приличному гею в любви признается - тот с испуга натуралом станет! Волосы дыбом, глаза красные, а в мешках под ними картошку хранить можно!

А еще - Грон.
Любимый сын, маг, за которого ее обожает муж и после рождения которого перестала придираться свекровь. Выстраданный, выношенный... и - отдать?
Это обидно, у кого есть сыновья, те поймут.
А если его еще и брать не хотят? Это - как?
Это даже не обида. Это праведное возмущение.
Мой сын этой соплячке не хорош?! Да она должна была на месте от счастья и скончаться! Нет!? Так сейчас поможем!

С милым рай и в шалаше?

Ага, в эльфийских лесах.

А так - извините. Бесплатно колбаску никто в лавке не даст.

Вслух, понятно, это говорить было нельзя. Заплюют ядом. За оскорбление чувств влюбленных и осквернение святого чувства грязной прозой жизни.

Впереди выступала Анна-Лиза в наряде такого бешено розового цвета, что кусты роз на подходе опадали. От зависти.

- Сели?
Линда приподнялась на локте на соседней кровати.
- У тебя не найдется похмелина?
Селия фыркнула, но встала, достала флакончик, накапала шесть капель в ложку и сунула ту подруге в рот. Линда облизнула холодный металл и замерла, чувствуя, как вылетает из ушей стая дятлов-долбунов, выкатывается колючий ежик из желудка, а переваренные макаронины становятся нормальными руками-ногами.