- Вы были здесь, когда умер ее муж? - спросил я как можно небрежнее.
- Нет. Но если верить слухам, лучшее, что он мог сделать, - умереть.
- Для нормальных людей излить кому-нибудь душу - всегда большое облегчение.
- Когда это делается по внутреннему побуждению, но облегчить душу под немилосердным нажимом - дело другое.
Но ведь сотни женщин покупают свои туалеты в Париже и не обязательно при этом должны приканчивать своих мужей.
Преимущество профессии врача в том, что мы привыкли распознавать, когда люди нам лгут.
– Да. Вы, по-видимому, хорошо знакомы с операми.
– Меня туда иногда водят, – печально ответил Блент. – Странное представление об удовольствии – хуже туземных барабанов.
Кому секреты человеческой природы открыты больше, чем парикмахеру?
Старики иногда смеются последними, тогда как молодые и умные не смеются вовсе.
Жаль, что врач в силу своей профессии не всегда может говорить то, что думает.
- Любопытство не входит в число моих пороков, - заметил я холодно. - Я могу неплохо прожить и не пытаясь узнать, что делают или думают мои соседи.
Обстоятельство действительно было скользкое, но, к счастью, всегда можно найти слова, которые задрапируют неприкрытую неприглядность факта.