Когда бритоголовый негодяй насилует темнокожую девочку, он в глубине души чувствует, что совершает огромное и недопустимое зло. Но разум говорит ему: она чужая, следовательно, она не такая, как я. Следовательно, один из нас двоих совсем не человек, или не совсем человек. Признать себя самого недочеловеком трудно — амбиции не позволяют. И разум подсказывает легкое решение: недочеловек — это она! А раз она — недочеловек, то я, соответственно, сверхчеловек! И все шито-крыто. Это и есть легкое решение.
— Значит, разум подталкивает человека на дорогу зла?
— Часто именно так и бывает.
Люди в равной степени расположены к добру и злу. Но они предпочитают легкие решения, а совершать зло легче, чем творить добро. Тем более если это зло оправдано идеологически.
В Библии сказано: люди созданы по образу и подобию божьему. Если бы бог был университетским профессором, тогда было бы понятно, что означают эти слова. Тогда бы все ходили за истиной не в церковь, а в университет. Но образованность — это не страховка от зла. На свете великое множество умных и образованных негодяев!
Я, мужики, так считаю. Если ты чужую жизнь отнял, то должен заплатить своей собственной. Ограбил кого-то — пускай и твои шмотки реквизируют. Тогда каждый, прежде чем соседу нагадить, будет эту кучу дерьма на себя примерять.
... их впереди ждала долгая радостная жизнь, и никто не сомневался, что все у всех непременно будет хорошо, потому что на грядке любви, добра и прощения всегда вырастут только прекрасные плоды счастья.
Надо понять: какого дракона ты кормишь, тот с тобой и живет всегда. А тот, кто не получает еду, уходит. Не сразу. Не вмиг. Но унесется прочь. Поэтому прикармливай дракона любви и добра, никогда не обижай его и будешь счастлив.
– Уважение не кабачок, – заявила Куки, – его нельзя посадить в грядку, поливать и ждать: вот оно вырастет. Уважение заслужить надо! Его получают, когда дарят всем добро и любовь.
Они были непреклонны в своей ненависти и жестокости. Что-то одновременно и отталкивало и влекло их друг к другу; они испытывали то странное ощущение, какое бывает у людей, которые поссорились и решили расстаться, а между тем все возвращаются один к другому, чтобы бросить новое оскорбление.
Более двух недель Лоран обдумывал, как бы ему еще раз убить Камилла. Он утопил его, но этого оказалось мало, — Камилл был еще недостаточно мертв, каждую ночь он являлся и залезал в постель Терезы. Убийцы считали, что окончательно уничтожили его и что теперь можно безраздельно отдаться любви, а между тем жертва оживала и своим присутствием леденила их ложе. Оказывалось, что Тереза не вдова. Лоран был мужем женщины, у которой имелся другой супруг — утопленник.
Хотя бы ради экономии имеет смысл воспользоваться женою приятеля.