Мои цитаты из книг
Вообще искусство — мощное оружие, которое может быть употреблено как во зло, так и во благо. Главное, чтобы оно не вредило духовной жизни человека, облагораживало его душу. Такое искусство Церковь всегда благословит.
В этой незаурядной биографии впервые представлен групповой портрет всех тех замечательных людей, которые повлияли на становление Вячеслава Васильевича Тихонова как актера, гражданина, мудрого и доброго товарища и друга. Да, тот самый Штирлиц, бесстрашный обладатель стальных нервов и нечеловеческой выдержки, в жизни, оказывается, был довольно застенчивым, неразговорчивым и замкнутым человеком с очень ранимой душой. Его первой возлюбленной была Юля, с которой Вячеслав учился в школе. Всем...
По свидетельству Сергея Соловьева, автора чумовой «Ассы», Тихонов решительно осуждал новое время. Он даже отказался вести актерскую мастерскую во ВГИКе! Странное, однако, удивление режиссера. По мне, так поступок Вячеслава Васильевича вполне логичен. Если у тебя на душе нет радости, а ее у прославленного артиста как раз не наблюдалось, то чем же он мог поделиться с молодежью? Он не мог переступить через себя, предать свои идеалы.
В этой незаурядной биографии впервые представлен групповой портрет всех тех замечательных людей, которые повлияли на становление Вячеслава Васильевича Тихонова как актера, гражданина, мудрого и доброго товарища и друга. Да, тот самый Штирлиц, бесстрашный обладатель стальных нервов и нечеловеческой выдержки, в жизни, оказывается, был довольно застенчивым, неразговорчивым и замкнутым человеком с очень ранимой душой. Его первой возлюбленной была Юля, с которой Вячеслав учился в школе. Всем...
Так пусть этот ад будет нашим раем.
От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «Остаток дня» — самый поразительный английский роман 2005 года.
Тридцатилетняя Кэти вспоминает свое детство в привилегированной школе Хейлшем, полное странных недомолвок, половинчатых откровений и подспудной угрозы.
Это роман-притча, это история любви, дружбы и памяти, это предельное овеществление метафоры «служить всей жизнью».
Вы повзрослеете, но до того, как состаритесь, даже до того, как достигнете среднего возраста, у вас начнут брать внутренние органы для пересадки. Ради этих донорских выемок вы и появились на свет. Вы по-другому сотворены, чем актеры, играющие в фильмах на ваших видеокассетах, вы даже по-другому сотворены, чем я. Вас растят для определенной цели, и ваша судьба известна заранее.
От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «Остаток дня» — самый поразительный английский роман 2005 года.
Тридцатилетняя Кэти вспоминает свое детство в привилегированной школе Хейлшем, полное странных недомолвок, половинчатых откровений и подспудной угрозы.
Это роман-притча, это история любви, дружбы и памяти, это предельное овеществление метафоры «служить всей жизнью».
Картинка такая: в нужный момент ты просто расстегиваешь у себя какое-то место, почка или что-нибудь еще вываливается тебе в ладонь, и ты это отдаешь.
От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «Остаток дня» — самый поразительный английский роман 2005 года.
Тридцатилетняя Кэти вспоминает свое детство в привилегированной школе Хейлшем, полное странных недомолвок, половинчатых откровений и подспудной угрозы.
Это роман-притча, это история любви, дружбы и памяти, это предельное овеществление метафоры «служить всей жизнью».
И похоже, мне стало приходить в голову, что многое, к чему я думала приступить когда-нибудь позже, надо делать сейчас, иначе это не будет сделано вовсе.
От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «Остаток дня» — самый поразительный английский роман 2005 года.
Тридцатилетняя Кэти вспоминает свое детство в привилегированной школе Хейлшем, полное странных недомолвок, половинчатых откровений и подспудной угрозы.
Это роман-притча, это история любви, дружбы и памяти, это предельное овеществление метафоры «служить всей жизнью».
Зачем я вообще записала все?.. Для освобождения, это как разбитый после развода сервиз, когда каждый следующий удар молотком и звон после него означал внутреннее освобождение от еще одной проблемы. Я так же безжалостно расколотила свою жизнь, свои мечты, надежды, подвела черту под всем, сама для себя попытавшись вычистить ее и все начать заново. Я сама себя почти поняла, мои мальчики тоже поймут, даже если не сейчас, то позже, но обязательно поймут…
За одни вот эти записи можно подпилить тормоза.
Два супербестселлера одним томом. Трогательная исповедь самых прекрасных женщин XX века. Сердечные тайны и сокровенные секреты Мэрилин Монро и принцессы Дианы, поведанные ими самими. Этих божественных женщин обожал весь мир, по ним сходили с ума толпы поклонников, их боготворили миллионы мужчин, их идеальные лица не сходили с экранов, ими восхищались, им завидовали… Но, оказывается, даже неотразимые красавицы тоже плачут – и главный «секс-символ» Голливуда, как и самая знаменитая принцесса на...
И еще одна возможность – все оставить как есть, жить, как подскажет сердце, ездить по миру; на дрожащих от страха ногах ходить по минным полям; помогать больным и калекам; обнимать несчастных детей; не имея возможности избавить их от боли, просто гладить по рукам, в надежде хоть на мгновение эту боль облегчить; видеть улыбку в глазах там, где только что были боль и страх; забывать о себе, оказавшись рядом с теми, кому нужна помощь; собирать средства в пользу благотворительных фондов; снимать фильмы о человеческих трагедиях и… ждать, когда у машины откажут тормоза.
Два супербестселлера одним томом. Трогательная исповедь самых прекрасных женщин XX века. Сердечные тайны и сокровенные секреты Мэрилин Монро и принцессы Дианы, поведанные ими самими. Этих божественных женщин обожал весь мир, по ним сходили с ума толпы поклонников, их боготворили миллионы мужчин, их идеальные лица не сходили с экранов, ими восхищались, им завидовали… Но, оказывается, даже неотразимые красавицы тоже плачут – и главный «секс-символ» Голливуда, как и самая знаменитая принцесса на...
Никому не рекомендуется выступать против членов королевской семьи, но тысячу раз не рекомендуется делать это против всей фирмы сразу.
Теперь развод был неминуем. ...
Но теперь меня пугал не сам развод, а возможность простого физического устранения. Никому не позволено безнаказанно выступать против системы. Я осознала это только тогда, когда уже выступила.
Два супербестселлера одним томом. Трогательная исповедь самых прекрасных женщин XX века. Сердечные тайны и сокровенные секреты Мэрилин Монро и принцессы Дианы, поведанные ими самими. Этих божественных женщин обожал весь мир, по ним сходили с ума толпы поклонников, их боготворили миллионы мужчин, их идеальные лица не сходили с экранов, ими восхищались, им завидовали… Но, оказывается, даже неотразимые красавицы тоже плачут – и главный «секс-символ» Голливуда, как и самая знаменитая принцесса на...
Королевская семья – это фирма, как я ее называю. Серьезная, безжалостная, где каждый не более чем винтик, не имеющий никакого права на собственную жизнь и собственные переживания.
Два супербестселлера одним томом. Трогательная исповедь самых прекрасных женщин XX века. Сердечные тайны и сокровенные секреты Мэрилин Монро и принцессы Дианы, поведанные ими самими. Этих божественных женщин обожал весь мир, по ним сходили с ума толпы поклонников, их боготворили миллионы мужчин, их идеальные лица не сходили с экранов, ими восхищались, им завидовали… Но, оказывается, даже неотразимые красавицы тоже плачут – и главный «секс-символ» Голливуда, как и самая знаменитая принцесса на...