— Быть моим официальным фаворитом мечтают многие из нашей знати! Высшей знати! И не только из Угории. Да, любой герцог сочтет за честь разделить со мной ложе!
— О, доченька! А ты Эльхарну сама предложи стать твоей постельной грелкой И послушай, что он тебе ответит. Хорошо ещё, если просто посмеется, а не пошлет искать утешения где-нибудь… в известном своей терпимостью доме.
— Не посмеет, я все же принцесса! — уверено заявила Эрика, даже мысли не допуская, что кто-то вздумает от неё отказаться. — Это будет оскорблением королевской крови!
— Предложить иномирному принцу не менее родовитой крови стать посмешищем Двора и всего Королевства — не меньшее оскорбление
Вольфгер на всякий случай взглянул еще разок на таинственную находку, но понял лишь, что он чего-то не понимает, потому что это по-прежнему была несуразная, не слишком привлекательная вещь, созданная то ли ребенком, то ли кем-то совсем безруким. Серая веревка невнятного происхождения, завязанная в невнятный ком разномастными узлами — гладкими, рельефными, плотными, рыхлыми. Кое-где в узлы были ввязаны бросовые камни, и перья, и зубы — куда ж без зубов-то? А еще они свисали подвесками в разные стороны — куриный бог в веревочной петле, совиное перо, спил полированной кости...
Алмия смотрела на это безумие так, словно ничего прекраснее в жизни не видела. Ошат-даро крякнул, расплываясь в самодовольной улыбке.
По лицу мастера было понятно, что без этой жути она отсюда не уйдет. По лицу Ошат-даро было ясно — оберет до последней монетки.
Слава светлым богам! Но кто бы мог подумать, что иметь дело с честными артефакторами — такое утомительное и нервное занятие?..
-Ой, да ладно, - фыркнул из-под стола Нильс. – Она и не бегала, только ползала с тряпкой. И вид, надо сказать, очень эстетический. Надо бы вашим женам в ваших кругах, почаще перед мужем на четвереньках полы драить. Глядишь – и разводов меньше бы было и демографические вопросы не поднимались бы.
-Я тебя придушу! – зашипел Домовой.
-А я че? Я правду сказал. – Насупился пес. – Отрастят когти и сидят по телефону стрекочат! Нет, чтоб перед своим мужиком задницей покрутить!
-Что-то в этом есть, - муркнула Муська. – Наши женщины упускают мужей из своих лапок – видно и впрямь, коготки мешают!
Медицина меня интересовала, но потом я решила, что во мне недостаточно человеколюбия. В этом свете криминалистика показалась особенно привлекательной.
Отец Джейн усмехнулся.
— И как же эту сокрушительную новость пережили ваши родители?
— Я думаю, главное тогда было то, что они все-таки ее пережили, — философски заметила я, и профессор не сдержал тихого смеха.