Наталья

Я думала, самое страшное в моей работе — сообщать плохие новости. Ошибалась. Самое страшное — это открыть дверь в VIP-палату и увидеть ЕГО. Амира Сафина. Бога хоккея. Кумира миллионов. Моего бывшего…

— Мы с Никитой едем в деревню. — А как же учеба? Почему ты хочешь из Никиты сделать сельского паренька? Андрей как всегда, режет по живому. Знает мое слабое место. — Я позабочусь о сыне и его воспитании. — Нет, — цедит он сквозь крепко стиснутые зубы. — Ребенок не должен видеть, как ты каждый день приводишь в дом новую женщину. У него будет неправильное отношение к жизни и семейным ценностям. — Считаешь меня несерьезным, значит, — Андрей медленно приближается ко мне, — Я свое слово сказал....

— Так что? Направление на аборт или рекомендации по сохранению беременности? — доктор нетерпеливо стукнула ручкой по столу. «Ну, ничёсе?!» Настя несколько растерялась. Она вообще не предполагала такого развития событий. Пришла в поликлинику на очередной положенный медосмотр. Ни жалоб, ни особых состояний у неё не было. Она вообще на удивление здоровенькая девица для нашего времени. И здрассте — беременность! Настя совсем выпустила из внимания красные дни. Закрутилась по работе, забылась и вот —...

Я строила грандиозные планы. Казалось всё будет только протяни руку, но в тридцать жизнь сделала крутой поворот. Такой, что на подобном вираже большинство бы сломалось... И что самое страшное, я бы никогда не подумала, что можно и потерять, и обрести одновременно! Что потеряв самое дорогое, что было, мне придётся меняться самой! Но это случилось! И вот моя совершенно неоднозначная трагично-счастливая история!

– Кто? – раздался мужской голос, от которого внутри всё затрепетало. – Снегурочка, – слегка хрипловатым от волнения голосом прошептала, прокашлялась и уже увереннее спросила: – Снегурочку вызывали? Только после того, как сказала, поняла, как звучит. Ещё и смешок на том конце уверенности не добавил. Девушка спрятала лицо в ладонях и пожелала испариться. Только поздно уже. – Вы адресом ошиблись, – сказал мужчина, но тут же послышался детский крик на заднем плане: – Это ко мне, пап! Алевтина...

— Королёв, что значит «развода не будет»?! У нас договор! ― Был. Я его аннулировал. ― С какого перепугу? Два года прошло, я свою часть сделки выполнила. Стас ухмыляется, затем что-то достаёт из ящика письменного стола, кладёт передо мной. ― Я бы сказал, перевыполнила. Смотрю на лист со знакомой печатью медцентра: заключение врача, подтверждающее мою беременность. Как он узнал?! Я специально посещала врача под выдуманным именем в другом городе! ― Ты получишь развод, но только когда родишь...

Савелий Громов не привык сдаваться. Даже если шансов нет, приговор озвучен и смерть давно обосновалась в его палате. Если есть хоть крохотный шанс выжить, он его использует. Проломить границу миров? Почему бы и нет. Подселиться в тело мальчишки-детдомовца? К тому же незаконнорожденного, не имеющего права на отчество и фамилию? Уже было. Обжиться в новом мире, где сохранилась монархия и аристократы? Где противоречия между властью и рабочими вновь набирают силу? А ещё есть маги, Священный...

Савелий Громов не привык сдаваться. Даже если шансов нет, приговор озвучен и смерть давно обосновалась в его палате. Если есть хоть крохотный шанс выжить, он его использует. Проломить границу миров? Почему бы и нет. Подселиться в тело мальчишки-детдомовца? К тому же незаконнорожденного, не имеющего права на отчество и фамилию? Уже было. Обжиться в новом мире, где сохранилась монархия и аристократы? Где противоречия между властью и рабочими вновь набирают силу? А ещё есть маги, Священный...

— У нас много лет нет и не может быть ничего общего, поэтому до свидания. — Да нет, Ульяна, ты ошибаешься. Хотя тут нет твоей вины. Все же ты наверняка тоже не в курсе, что нас кое-что связывает. Похолодела. Хотя он не может говорить о дочери. Меня выгнали слишком рано, еще до того момента, когда беременность стала заметна. Нет, это что-то другое. — Открой дверь, Уля. Это прозвучало как приказ, что нарушать я не должна была. Раньше я бы и не осмелилась. Но сейчас я лишилась розовых очков и...

— Ориентировочный срок? — Восемь недель. — Контактные данные супруга? — Я не замужем. — Отца ребенка? Отрицательно качаю головой. Дело в том, что отца нет. Нет, физически он, конечно, имеется — только мы расстались, и о беременности он не знает. Надеюсь, что никогда и не узнает. Это тайна, которая может стоить мне всего.