Наталья

Что если, однажды прочитав книгу, вы проснетесь и окажетесь той самой второстепенной злодейкой из романа, которую так невзлюбили?! А что, если эту самую злодейку к тому же ожидает смерть? И не только её, но и её родных, а всё из-за неё! Не знаю, как вы, но я не буду ждать своего конца! Я буду действовать! И кто знает, вдруг неожиданно история поменяет свой ход событий?! Черное сердце обретет свет, боль заменит новое, неизведанное ранее чувство… смерть превратиться в новую жизнь, то, что раньше...

Умереть 58-летним олигархом в своем времени — обидно. Очнуться 20-летним белогвардейцем в промерзшем вагоне, который едет в Харбин — неожиданно. В кармане ни гроша, тело едва шевелится после тифа, а за дверью теплушки — китайские патрули, мародеры и жестокий 1920 год. Мой главный актив — преданный казак-пластун с «маузером», пацан – наследник богатого рода, и сотня голодных эмигрантов. Моя стратегия — наглость и опыт из прошлого. Я не собираюсь спасать рухнувшую Империю. Я построю свою.

Умереть 58-летним олигархом в своем времени — обидно. Очнуться 20-летним белогвардейцем в промерзшем вагоне, который едет в Харбин — неожиданно. В кармане ни гроша, тело едва шевелится после тифа, а за дверью теплушки — китайские патрули, мародеры и жестокий 1920 год. Мой главный актив — преданный казак-пластун с «маузером», пацан – наследник богатого рода, и сотня голодных эмигрантов. Моя стратегия — наглость и опыт из прошлого. Я не собираюсь спасать рухнувшую Империю. Я построю свою.

Попав в жуткую аварию, я думал, что на этом все. Но жизнь преподнесла мне сюрприз. Я очнулся в теле двадцатипятилетнего монстра. У меня есть красавица-жена, которая до одури меня боится, маленькая дочь с потухшим взглядом и чужие, мрачные воспоминания о годах жестокости. Не знаю, почему мне дали второй шанс. Но упускать я его не собираюсь. Пора выбросить старую мебель, накрыть стол и начать самую трудную битву в моей новой жизни — битву за доверие и любовь собственной семьи.

Умереть 58-летним олигархом в своем времени — обидно. Очнуться 20-летним белогвардейцем в промерзшем вагоне, который едет в Харбин — неожиданно. В кармане ни гроша, тело едва шевелится после тифа, а за дверью теплушки — китайские патрули, мародеры и жестокий 1920 год. Мой главный актив — преданный казак-пластун с «маузером», пацан – наследник богатого рода, и сотня голодных эмигрантов. Моя стратегия — наглость и опыт из прошлого. Я не собираюсь спасать рухнувшую Империю. Я построю свою.

Умереть 58-летним олигархом в своем времени — обидно. Очнуться 20-летним белогвардейцем в промерзшем вагоне, который едет в Харбин — неожиданно. В кармане ни гроша, тело едва шевелится после тифа, а за дверью теплушки — китайские патрули, мародеры и жестокий 1920 год. Мой главный актив — преданный казак-пластун с «маузером», пацан – наследник богатого рода, и сотня голодных эмигрантов. Моя стратегия — наглость и опыт из прошлого. Я не собираюсь спасать рухнувшую Империю. Я построю свою.

Умереть 58-летним олигархом в своем времени — обидно. Очнуться 20-летним белогвардейцем в промерзшем вагоне, который едет в Харбин — неожиданно. В кармане ни гроша, тело едва шевелится после тифа, а за дверью теплушки — китайские патрули, мародеры и жестокий 1920 год. Мой главный актив — преданный казак-пластун с «маузером», пацан – наследник богатого рода, и сотня голодных эмигрантов. Моя стратегия — наглость и опыт из прошлого. Я не собираюсь спасать рухнувшую Империю. Я построю свою.

И вроде жизнь идёт своим чередом, и в делах полный порядок, а приключения всё равно не заканчиваются. Раз уж выбрал своей стезёй служение государству, значит, обязательно найдётся тот, кому ты сильно мешаешь, и этот кто-то обязательно постарается тебя устранить. В этом Егору пришлось убедиться, что называется, на собственной шкуре…

Это произошло давным-давно. Ну или совсем недавно — ведь что такое время для Мироздания? Сопряжение миров раскололо реальность. Теперь за пределами полисов обитают кровожадные твари и разумные иномирцы, которым здесь не место. А внутри существует хрупкое равновесие, которое держится на кристаллах и крови. Когда-то я пытался спасти этот мир. Свой мир… Вот только, мой ли он на самом деле? Оглядываясь сейчас вокруг, я уже в этом не уверен. Люди проигрывают последнюю битву, забыв всё, чему я...

– Где Глеб? – Его здесь нет... – Ты же говорил, что он был с тобой? – Мой голос сталь, я словно сама превратилась в кусок железа. – Он в соседней комнате? – Молчит. Поворачиваю лицо и замечаю, как, натягивая на себя футболку, выходит мой молодой человек. А за ним следом девушка. Оба лица красные, возбужденные. Глеб выглядит довольным, но, когда замечает меня улыбка сходит с его лица. – Ты что здесь делаешь? – теряется. – Ты обманул меня... Ты… Меня… Обманул… Не могу больше находиться...