Светлана

Вчера ты - уважаемый врач-бальнеолог, а сегодня жена сурового кавказского князя, который смотрит на супругу, как на досадную помеху. Он является исключительно за «супружеским долгом», супит брови и ждёт покорности. Но он еще не знает, что наша Саша по прозвищу «БТР» - не нежная фиалка, а дипломированный специалист, способный превратить любое болото в прибыльный спа-курорт! Х. Э Книга участвует в Литмобе "Не кисейная барышня".

Мне тридцать, а всё ещё ни мужа, ни детей... всё какие-то козлы на пути попадаются. То мамсики, а последний так вообще женатым оказался... Приехав к маме в деревню, вспомнила о легенде Невестиной заводи..., чем чёрт не шутит, а вдруг? Нырнула, как положено по ритуалу, да только новый наш участковый почему-то решил, что я тону и вытащил меня оттуда за волосы! Бесит меня страшно! Такой важный, такой всезнающий, так и треснула бы! В принципе я так и сделала сразу, ну сам напросился же......

Нам прислали нового преподавателя боевой магии на замену, а то старый внезапно место получше нашел. У нас училище маленькое, провинциальное, очередь к нам не стоит. Так что выбирать не приходится. И приехал столичный пижон с блестящим образованием, богатым опытом и невероятной силы. Но уж слишком мутная у него репутация, что-то не так, хотя официально никаких серьезных грехов за ним не чистится. Разве что по мелочи. А у нас, как назло, двое студентов пропало. И вот мы столичного пижона – сразу в...

В Афгане я прикрывал пехоту бронёй, в Чечне — горел в танке. В 2022 погиб, выводя мирняк с линии фронта. И очнулся в декабре 41-го. Вокруг бой, а я в теле загадочного парнишки без звания и имени. Полным ходом идёт зимнее контрнаступление РККА. Советские «Тридцать четвёрки» наступают, но их уже ждут расчёты немецких орудий. Теперь я должен выжить и сражаться. Но вначале — спасти экипаж «разутого» Т-34-76. Ну и отделаться от вопросов особиста о том, откуда неизвестный сирота знает новый...

Девяносто лет, война, детдом, целая жизнь, отданная чужим детям. А своих так и не нажила. И вот баба Нюра тихо умирает в кресле, обняв старого облезлого кота, и слышит тёплый голос: «Вставай, дочка. Заждались тебя». Открывает глаза, а тело молодое, чужое. Кругом дикий лес, каменный век, племена, что кладут детей на жертвенный камень злой богине Голодной. И первое, что делает баба Нюра в новом мире, девяноста лет от роду, в халате и тапках, идёт на детский плач и снимает с того камня...