Светлана

Последняя тайна дома Агни, которую Аня попытается разгадать.

Аня продолжает обустраиваться в "своём" доме и обустраивать судьбы "родных".

— Ты что, не понимаешь?! — голос вдруг сорвался на крик. — Я же сломанная кукла, Гош! Сломанная, выпотрошенная, ни на что не годная. Зачем тебе такая?! Тебе нужна нормальная женщина, которая… с которой… — А ты точно знаешь, какая мне нужна женщина? Его много. Его так много, что он перекрыл весь кислород, и сделать вдох не получается. Ира схватилась за горло. — Гош, ты… Ты не понимаешь. — Это ты не понимаешь, Ирка. Может я умею. — Что? — Чинить сломанных кукол.

Долгожданное возвращение домой обернулось полной катастрофой. Меня решили выдать замуж за старого врага! Он дерзок, язвителен и подмечает малейшие промахи. Но и я давно не дрожащая девчонка, загнанная в шкаф противными кузинами, а темная чародейка с собственными принципами. И если жених не отказывается от помолвки по-хорошему, то заставлю его по-плохому! Фантазии и хитрых заклятий у меня в избытке. Одного не пойму: почему мне нравится с ним воевать, но совершенно не хочется его проклинать? Какой...

Моя жизнь была банальна и в общем-то бездарна. Я любила, меня не любили, поэтому с семьей не вышло, детей не было. Так что все грустно, гордится не чем. Мне было 63 когда я умерла. Сердце. Для меня это было внезапно, резкая боль, в глазах темно, и меня не стало. Все думают, что это конец, но для меня это было началом. Началом моей настоящей жизни. Он стоял среди деревьев, и я не могла поверить своим глазам, таких красивых не бывает. Платиновые волосы, заплетенные в косу, сиреневые глаза,...

Если ты приличная тридцатипятилетняя женщина, то ты отлично знаешь правила поведения для таких, как ты. Не напиваться в незнакомых компаниях, татуировки не бить, одеваться соответственно возрасту и, разумеется, не крутить романы с парнями намного младше. Не положено потому что! Но что, если в Новый Год чуть-чуть все-таки можно?.. Или нет? В тексте есть: новый год, дерзкий герой, разница в возрасте герой младше

— Кто счастливый отец? — беззлобно добивает простым вопросом. Злата на миг замирает, мнется, а потом смущенно делает шаг к медсестре: — Понимаете, он… — Я отец, — произношу невозмутимо, словно внутри и не разлетается все в клочья. Она вздрагивает и испуганно замирает, только сейчас заметив мое присутствие. Забыв как дышать, забираю сына у медсестры, и с жадностью вглядываюсь в маленькое, хмурое личико. Мой сын. — Поздравляю! Счастья вашей семье. Нет никакой семьи. Мы...

Умный, самоуверенный, богатый и холостой — говорят о нем охотницы за деньгами. Надежный, заботливый, любящий все контролировать, но детей боготворит и мечтает о своих — говорят о нем жены друзей. Верный, надежный, знающий цену дружбе, как мужской, так и женской — а это уже друзья. Не говорят, нет, они просто знают его с этой стороны. Все это об одном человеке. Влад Рейнберг. «Полная, рыжая, с толстой косой и огромной грудью. Косу могла бы уже и обрезать, а грудь уменьшить» — так говорит...