Мои цитаты из книг
Слишком поздно я понимаю, что рассчитывать можно только на саму себя, хотя мама постоянно твердила, что никогда не стоит обо всех тратах докладывать мужу. Всегда нужно иметь свою «подушку безопасности», которая может и не понадобится, но всё равно должна быть.
— Олег, ты куда-то уезжаешь? — спрашиваю у мужа, замечая собранную большую сумку. — Я ухожу. — В каком смысле? — Я устал и хочу жить нормально. Хочу нормально отдыхать, а не проводить свой отпуск, мотаясь по больницам. — Подожди, ты ведь сейчас несерьёзно? У Насти через неделю операция…
***
Дочери поставили сердечную недостаточность, но врачи давали благоприятный прогноз. Однако, её отец решил, что ему не нужна такая семья, и ушёл, забрав деньги, собранные на операцию.
Говорят, русский мат творит чудеса и обладает поистине волшебными свойствами. Даже смягчает боль
— Олег, ты куда-то уезжаешь? — спрашиваю у мужа, замечая собранную большую сумку. — Я ухожу. — В каком смысле? — Я устал и хочу жить нормально. Хочу нормально отдыхать, а не проводить свой отпуск, мотаясь по больницам. — Подожди, ты ведь сейчас несерьёзно? У Насти через неделю операция…
***
Дочери поставили сердечную недостаточность, но врачи давали благоприятный прогноз. Однако, её отец решил, что ему не нужна такая семья, и ушёл, забрав деньги, собранные на операцию.
Мама говорила — хорошие девочки не дерутся. Значит, сегодня я очень плохая девочка. Пусть нет опыта драк. Зато злость и страх за своего ребёнка.
Я усыновила чудесного малыша и успела полюбить его всем сердцем, но он оказался пропавшим сыном моего босса.
— Ты моя помощница, — говорит Карим равнодушно.
— Вы отняли у меня сына, — с трудом сдерживаю слезы я. — А теперь…
— Теперь я требую, чтобы ты продолжила на меня работать. Мой сын привык к тебе. Поживешь у меня немного, чтобы и ко мне привык, перестал по ночам реветь. Я же не монстр.
Но я знаю — мой босс точно монстр. И теперь я вынуждена жить с ним под одной крышей…
В роли моей помощницы она была более покладистой и милой, и явно больше мне нравилось. Рано я её уволил, мог бы ещё командовать, наслаждаясь чужой послушностью и исполнительностью.
Я усыновила чудесного малыша и успела полюбить его всем сердцем, но он оказался пропавшим сыном моего босса.
— Ты моя помощница, — говорит Карим равнодушно.
— Вы отняли у меня сына, — с трудом сдерживаю слезы я. — А теперь…
— Теперь я требую, чтобы ты продолжила на меня работать. Мой сын привык к тебе. Поживешь у меня немного, чтобы и ко мне привык, перестал по ночам реветь. Я же не монстр.
Но я знаю — мой босс точно монстр. И теперь я вынуждена жить с ним под одной крышей…
Ещё со времен своего замужества я помнила — если мужчина что-то делает, к нему лучше не лезть.
Я усыновила чудесного малыша и успела полюбить его всем сердцем, но он оказался пропавшим сыном моего босса.
— Ты моя помощница, — говорит Карим равнодушно.
— Вы отняли у меня сына, — с трудом сдерживаю слезы я. — А теперь…
— Теперь я требую, чтобы ты продолжила на меня работать. Мой сын привык к тебе. Поживешь у меня немного, чтобы и ко мне привык, перестал по ночам реветь. Я же не монстр.
Но я знаю — мой босс точно монстр. И теперь я вынуждена жить с ним под одной крышей…
— Я же никому не доверяю, — горько сказал Булатов. — Особенно бабам. От баб после развода вообще ничего хорошего не жду. Ты не считаешься, ты же помощница…
Не баба, мысленно добавила я, и тоже горько стало. Мне хотелось быть красивой, только не умела, не находила храбрости в себе. Особенно с Булатовым. Страшненькой быть проще.
Я усыновила чудесного малыша и успела полюбить его всем сердцем, но он оказался пропавшим сыном моего босса.
— Ты моя помощница, — говорит Карим равнодушно.
— Вы отняли у меня сына, — с трудом сдерживаю слезы я. — А теперь…
— Теперь я требую, чтобы ты продолжила на меня работать. Мой сын привык к тебе. Поживешь у меня немного, чтобы и ко мне привык, перестал по ночам реветь. Я же не монстр.
Но я знаю — мой босс точно монстр. И теперь я вынуждена жить с ним под одной крышей…
Хотелось обнять его. Сказать, что мы вместе навсегда, что никто нас не разлучит, что мы — семья. Прижать его к себе крепко-крепко. Но я помнила, как для маленького ребёнка важно личное пространство. Мы станем ближе друг к другу, но я не буду давить, этот путь я пройду не торопясь, маленькими шажками. Я не хочу спугнуть свое счастье.
Я усыновила чудесного малыша и успела полюбить его всем сердцем, но он оказался пропавшим сыном моего босса.
— Ты моя помощница, — говорит Карим равнодушно.
— Вы отняли у меня сына, — с трудом сдерживаю слезы я. — А теперь…
— Теперь я требую, чтобы ты продолжила на меня работать. Мой сын привык к тебе. Поживешь у меня немного, чтобы и ко мне привык, перестал по ночам реветь. Я же не монстр.
Но я знаю — мой босс точно монстр. И теперь я вынуждена жить с ним под одной крышей…
Я таяла. Ведь мне так мало нужно было — всего-то отдать всю любовь, что во мне скопилась, невостребованная, никому не нужная.
Я усыновила чудесного малыша и успела полюбить его всем сердцем, но он оказался пропавшим сыном моего босса.
— Ты моя помощница, — говорит Карим равнодушно.
— Вы отняли у меня сына, — с трудом сдерживаю слезы я. — А теперь…
— Теперь я требую, чтобы ты продолжила на меня работать. Мой сын привык к тебе. Поживешь у меня немного, чтобы и ко мне привык, перестал по ночам реветь. Я же не монстр.
Но я знаю — мой босс точно монстр. И теперь я вынуждена жить с ним под одной крышей…
Сенька молчал совсем. Иногда мне казалось, он делает это принципиально, просто потому, что мир, в который он пришёл, так его разочаровал и подвёл.
Я усыновила чудесного малыша и успела полюбить его всем сердцем, но он оказался пропавшим сыном моего босса.
— Ты моя помощница, — говорит Карим равнодушно.
— Вы отняли у меня сына, — с трудом сдерживаю слезы я. — А теперь…
— Теперь я требую, чтобы ты продолжила на меня работать. Мой сын привык к тебе. Поживешь у меня немного, чтобы и ко мне привык, перестал по ночам реветь. Я же не монстр.
Но я знаю — мой босс точно монстр. И теперь я вынуждена жить с ним под одной крышей…
Время было самым ценным ресурсом, его всегда не хватало. А ещё организованности. Я мог удерживать в голове малейшие детали многомиллионных сделок, но ломался на элементарной бытовухе.
Я усыновила чудесного малыша и успела полюбить его всем сердцем, но он оказался пропавшим сыном моего босса.
— Ты моя помощница, — говорит Карим равнодушно.
— Вы отняли у меня сына, — с трудом сдерживаю слезы я. — А теперь…
— Теперь я требую, чтобы ты продолжила на меня работать. Мой сын привык к тебе. Поживешь у меня немного, чтобы и ко мне привык, перестал по ночам реветь. Я же не монстр.
Но я знаю — мой босс точно монстр. И теперь я вынуждена жить с ним под одной крышей…