Рин была права, когда говорила про мужчин, наделенных властью. Мы все – уроды, мы заигрываемся, мы часто ведем себя с друзьями и близкими так же, как ведем себя на совещаниях и переговорах. От этой привычки сложно избавиться, она врастает под кожу, в мозг, проникает ядом в кровь и вылезает наружу в уродливых словах и действиях. В привычке добиваться целей любой ценой, в манипулировании, в давлении, во вранье.
Она меняет меня. Делает слабым, глупым, беспомощным, смешным. Она делает меня ребенком.
- Согласись, слухи…
- Соглашусь, - кивнула я. – Они способны многое изменить, как яд.
Ночь - удивительное время.
Все самое волшебное и самое страшное происходит под покровом ночи.
Может, я хватаюсь за нить, лишь потому что хочу? Лишь потому, что не могу больше ни за что схватиться?
Она не помнит меня. Она не хочет меня помнить.
И я не знаю, благо это или мое наказание.
- Спокойствие — не значит отсутствие желаний и смерть. Это всего лишь спокойствие.
Когда долго живешь одна, отвыкаешь от того,
что у других существ могут быть свои желания, планы и мысли.
В том случилось, виновата только я: это были мои ожидания, моя самоуверенность
Нам дана возможность говорить, чтобы живые существа могли понимать друг друга, договариваться, объясняться. Но в большинстве случаев ничего кроме лжи за словами не стоит.
- Почему так остро, так яростно пытаетесь нас менять, зачем хотите подчинить?
Потому что мы слабы и глупы перед вами. Потому что рядом с вами превращаемся в дураков и капризных детей.