– Бабуль, я устала. Очень.
– Ты не устала, ты запуталась, – произносит ба совсем другим тоном. – Садись, накормлю, пока ноги не протянула. Всех нормальных бабушек дети кормят, а я так и буду до конца своих дней у плиты стоять, смерть свою половником и скалкой отгонять. А может, кисель ей сварю, так она и отстанет…
Время – странная штука. Оно стирает всю остроту, и даже самая сильная боль притупляется настолько, что ты привыкаешь с ней жить.
– Бабуль, а лошади к чему снятся?
– Ко лжи, – прозвучал ответ.
– Не поняла?
– А что тут непонятного? Ложь или услышишь, или узнаешь. Других вариантов нет.
– Мам, не надо выгонять дядю Клима! – заступилась за меня племяшка. Наивная детская простота!
– Эх, дядя Клим! – съёрничала Кира. – Не стыдно ребёнком прикрываться?
– Нет. Это, между прочим, самая надёжная опора.
– Ир, ты меня извини, но ты иногда такая дура бываешь! Ты видела хоть одного мужика, которому был нужен ребёнок? Я – нет! Им процесс нужен, а дети – это так, побочный эффект.
В какой-то момент мама уходит, но я не придаю этому значения. Но как только мы начинаем вставать, она быстро подходит и сует мужу в руку чемодан.
- Это мой? – спрашиваю шокировано, тыкая пальцем в свою розовую прелесть на колесиках.
- Ага, - кивают родители, - ну, все, идите, давайте, постругайте нам внучков.
Маринка на секунду теряется, словно не ожидала такой реакции. И у меня начинает закрадываться в голову мысль, а не специально ли она так позорит своих знакомых. Помнится, обычно спутники наших женщин-коллег реагировали странно, косились не на нее, а на своих пассий. Хм, интересно, однако. А я-то думала, просто непосредственная клуша, а оно вон как обернулось.
- Никакая ты не старая, - шепчет мне на ухо Глеб, - а красивая, молодая девочка, немного зажатая, но мы это дело быстро исправим.
- Говорит мне сорокалетний… - не договариваю, встречаясь с его взглядом.
- Я – мужчина в самом расцвете сил, готовый к спариванию и… - наклоняется, опаляя дыханием мою кожу, - размножению.
Как говорила бабушка: война войной, а мужик должен быть накормлен, напоен и обласкан. Тогда с него проще вить веревки.
Он вдоволь наелся этой обыденной жизни и прекрасно видел, что только наличие жены всё меняет для мужчины. Рядом с нею всё приобретает другой смысл, всё подчиняется её желаниям и неважно счастлив ли ты или нет, но рядом с женщиной не бывает обыденности, не выживает уныние, жизнь не кажется никчёмной.
Благословение, если рядом добрая жена; если же досталась жадная и глупая, то вечный бег с препятствиями.