– Так ты, значит, занимаешься танцами. Это хорошо, будешь уметь красиво танцевать.
– Вот еще, – снова махнула рукой Сашенька. – Мы занимаемся танцами совсем не для того, чтобы уметь красиво танцевать.
– А для чего же? – удивились присутствующие.
– Мы занимаемся танцами для того, чтобы быть женственными, – наставительно сказала она. И тут же снова приняв предыдущую позу, сказала тем же голосом:
– Девочки, вы должны быть женственными, иначе все женихи убегут от вас. А зачем они нужны, эти женихи? – недоуменно прибавила она уже своим обычным голосом.
И тут с Сашенькой произошла какая-то странная перемена. Она выпрямилась, одной рукой подбоченилась, другую манерно выставила вперед ладонью кверху и, придав лицу скучающее выражение, произнесла тоном опытной светской львицы:
– Женщины не благодарят, они всю жизнь делают одолжение.
– Почему она улыбается? Что такое смешное могло ей присниться? У нее что, есть чувство юмора?
– Это просто с ней сейчас ангелы разговаривают, – серьезно объясняла ему Наташа, и Стас ей верил.
Он умел слушать. Другие мужчины, а их бывшая учительница повидала немало, напоминали ей тетеревов на току.
Грубая ткань заскользила, вниз, и перед удивленным взором пенсионерки предстал гроб из хрусталя, гордо блестящий даже в тусклом освещении маленькой спальни.
-Ну, все, Марьяна из девятого дома удавиться, - как любая истинная женщина, она тут же вспомнила о подруге.
— Лоренцио, открою небольшой секрет: в темноте женщины вообще очень похожи друг на друга, — проинформировал Рой, — Особенно если сгораешь от желания и не ожидаешь подмены.
— Разумеется, ублажать самого Алайстера — тяжелый труд, — беспечно отозвался он, — Он всегда чересчур требователен.
От такого явного оскорбления я побледнела и до боли в пальцах сжала спинку стула.
— Не знаю. Говорят, в юности вы были очень близки с кузеном, так что вам виднее! — слова попали в цель.
Права была моя бабушка: тот, кто подслушивает, прежде всего узнает неприятное для себя.
— Я думаю, что война — это всегда потери, — аккуратно начала я.
— Но в результате возможны и приобретения! — возразил один из советников по военным делам.
— Да, если вы выиграете. И не факт, что, выиграв войну, вы не потеряете больше!
— Даме не пристало сражаться! Иначе что будут делать мужчины?
— Пить пиво и стонать, как они устали?