Мои цитаты из книг
тяжело будет поддерживать легенду о невозмутимой стерве, если я на самом деле постоянно боюсь, что обо мне подумают плохо.
Работала Ольга Потапова в кофейне и не знала, что начальница ее ведьма. Причем не та, что ест и не толстеет, а та, что зелья с лягушками варит, на шабаш летает, да еще и первые места на всяких ведьмовских конкурсах занимает. Настоящая сущность начальницы открылась аккурат под Новый год – когда синекожий джинн пришел в кофейню с подарком лучшей ведьме сезона. Вот только встретил он Ольгу Потапову и подарок по ошибке вручил ей же. И жизнь обыкновенной девушки, которая мечтала вырваться из душной...
Илья хохотнул, радуясь своей шутке, и продолжил.
– Уже три месяца вместе, а ты еще не пала к моим ногам. Очень неожиданно. Мне же отсюда намного быстрее до работы добираться.
Работала Ольга Потапова в кофейне и не знала, что начальница ее ведьма. Причем не та, что ест и не толстеет, а та, что зелья с лягушками варит, на шабаш летает, да еще и первые места на всяких ведьмовских конкурсах занимает. Настоящая сущность начальницы открылась аккурат под Новый год – когда синекожий джинн пришел в кофейню с подарком лучшей ведьме сезона. Вот только встретил он Ольгу Потапову и подарок по ошибке вручил ей же. И жизнь обыкновенной девушки, которая мечтала вырваться из душной...
Тут же неловко ухмыльнулась сквозь слезы – толстой, некрасивой и глупой меня будут видеть и в другом месте. Нужно менять себя, а не работу.
Работала Ольга Потапова в кофейне и не знала, что начальница ее ведьма. Причем не та, что ест и не толстеет, а та, что зелья с лягушками варит, на шабаш летает, да еще и первые места на всяких ведьмовских конкурсах занимает. Настоящая сущность начальницы открылась аккурат под Новый год – когда синекожий джинн пришел в кофейню с подарком лучшей ведьме сезона. Вот только встретил он Ольгу Потапову и подарок по ошибке вручил ей же. И жизнь обыкновенной девушки, которая мечтала вырваться из душной...
В чем радость: смотреть на счастливые лица людей, которые предвкушают новогодние корпоративы, советуются насчет подарков родным и близким, обсуждают кто и с кем будет пить шампанское в новогоднюю ночь – и все это в кофейне, в то время, когда я варю кофе и понимаю, что для меня новогодняя ночь – всего лишь время общения с президентом?
Работала Ольга Потапова в кофейне и не знала, что начальница ее ведьма. Причем не та, что ест и не толстеет, а та, что зелья с лягушками варит, на шабаш летает, да еще и первые места на всяких ведьмовских конкурсах занимает. Настоящая сущность начальницы открылась аккурат под Новый год – когда синекожий джинн пришел в кофейню с подарком лучшей ведьме сезона. Вот только встретил он Ольгу Потапову и подарок по ошибке вручил ей же. И жизнь обыкновенной девушки, которая мечтала вырваться из душной...
Я все жду, когда Оля начнет говорить, но вместо этого она, кажется, пытается выдавить слезу. Я едва удерживаюсь от того, чтобы не закатить глаза. Предсказуемо! И противно до жути. Я раньше велся на это. Пока пелена с глаз не сошла. Просто думал, что вот передо мной ранимая девочка, с ней нельзя иначе, нужно бережно, аккуратно, пылинки сдувать, не расстраивать, чтобы лишний раз не переломить ее.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Лежа в палате и вдыхая запах медикаментов, я поняла, что больше не хочу. Мне не нужно пытаться забыть, заглушить боль, переждать, пока все пройдет. Жить нужно здесь и сейчас, пользоваться моментом, показывать свою боль, разговаривать с тем, кто тебе дорог.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Так бывает, что мы часто обвиняем близких нам людей в том, чего они не совершали. Это понимание, что ты обидел приходит, увы, не сразу. Иногда слишком поздно. Тогда, когда уже ничего исправить нельзя.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Как ребенок себя веду, честное слово. Даю надежду и тут же отбираю, заставляю парня совершать поступки ради меня, стараться, доказывать что-то.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Возможно ли выбросить из головы человека, который был тебе близок, даже если он предал?
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...
Я определенно сказочный дурачок. Разводили, как лоха, а я и рад верить! Зато ей… Ане… не поверил.
— Она моя дочь? — спрашивает Руслан, глядя на меня в упор. — Твоя, — мой голос дрожит, а помещение кухни становится крохотным. — Ты не собиралась говорить мне, да? — догадывается. — Страшно было? Или подумала, что пошлю? — Не видела смысла, — признаюсь честно. — Наши отношения закончились шесть лет назад. Ты улетел, а я осталась. У меня не было даже твоего номера. Он кивает и отворачивается, смотря в окно за дочкой. Ксюша играет там с моей сестрой, которая любезно согласилась побыть с ней,...