Inna

— Извините... — шепчу, выпутываясь из крепких объятий, незнакомца, на которого буквально рухнула с забора. — Я тут это... Вы не видели мою Матильду? Когда нервничаю, начинаю трещать без умолку. А сейчас не просто нервничаю — я в глубочайшей панике, ибо отчётливо понимаю, что застукала, скорее всего, киллера, судя по снайперской винтовке и ледяному взгляду. — Не видел, твою матильду, но не против глянуть! Показывай! — рычит сосед по участку, рассматривая меня так, что ноги подкашиваются. —...

После развода я ушла ни с чем и уехала в загородный дом бывшего мужа, чтобы успокоиться. В пути попала в ливень, машина сломалась — пришлось стучаться в дом к нему. К единственному, кто там сейчас. Он открыл дверь, дождь промокнул его плечо, он прислонился к косяку и прямо говорит: — Разведена, одна, попала ко мне — ты думаешь, я тебя отпущу? Я сжала ручку сумки и отшатнулась. Он шагнул вперед, заблокировал дверь, дернул меня за запястье к себе — горячие пальцы скользнули по мокрой блузке...

— Училка, значит? — Училка, —  кивает Нина. — Она самая. В комнате нет никакой мебели и я опускаюсь перед ней на корточки. Ее глаза цвета сердитого неба смотрят в мои внимательно и с опаской. И за эти секунды между нами было сказано так много, что вслух возможно и не проговорить за жизнь, не найти нужных слов. — Я не могла не вернуться, — шепчет она. — Ты смог остаться, а я не вернуться нет. И так мне хочется поцеловать ее разбитую коленку, подуть на нее, как ребенку, чтобы зажила скорее —...

— Давид, — наши взгляды встретились, и я решилась. Решилась попросить. Если дрогнет, готова даже умолять…— Отпусти меня. Долгий взгляд потяжелел, больше ничего. — Я ведь не нужна тебе. Перестань мучить нас обоих. Если встретил кого-то, другую, пускай. Но отпусти меня… — Как я могу отпустить тебя, Лота? Ты моя жена, мать моих детей, ты беременна. Нет, Лота. Нет. — Ты ведь не любишь меня. Найди любовь, Давид. Может, и я… — заикнулась, накрыв ладонь, гладившую мой живот. Да, я хочу любви. Я...

Суровый северный мир и кроткая королевская дочь. Сплетни о "северных дикарях" заранее пугают ее, но кто и когда спрашивал принцесс, чего они хотят? Король-отец приказал: замуж! Значит так тому и быть. Вот только вместо настоящей принцессы в ее теле теперь — попаданка. Как сложится судьба Марии? После роскоши "родительского дворца" сможет ли она ужиться с неприхотливыми и грубоватыми жителями почти нищего острова?

— Ты-ы? Тайно встречаешься с Огневым? Пшикнув на подругу, продолжаю изображать из себя заинтересованного в инновациях серьезного педагога. У самой внутри подгорает. Не верится, что до такого мезальянса опустилась. Антон Огнев — красавчик, эмчеэсовец и самый фантастический бабник в городе. Но главное… он лучший друг моего бывшего парня, который мне изменил. — И как тебе Антон? Ты должна мне все рассказать, Есения. Сейчас же. Я умру если не узнаю, слышала у него там… — Вот еще, — потирая...

Потеря памяти — не повод терпеть издевательства родни. Выдрессирую! Особенно тех, кто грубит и пытается загнать на кухню. Заодно разберусь, почему вместо пирогов получается файербол, вместо унылого супружеского секса — огонь и фейерверк, а вокруг бардак, детектив и покушения.

Тихая жизнь скромной боязливой мышки Ксении Смирновой закончилась печально - обманом и предательством... Однако судьба дает новый шанс -- другой мир и сильное молодое тело. Только вот у этих замечательных бонусов есть неприятное приложение - вынужденный брак, избежать которого девушка просто не успеет. И теперь старая скучная жизнь в прежнем мире ей кажется сказочно прекрасной и великолепной. Все бы отдала, лишь бы вернуться домой. Только назад дороги нет... Отрастит ли мышка зубки, воюя за свое...

Выбрасывая в мусорное ведро паршивый любовный романчик, я и предположить не могла, что после несчастного случая очнусь в теле персонажа из недавно прочитанной книжки. Все бы ничего, учитывая, что я переродилась аристократкой с золотой ложкой во рту, будучи невестой кронпринца, вот только я читала роман и знаю, что моя героиня - второстепенный персонаж и закончит в этой истории плохо. Что же, меня бесила эта история еще на страницах книги, потому и теперь не стану сидеть, сложа руки, и изменю...