Через неделю после свадьбы Михаил Степанович начал писать роман, который должен был перевернуть всю литературу (зачем ее переворачивать, он так и не объяснил), через год он все еще пребывал на третьей странице, но был переполнен грандиозными замыслами.
Запой кончился тем, что почтенный купец вышел на улицу голым. Новая власть, возможно, сочла бы это за протест против старой морали, но семейный врач с этим не согласился, и прадеда упекли в сумасшедший дом.
– Мы послушаем стандартный рассказ киношных злодеев о том, на кой черт это все было нужно, или сразу перейдем к мордобою?
Пока он учил прусский, город достался немцам, начал учить немецкий, город руссы отбили. Решил пока русский не учить, примета плохая.
Существа не готовы мириться с тем, что этот мир создан унылым и скучным. Они ищут и находят волшебное. Если бы и в людях сохранилась эта черта, мир был бы намного добрее.
– Николас, обработай его раны и перевяжи их. А то еще разлагаться начнет. Не люблю запах гнили по утрам. То ли дело святой напалм…
Рене видел цель и не видел, почему ему к этой цели не нужно.
Очевидно, что для Армана девушка была «одной из», а в «одну из» верить, как вы понимаете, сложнее, чем в «единственную». Да и, собственно, зачем?
Людям так отчаянно хочется найти кого-то среди своих, кто бы в них верил. И именно люди лишены этой безграничной веры, которую ждут от других.
- Я психотерапевт. – Макс посмотрел на меня и на Двадцать Третьего, который вытащил из рубашки колоратку и теперь бережно складывал сутану, готовясь ко сну. – О, так мы занимаемся с вами примерно одним и тем же, отцы. Только исповедь – это всегда бесплатно.
– Ну что вы, на исповеди человек отвечает за свои поступки, а на терапии учится понимать причину того, почему он так поступил.