Елена

До выхода из парка оставалось каких-то пару сотен метров, когда я услышала детский плач, тихий и отчаянный, от которого заныло сердце. Замерев на месте, прислушалась. И ещё толком не успев сообразить что к чему, повернула в нужную сторону. На лавочке, под тем самым дубом, где я когда-то ела мороженое, сидела рыжеволосая девочка лет пяти, сжимая в руках большое яблоко. Слёзы катились по её щекам, но малышка их словно не замечала. - Привет, солнышко, - осторожно произнесла, присев перед крохой...

Приключения московского аудитора, попавшего из нашего времени в СССР, продолжаются. Новые идеи, которые щедро разбрасывает Ивлев, пробивают себе дорогу в жизнь. На Западе растет империя Эль-Хажж, в СССР и странах СЭВ обсуждают новинки, часть из которых вообще не связывают с именем Павла Ивлева. Но все же необычный студент и журналист попадает на глаза тому, кому не стоило бы попадать…

Застала в постели мужа с лучшей подругой и узнала много интересного… * * * — Прости меня, Ира, но я не могу быть с тобой… – сказал мой муж. Боль сжала моё сердце, и мне показалось, что здесь нечем дышать. — Регина… Я даже подумать не могла, что ты... – я не закончила фразу. Я смотрела на неё, не видя больше подругу. Я видела предательницу. – Как ты могла? Она смотрела на меня спокойно, в её глазах не было сожаления. — Ира, я люблю Регину… – очень тихо произнёс Артём. Он даже предположить...

Мне тридцать пять, и я попаданка. С землей и поместьем, но без денег и связей. Все, что у меня есть, - это мозг, смекалка и школа жизни, пройденная на Земле. В другом мире мне нужно сделать многое: и крестьян от голода уберечь, и поместье обустроить, и... Нет, замуж как раз не нужно. Что? Жених не спрашивает моего мнения? Ну, это он напрасно.

- Она ждет от тебя ребенка! – срываюсь на крик, самой от себя противно, но мне больно. - За что ты так со мной? За что, Макс? - Значит так, ты сейчас успокоишься, возьмешь себя в руки, и забудешь о том, что увидела. Это все, - муж обводит взглядом разбросанные снимки, - не имеет значения. Ты моя жена, Соня. В моем сердце только ты, а это так, пустяк, о котором помнить нет смысла. *** Пятнадцать лет брака, долгожданная беременность, которая не могла случиться по прогнозам врачей, и все...

Толкаю дверь и застываю в шоке. Захар сидит в своем кресле, а на его коленях извивается... она! Бокал выскальзывает из моих рук. Вино разливается по полу — кроваво-красное на белом мраморе. Как символично! — Аня! Его голос. Холодный. Раздраженный. И... без тени раскаяния! — Твою мать! Как ты посмела войти?! Звук пощечины эхом разносится по кабинету. Его глаза вспыхивают: — Не смей! Ты забываешься, дорогая женушка! — шипит он, хватаясь за скулу. — Твое место — рядом, молча, поддерживать, а...

— Чудовище, — цежу сквозь зубы, вспоминая, как он раздевал её в нашей спальне. — А ты что думала? — Давид цинично усмехается. — Что я буду хранить тебе верность вечно? — Ненавижу... — Ненавидь. Завтра разводимся. Хочу, чтобы вы поменялись местами! Теперь она станет моей женой, а ты — любовницей. Замираю, чувствуя, как останавливается сердце. Властный. Безжалостный. Черноглазый монстр в дорогом костюме. — Ты будешь всегда греть мою постель, — наклоняется к самому уху, — иначе ты больше...

– Ромчик, потри мне спинку хорошенько! Мне так хорошо с тобой… Капли пота на его груди, помятые простыни на лавке. А на шее этой... поблескивает то самое колье. Которое я нашла в шкафу и думала – муж готовит мне сюрприз. — Ой, а это… твоя жена? Надо же, какая встреча! Да пофиг, давай не будем обращать на неё внимания! Ну и хорошо, что она нас застукала, зато больше врать не придётся. — Милана, помолчи пока. — А что? Ты же сам сказал, что тебя достала эта ледяная сука и ты только с ней...

– А кое-кому и на одних съеденных новогодних салатах продержаться можно. – Он больно ткнул меня пальцем в бочок, туда, где после родов еще угадывалась талия. – Посидишь на овощах, похудеешь, а то совсем себя запустила. Скоро хрюкать начнешь. Он задрал кончик носа пальцем. В этот момент я почувствовала, как земля под ногами исчезает. Он не просто сказал это. Он сказал и показал это с таким видом, будто я... Подошла ближе, сжав кулаки. – Что. Ты. Сказал? – прошипела, чувствуя, как жар...

— Браво, браво! — аплодирую, распахивая дверь спальни. — Только осторожнее скачи на нём, дорогуша. Как бы спину ему не защемило — уж больно трухлявого папика ты себе выбрала! — Мира?! — Гордей в бешенстве сталкивает с себя голую любовницу. — Какого чёрта... — Забыл кое-что, милый, когда сбежал в "командировку", — я на секунду исчезаю и вкатываю в спальню инвалидную коляску. Его мать, злобная ведьма с вечным словесным поносом, матерится на весь дом. Да, невыносимая свекровь, которую муж...