Irina

— Всё кончено, Дарина. Ты уволена! — отчеканивает, и эти слова бьют по сердцу с такой силой, будто выстрел, — Завтра, чтоб тебя здесь больше не было. Слова гремят в тишине, разрывая воздух. Бах. Сердце — мишень. Илья всегда умел попадать прямо в цель, он знал мои слабые места, мои страхи. Но я никогда не думала, что он направит это оружие против меня. И сейчас выстрел смертельный. Мир вокруг меня полностью рушится. Медленно, беззвучно, как карточный домик. У кого, как ни у Закирова получилось...

Съёмная квартира и список дел, в котором лишь два пункта: 1. Найти работу 2. Не сдохнуть. Именно так и заканчиваются решения, когда, имея всё: престижную работу, успешного мужа и сказочную жизнь — мечту любой мамы, выбираешь написать заявление «по собственному желанию» из-за случайно прочитанного в телефоне мужа сообщения. Но иногда самая большая ошибка в жизни может оказаться билетом в счастье, и нужно всё потерять, чтобы наконец найти себя.

— Маша моя дочь? — крепко схватил за предплечье, не давая мне уйти. — Она моя дочь! — дёрнулась, пытаясь вырваться. Нет у моего солнышка отца, не заслужил он этого звания! — Только моя. Даже в свидетельстве о рождении в графе “отец” стоит прочерк. — А если я потребую сделать ДНК-тест? — в синих глазах бушевал шторм. — Только через суд. Да и зачем тебе это? У тебя есть семья. — У меня есть дочь, о которой я ничего не знал целых четыре года! — проигнорировал он фразу о его семье. — Почему ты...

— Лика, я… — начал он, но не договорил. И я, конечно, понимала: что-то не так, но, как гружёный состав на полном ходу, никак не могла остановиться: — Представляешь, прислали не тот… — Лик, я ухожу. — … размер, а я… Что? — Я ухожу, — повторил он. Будь я паровозом, сейчас из-под моих колёс точно полетели бы искры, с такой силой я нажала на тормоз. — Куда? Зачем? У тебя ещё дела? А я там ужин… — Нет. Я ухожу от тебя. Я люблю другую. — Другую? — я, наконец, остановилась. И застыла, как...

– Наконец-то! Хоть в день рождения дочери могла бы явиться вовремя! – шипит сквозь зубы абсолютно незнакомый мне мужчина, хватает меня за локоть и тащит за собой. – Что? Это какая-то ошибка… – Молчи! – от явной угрозы в голосе меня передёргивает. – Молчи, улыбайся, со всем соглашайся, поняла?! Сегодня всё должно быть идеально! Не дай бог ты испортишь праздник! Я всё о тебе знаю, Кара, помни это. И уничтожу, если понадобится. Даже не сомневайся! * * * Мне не оставили выбора. Теперь я живу не...

— Сереж, иди давай, иди, — раздается из комнаты дочери кокетливый смех моей коллеги. — Твоя дочь придет с минуты на минуту. Мне нужно подготовиться к занятию. Только сначала помоги мне застегнуть молнию на юбке. Мое сердце ухает в пятки, возвращается в грудь и с бешеной скоростью бьется о грудную клетку. Мне становится нечем дышать. Стою у двери комнаты и чувствую, как начинают дрожать колени. Двадцать лет брака стремительно летят в пропасть, семья рвется по швам, муж уходит к молодой...

– Вы не можете забрать у меня малыша! В защитной стойке закрываю собой дверь детской комнаты. – Еще как могу, – цинично клацает языком мужчина. – Хватит прятать чужого сына! Мужчина отталкивает меня, я не в силах его остановить. – Он не чужой, – выпаливаю в сердцах. – Прошу вас… Он уже мне как родной. И пусть, что ребенок – внебрачный, от любовницы мужа, я успела полюбить его… Он – мой единственный шанс на материнство.

— У меня для тебя спецзадание, Наина, — говорит отец, когда я опускаюсь в кресло напротив его стола. Он делает паузу, как всегда перед тем, как сообщить что-то, что выбьет меня из графика. Звучит тревожно. Я скрещиваю руки на груди, готовясь слушать. — Есть один пациент. Экстремал, — начинает он. — Летал на параплане, неудачно приземлился. Повреждение позвоночника, посттравматическая нестабильность. — Поняла, — киваю в ответ. — В чем подвох? — Пациент сложный. Не слишком мотивирован на...

— Лерочка, это недоразумение — жена Ильи, Агата. Но думаю, ты и так это знаешь. Проходи, дорогая, осматривайся! Не стесняйся. Квартира записана на меня. Тебе здесь жить. Стою столбом, забыв, как шевелиться. Меня обходят, словно предмет мебели. Трясу головой, ничего не понимая. — Какой член семьи? — Растерянно улыбаюсь, выдавая нелепые версии: — Вы собрались замуж и это дочь вашего нового мужа? Или ваш племянник решил, наконец, жениться? Свекровь растягивает губы в изуитской ухмылке. — Ни то,...

— Вика, милая, ну что ты? Не вешай нос. Ерунда всё это! Кому нужная эта Карина? Мирон не дурак, не променяет тебя на чужую жену. У вас шестеро детей. У Карины две девчонки. Просто бизнес, отдых, светская тусовка. Ты же знаешь, как журналюги любят приврать. Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло. — Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе. Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец. — Ну… может, переговоры и были… А это так, после… Перевожу...