Irina

— Мне нужно тебе кое-что сказать, Лида… Прошептал мне муж, когда мы танцевали на дне рождения сына. Рука Ильи лежала на моей груди. На шраме. Там, где сердце, которое он когда-то спас. Двадцать лет назад его руки подарили мне жизнь, и с тех пор каждый вечер я шептала одно и то же: «Без тебя меня бы не существовало». Он накрывал мою ладонь своей, и мир держался. — Я больше не могу это скрывать. Устал. Устал врать, что я идеальный. Я тебе изменил. Был с другой женщиной! И у неё задержка… ...

Меня разыграли подруги. Я пришла на встречу выпускников в костюме горничной — а оказалась единственной в дурацком наряде. Посмешищем. Я сбежала, хлопнув дверью. Думала, хуже уже не будет. Ошибалась. Меня затащили в квартиру к миллионеру, который принял меня за настоящую горничную. А потом я… раздела его. И знаете что? Он не разозлился. Он сделал мне предложение, от которого я не смогла отказаться. Правда, к руке и сердцу оно не имело ни малейшего отношения… Теперь я чиню его пиджаки, сушу...

- Я вчера встретилась с отцом Оливки, - выпаливаю на одном дыхании, не поднимая глаз. Лицо подруги и крестной моей дочери вытягивается, глаза грозятся выпасть из орбит.. - Да ладно?! Где?! Когда?! А ты вообще уверена, что это был он?! Столько лет ведь прошло… Горько усмехаюсь, качая головой. - Я его видела, как тебя сейчас. Даша придвигается ближе. - А Клим?! Он что?! Узнал?! - А он…- вскидываю голову. – Он пришел с женой подтверждать беременность. Подруга дергается, как...

- Милана, вы однозначно в родах. - Вы не могли бы мне подать телефон со стола? Позвоню мужу. Протягиваю пациентке мобильный. Но Милана скручивается в очередной схватке и роняет его на плитку экраном вниз. - Черт, разбила! Доктор, можно я с вашего телефона позвоню, пожалуйста? Вздохнув, отдаю свой телефон. Милана быстро набирает номер и…на экране высвечивается фото моего мужа и надпись «Муж» с сердечком! - Вы ошиблись. Вы сейчас звоните моему мужу… - Вообще-то это мой муж! Откуда у вас...

— Давай без истерик. — Без истерик?! — зашипела я. — Это ты девке своей говори, а со мной… Я не успела договорить. Он больно схватил меня за запястье, впервые в жизни, и процедил сквозь зубы: — Мне сейчас не до тебя. Успокойся и сделай мне кофе. — Обалдел? — воскликнула я, поражённая переменами в муже. Освободившись, я растирала запястье, на котором остались красные следы от пальцев. — У меня проблемы. Большие. Сначала разберусь с ними, потом ты мне пожалуешься на то, какое я дерьмо. — Ты...

Кирилл Князев — ледяной, властный Айсберг, а я — его жена по контракту, обязанная родить наследника. Он уверен, что я сама пошла на этот брак по расчету. Но не знает главного: я — троянский конь, которого в его крепость шантажом завёл мой собственный брат. Я знаю о ловушке, которую мой брат готовит для него. И это знание — яд, отравляющий каждый наш день. Он думал, что покупает покорную жену, а я — что выхожу за монстра. Тогда почему его обжигающие прикосновения — единственное, что спасает...

Три года я была его тенью, голосом разума и личным календарём. Бронировала столики для его свиданий, покупала подарки его пассиям и тихо ненавидела его за цинизм и вечные костюмы-тройки. Мурад Хаджиев — мой босс, мой персональный кошмар и, увы, самый гениальный ресторатор Москвы. Я терпела всё, откладывая каждый рубль на свою мечту — маленькую кондитерскую. А потом в его пентхаус постучались двое шестилетних детей с его глазами и запиской «Это твои». И весь его идеальный мир рухнул. Отчаявшись,...

— Когда у тебя подсадка? — спрашивает мама. — Завтра. Переживаю. Набираю номер мужа, но гудки улетают в пустоту, не принося ответа. Срываюсь и еду к нему. Захожу в приемную. Секретаря на месте нет. Прохожу дальше, к кабинету, и тяну за ручку двери. Свет приглушен, на черном кожаном диване возня, слышны стоны. Я не вижу лица девушки, да оно мне, собственно, и не нужно. Какая разница кто? Позади нее мой муж со спущенными брюками. Видимо, страсть застала этих двоих врасплох. ЭКО, да? Дети?...

— Я думал, ты выше этих разборок, — муж складывает руки на груди. — А я думала, что мой муж выше предательства. — Брось, — отмахивается устало. — Ты изначально знала, что наш брак не будет основан на любви. — Что ты делаешь вообще, Карим? — слезы подкатывают. — Ася, ты еще маленькая и не понимаешь, что у меня есть свои потребности. — Предлагаешь все оставить как есть? — Карим кивает. — И что, так и будешь после работы наведываться к ней? А рожать мы по очереди будем? Или рожать будет она,...

— Кто позволил тебе уехать? Весь город судачит, что моя жена исчезла в брачную ночь Идар сжимает мой подбородок, изучая меня холодно, будто я лошадь, которую он собирается купить. Сегодня на нем все черное — ни следа вчерашней торжественности, когда мулла проводил никах. — Может, городу стоит узнать, что в нашу брачную ночь на моем месте была другая? Идар отпускает меня. — Я поговорю с ней. Вы не будете пересекаться. — То есть ты все так и оставишь? — все же вырываюсь, поднимаю голову. — А...